Суббота, 19.06.2021, 20:47
Приветствую Вас, Бесплотный дух
RSS |
Зал Стихий | Лоргтонг | Библиотека | | Регистрация | Вход



[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 5 из 5
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
Модератор форума: -=ArimanA=-  
Форум » Улицы Лоргтонга » Слэш по миру ГП » "Полчаса искренности" (NC-17, angst, макси, в процессе, гл.15-2 от 27.05.10)
"Полчаса искренности"
RougeДата: Четверг, 25.02.2010, 20:16 | Сообщение # 1
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
Название: "Полчаса искренности"
Автор: Настик
Бета: lelle
Пейринг: Гарри Поттер/Северус Снейп
Рейтинг: NC-17
Жанр: Роман, angst
Размер: Макси
Статус: Закончен
Саммари: Появившийся в Хогвартсе новый ученик неожиданно сближает Гарри Поттера и Северуса Снейпа.
Предупреждения: Изнасилование (глава 4) и пытки (глава 6). Местами POV Снейпа. ОМП (оригинальный мужской персонаж). Mpreg. АУ после пятой книги
Комментарий: Посвящается моей музе - самому дорогому человеку N.

Разрешение на размещение: получено


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
-=ArimanA=-Дата: Пятница, 01.10.2010, 13:33 | Сообщение # 61
Леди Воздуха
Леди Четырех Стихий
Сообщений: 96
Репутация: 5
Вне города
***
- Если ты, придурок, ухитрился снова неправильно наложить заклинание, убью тебя собственными руками, - в очередной раз прошипел Северус, стоя над котлом. Гарри упрямо помотал головой.
- Я все время правильно накладывал заклинания. Я же не идиот!
- В чем я глубоко сомневаюсь, - отрезал Северус, и в лаборатории снова повисла напряженная тишина. Впрочем, она была для Гарри лучше, чем постоянные ругательства Северуса на протяжении полутора дней. Вчера утром Гарри поделился с ним нехорошими симптомами последних дней, ближе к вечеру Северус под маскировочными чарами отправился за недостающими ингредиентами на Косую аллею, а сегодня с утра усадил Гарри рядом с собой в лаборатории – «чтобы не сбежал».
Основная проблема, на взгляд Гарри, состояла в том, что предохраняющее заклинание он накладывал правильно. Всегда. Прекрасно помня, чем закончилась одна-единственная ошибка в прошлый раз, и понимая, что теперь этой ошибки допускать нельзя. Только Северус явно не верил ему.
Гарри еще раз попытался припомнить ситуации, в которых он мог бы ошибиться. Не вспоминалось. Хотя…
- Э… Северус, - робко позвал Гарри. Мужчина повел плечом, не отрываясь от зелья. – Послушай, а тогда, после встречи выпускников, я ведь накладывал заклинание? если что-то было…
Северус, несмотря на напряженную ситуацию, хмыкнул.
- А тебя что, никто не просветил по поводу того, что ты вытворял? – поинтересовался он. – После того, как ты попытался вытащить меня потанцевать, я решил, что тебе пора домой. Но ты почему-то сопротивлялся, так что мне пришлось прибегнуть к помощи Драко. Дома ты попытался завалить меня на стол в гостиной, не смущаясь присутствием Драко и Джеймса, и все, на что меня хватило, это довести тебя до спальни. Так что заклинание пришлось накладывать мне. А сразу после этого ты отрубился – хорошо, что не в процессе, хотя, по-моему, был близок к этому.
Гарри покраснел. Вспомнилось сконфуженное лицо Джеймса тем утром, и Гарри даже пожалел, что Северус просветил его. Наверное, не знать было все-таки милостивей.
- А ты действительно так уверен насчет того, что правильно накладывал заклинание? – уже более миролюбиво поинтересовался Северус.
- Абсолютно! – Гарри сердито нахмурился. Северус молчал, и вся злость постепенно начала уходить, уступая место отчаянию и безысходности. – Не веришь? – безнадежно поинтересовался он, спустя несколько секунд, и Северус неожиданно ответил.
- Верю.
Теперь Гарри молчал уже от удивления. Слишком велика оказалась разница между тем Северусом, который только что рвал и метал, обвиняя Гарри, и этим, который спокойно и почти мягко говорил, что верит ему.
- Тогда, как по-твоему, почему? – робко поинтересовался Гарри. Северус пожал плечами.
- У меня множество вариантов, но все они не аргументированней, чем «звезды не так встали». Так что я предпочту немного подождать и выяснить… кое-что. И если мои догадки верны, то виновника я сам прокляну.
Гарри нервно хмыкнул.
- И оставишь ребенка сиротой? Что-то у тебя нездоровая страсть к суициду…
- Откуда слова такие умные взял?
- Книжки читаю, - теперь Гарри смог даже улыбнуться, несмотря на чувства, которые бушевали у него внутри.
Северус, кажется, в самом деле считает, что Гарри не виноват.
Только сейчас вопрос «Кто виноват», к сожалению, был неактуален.
Северус оставил зелье остывать, а сам присел на сундук рядом с Гарри. Сундук оказался слишком маленьким для двоих, и Гарри, немного подумав, пересел на пол, устроившись между ног Северуса и откинув голову тому на живот. Северус сначала сидел неподвижно, похоже, привыкая к такой странной позиции, потом немного расслабился.
- А кого ты считаешь виновником, если не себя? В конце концов, в данной… хм… ситуации могут быть виноваты только два человека, тебе не кажется?
Северус вздохнул.
- Если ты так хочешь, чтобы я тебя проклял, подожди немного. Вот начнем тренировки…
Гарри нервно прикусил губу. Да. Конечно. Тренировки.
И как, Мерлин все это раздери, он сможет ежедневно практиковать эти выматывающие чары, тем более что скоро – если их догадки верны – магия станет нестабильной? О Волдеморте Гарри старался вообще не вспоминать…
Северус неожиданно запустил руку в его волосы и мягко взъерошил их. Гарри решил, что мужчина сейчас скажет что-то ободряющее, но Северус молчал.
Конечно. Это же Северус.
Хотя Гарри, на самом деле, хватало и этого – молчаливого участия. Взаимопонимания. Поддержки. Того, чего он так редко получал раньше.
Несмотря на то, что Гарри готов был просидеть так целую вечность, Северус примерно через полчаса осторожно отстранил его и поднялся. Гарри с неудовольствием отметил, что затекло тело и ноют от сидения на жестком полу ягодицы.
- Дай руку, - приказал Северус, и Гарри, закусив губу, послушно протянул ему руку запястьем вверх. Осторожный надрез палочкой, будто скальпелем, и капля крови, прочертившая багрово-красную полоску. Боли почему-то нет, только неприятное ощущение – заклинание такое?
Белые разводы от красной капли. Как клубы дыма. Как когда-то давно…
Гарри бессмысленным взглядом смотрел и боялся поверить. Пока его не отвлекло осторожное прикосновение к порезанной руке.
Хмурый донельзя Северус бережно, почти нежно смазывал порез прозрачной мазью. Порез затягивался на глазах.
Жаль, что не все можно так же исправить…
***
Гарри с унылым выражением лица – которое, впрочем, соответствовало настроению – отмерил столовую ложку зелья, которое ему дал когда-то Тибби. Хорошо, что у Гарри осталось – пусть немного, Северус скоро сварит еще, а на несколько дней хватит. Растворяясь в воде, зелье придало ей неприятный мутный оттенок. Впрочем, на вкус оно было ненамного приятней. Гарри поморщился и выпил раствор в несколько глотков.
Скрипнула дверь кухни. Кто-то – Северус, определил Гарри по шагам – подошел ближе, посмотрел Гарри через плечо. Одобряюще хмыкнул – точно Северус.
- Рад, что у тебя осталось. И что ты сам догадался выпить. Все-таки ты небезнадежен.
Гарри не ответил и даже не улыбнулся. Отставив в сторону стакан, он закупорил колбу с зельем, поставил ее в старый стенной шкафчик, где стояли банки с чаем Северуса, и вышел из кухни.
Есть не хотелось. Гарри отказался от завтрака, который ему предложил Тибби. Домовый эльф стукнулся лбом о стол и исчез, как только Гарри хотел запретить ему наказывать себя. Гарри невольно вспомнил, что раньше Тибби никогда ни обо что ни бился – собственно, это ему очень нравилось в этом домовике. Может, это какой-то из пунктов того Снейповского «Кодекса», о котором ему говорил Малфой?
У дивана стояла стопка книг по гербологии – книги Невилла, Гарри принес их сюда и забыл здесь. Взяв верхнюю, про разведение экзотических растений, Гарри лениво пролистал ее, отложил в сторону, взял вторую, по планировке сада. Открыл на оглавлении и фыркнул от удивления, увидев одну из глав – « если в доме есть дети». Интересно, о чем там…
Гарри как раз увлекся описанием обустройства детской площадки и советами по расположению потенциально опасных, но необходимых в быту растений, когда снова услышал шаги за спиной, а потом рядом с ним опустился поднос с чашкой чая.
- Я ухожу и не знаю, когда вернусь. Если Джеймс будет беспокоиться, вправь ему мозги. Не симулируй, пока ты можешь тренироваться в полную силу, но постарайся обойтись без увечий.
- Хорошо, - покорно кивнул Гарри.
Пахло чаем.
Северус осторожно взъерошил ему волосы и резко вышел в холл, словно испугавшись своей нежности.
Но в остальном все было отвратительно.
***
Сегодня у Гарри получилось замечательное маскировочное заклинание Abdo [скрывать] и сомнительное, но тем не менее полезное атакующее заклинание Bestiae. Работало оно по принципу незабвенного Serpensortia, выпуская на врага опасных и агрессивно настроенных животных, от двух до десятка, разной степени хищности – в зависимости от силы и настроя атакующего. С его помощью Гарри ухитрился вызвать стайку кровососущих нетопырей, которые, не найдя противника, попробовали напасть на Гарри. Собственно, тогда Гарри и наложил на себя Abdo, и пока нетопыри растерянно витали в воздухе, быстро сшиб их обыкновенным Stupefy Maxima.
На этом он решил сделать перерыв, тем более что прошло уже два часа, и Гарри, так и не позавтракавшему, захотелось есть.
Для обеда было еще рано, для завтрака поздно, но Гарри без особого труда соорудил себе бутерброды с ветчиной и сварил кофе.
Северус вывалился из камина, когда Гарри приканчивал второй бутерброд. Гарри чуть не подавился, увидев Северуса в таком состоянии: с порванным рукавом мантии, в саже и копоти и вдобавок злого, как голодный дементор.
- Северус… - Гарри начал подниматься из-за стола, желая поинтересоваться, что случилось, и в порядке ли он, но в ответ получил яростный взгляд.
- Не трогай меня сейчас! – рявкнул Северус, сбросил порванную мантию так, что рукав попал в огонь, и быстро ушел на второй этаж. Звук хлопнувшей двери свидетельствовал о том, что мужчина не пошел в лабораторию, а заперся либо в их спальне, либо в комнате Лили. Кстати, как он смог пройти через камин, он ведь заблокирован… Мерлинова мать!
Почувствовав запах жженой ткани, Гарри вскочил, опрокинул на себя кофе и затушил мантию Северуса с помощью Агуаменти. Правда, теперь мантия точно никуда не годилась: левый рукав был сожжен до локтя, правый порван… Гарри подержал ее в руках, а потом зачем-то аккуратно сложил и положил на стол. От мантии пахло травами.
Надо было переодеться, а еще лучше – помыться. Пятна от кофе на ковре Гарри уничтожил Эванеско, и пошел наверх, попросить у Джеймса разрешение использовать его ванную.
О поведении Северуса думать не хотелось.
***
Я никогда не думал, что два коротких разговора за два часа могут довести меня до подобного состояния.
От злости тряслись руки. Я хрустнул пальцами, поморщился от легкой боли и сел на кровать, желая успокоиться.
К Смиту я заглянул с утра, желая поинтересоваться, что все-таки могло заставить не сработать предохраняющее заклинание. Смит явно не ожидал моего прихода. У его камина крутились трое мастеров, похоже, налаживающие связь. Они сообщили мне единственную приятную новость за этот день: выяснилось, что камин в моем доме не открывался потому, что Поттер одновременно заблокировал его и камин Смита, и они оказались взаимосвязаны. После получасовых усилий, камин все-таки был разблокирован, Смит проводил мастеров и поинтересовался, что у меня случилось.
После моего короткого рассказа и ответа на вопрос, какие чары мы с Поттером использовали, Смит посмел наорать на меня, якобы я пользуюсь древним антиквариатом, вместо того, чтобы посоветоваться с врачами. Я слегка проклял его, и после десятиминутного лечения – у меня не сразу удалось снять заклятие – Смит объяснил мне, что эффект данного заклинания сводился на нет после использования любых зелий. Любых. В любом, самом мизерном количестве. А восстанавливающие зелья, которые Поттер пьет сейчас, увеличивают вероятность беременности.
Вот и доигрались.
Все это Смит изложил мне достаточно корректно, но осуждающе, и таким тоном, каким я обычно разговаривал с бестолковыми учениками на своих уроках. Радости мне это не прибавило, но переходить к проклятиям я посчитал излишним. Только ввязался в беспредметный спор, после того, как высказал Смиту все, что думаю о неквалифицированных колдомедиках, не считающих нужным информировать о побочных действиях зелья…
В конце длиннейшей нотации Смит подсунул мне бумажку со списком предохраняющих зелий и заклинаний и порекомендовал зайти к нему с Гарри «на днях». Бумажку я взял и ушел, не прощаясь.
После этого я побывал у Дамблдора – в конце концов, нынешнее положение Поттера всерьез могло помешать в планах по уничтожению Темного Лорда. Это было еще хуже: на укоризненный тон выговаривающего мне за неосторожность Дамблдора я никак не мог ответить грубо. Все-таки, это был Дамблдор. Собственно, это и заставило меня прийти домой в таком состоянии. Ну, и еще то, что я зацепился рукавом за край каминной решетки у Дамблдора и чуть не упал, когда выходил из камина.
Больше всего сил ушло на то, чтобы не сорвать свою злость на Поттере.
Поттер. Я надеюсь, после того, как я на него рявкнул, он не обиделся настолько, чтобы сбежать в очередной раз? Надеюсь, он не думает, что я ему позволю…
На всякий случай, я позвал Драко и попросил – хотя, скорее потребовал – чтобы он последил за Поттером в ближайшее время. Драко в отместку ехидно известил, что Поттер сейчас в ванной, и он, конечно, может за ним там последить, но, видя мое выражение лица, быстро сбежал.
Теперь я мог быть спокоен за Поттера, и прилег на кровать, стараясь прийти в себя.
***
Помывшись, Гарри ненадолго задумался над тем, чем бы ему заняться, после чего решил попробовать еще одно заклинание на многострадальной коряге, а потом поработать немного в саду, если будет время. Само заклинание он помнил, как помнил и движение палочки, так что книги брать не пришлось. В гостиной его остановил Малфой.
- Ты куда собрался? – с подозрением поинтересовался он. Гарри фыркнул.
- А тебе какое дело?
Малфой пожал плечами.
- Ну, допустим, никакого. Правда, Северус решил, что ты почему-то можешь снова сбежать…
- Что я, дурак, что ли, - буркнул Гарри, не понимая, почему его слова вызвали смех у Малфоя.
Заклинание у Гарри все-таки не вышло, но он не расстраивался. После получаса напрасных усилий, Гарри отвлекся на расчистку оставшейся части сада. За прошедшее время он очистил от сорняков и старых деревьев чуть больше половины, и теперь знакомыми чарами вырывал из земли сорняки, которые неаккуратной кучей сваливались на землю.
- Беспалочковая магия? Не зря время теряешь, - раздался негромкий голос Северуса. Гарри обернулся.
- Ты в порядке? – осторожно поинтересовался он, и Северус кивнул.
- В полном. Пойдем в дом.
В гостиной уже не было Малфоя, зато на столе стояли две чашки и заварочный чайник. Гарри довольно улыбнулся.
Однако при ближайшем рассмотрении чай оказался каким-то странным. Со странным красным оттенком и сладковатым запахом. Гарри недоуменно поднял голову, прежде, чем сделать первый глоток.
- Нормализующий травяной настой, - одобрительно объяснил Северус. Гарри нахмурился, пытаясь вспомнить, был ли подобный рецепт в той книге. Кажется, нет… а откуда тогда Северус взял его?
- А зачем?
- А ты как думаешь? – теперь в голосе Северуса послышалось раздражение. – Он облегчает и ускоряет реакции и помогает привести организм в норму.
- А он не помешает этому зелью, которое я сейчас пью? – на всякий случай поинтересовался Гарри. – Кажется, в книге было написано, что его лучше не смешивать с другими зельями…
- Поттер, - теперь Северус снова хмурился. – Что ты, позволь узнать, делал на теоретической части зельеварения? Это программа первого курса.
- Между прочим, ты мне мешал учиться своими комментариями, - немного обиженно парировал Гарри. Северус тяжело вздохнул.
- Пей, - приказал он. – Сейчас объясню. Зелья и травяные настои различаются тем, что зелья обладают собственной магией. Это может быть магия отдельных компонентов – даже одного, как, например, в Перечном зелье, все остальные же являются дополнительными. Также в зелье может быть использована магия зельевара, как концентрированная, например, использование крови, так и так называемая магия намерений, вкладываемая неосознанно. Она цепляется за магию компонентов и, соответственно, не может так же использоваться в травяных настоях.
Травяные настои, в отличие от зелий, обладают исключительно физическими свойствами и поэтому не так эффективны. Некоторые из них используются магглами, но не все, потому что в большинстве известных настоев используются магические растения. Большинство растений, кстати, можно использовать как в настоях, так и в зельях. К примеру, цветы карликовой мелиссы, которые я добавил в твой чай. Если собрать их на рассвете, они будут одним из основных ингредиентов зелий памяти, если же их собирать в любое другое время суток, они будут обладать исключительно физическими свойствами, в частности – нормализующими работу организма. Действие зелий и настоев не может взаимодействовать именно потому, что они работают на разных уровнях: зелья – на магическом, а настои – на физиологическом. Понятно?
Гарри кивнул.
- Если бы ты так в классе объяснял, я бы еще тогда все запомнил, - сообщил он. Настой оказался на удивление вкусным, хоть совсем не сладким, как казалось.
- Ты имеешь в виду, с поглаживанием учеников по коленкам? – наигранно удивился Северус, и Гарри рассмеялся, прижимаясь щекой к его плечу.


Due cose belle ha a mondo: Amore e Morte...
 
-=ArimanA=-Дата: Пятница, 01.10.2010, 13:35 | Сообщение # 62
Леди Воздуха
Леди Четырех Стихий
Сообщений: 96
Репутация: 5
Вне города
Глава 16. Часть последняя. Пока не бечено.

Жизнь налаживалась.
Правда, было очевидно, что налаживаться просто так, безо всяких сюрпризов, ей было скучно. Вот она и выкидывала всякие фортели, отчаянно сопротивляясь ровному быту. Впрочем, Гарри надеялся ее приручить.
Странные мысли текли непривычно ровно и спокойно, хотя совсем недавно Гарри просто психовал в такой же ситуации.
Но ведь с другой стороны – все ведь хорошо, и Северус сидит рядом, и подушка пахнет его шампунем. Запах, кстати, у этого шампуня на удивление стойкий… Ну, а то, что рядом сидит колдомедик, щупая его живот, так это не напоминание о старой боли, а начало чего-то нового.
Гарри бросил взгляд на Северуса. Тот сделал вид, что не заметил – почему-то мужчина был очень напряжен. Может, из-за того, что чувствовал свою вину? Вчера он рассказал Гарри, почему не сработало заклинание, но тот не сердился. Правда, потому, что вспоминал, не пил ли каких-нибудь зелий перед прежней беременностью. Получалось, что у него была уйма возможностей, кроме той ошибки с заклинанием – может, он просто выпил зелье Сна-без-снов, или какое-нибудь успокаивающее, или еще что-нибудь. То есть, и в прошлый раз это могла быть не его вина…
Колдомедик водил палочкой над телом Гарри, произносил какие-то ужасно длинные и труднопроизносимые формулы. От одной из них над животом Гарри даже возникло странное серое облачко с темным пятном внутри. Колдомедик что-то пробормотал и облачко растворилось.
- В общем состояние отличное, но бывает, что на ранней стадии нарушения просто не проявляются, - сообщил колдомедик. – Недостаток женских гормонов, - на этом месте Гарри издал возмущенный звук, но быстро заткнулся, - Зелье Femalis, по две капли на стакан воды, раз в день, достаточно двух приемов. В остальном – большинство зелий как обычно, но есть некоторые усовершенствования, а конкретно…
Гарри, понимая, что сейчас пойдет беседа о зельеварении, в котором он не смыслил, незаметно слез с кровати и вышел из комнаты. В гостиной сидели Малфой и Джеймс, туда Гарри решил даже не соваться. Вместо этого он поднялся в лабораторию к Северусу.
Там было непривычно пусто. На столе лежала книга в незнакомой обложке, Гарри подошел ближе и с удивлением понял, что Северус перестал маскировать ее. «Male pregnancy, феномен мужской беременности. Генетика, симптомы, способы поддержания и разрешения». Гарри бережно провел пальцем по кажущейся ветхой обложке, по серебряным, потемневшим от времени вставкам, и открыл книгу, разыскивая теорию. Она, наверное, должна быть где-то в начале. Ему стало интересно, почему, в конце концов, все это с ним происходит.
«…Даже у полукровных магов вероятная матка может находиться в разном состоянии» - наткнулся Гарри на заинтересовавшую его фразу. – «В наше время неизвестно, от чего это зависит. Возможно, оттого, что время пробуждения и сохранения активности вероятной матки всегда разное, как это было указано ранее…»
Гарри попробовал найти это самое «ранее». Нужная информация оказалось на предыдущей странице.
«…Вероятная матка – результат слияния и реакции магической и маггловской крови. Более подробное описание процесса ее возникновения описано в разделе «Генетика». В среднем вероятная матка находится в зачаточном состоянии всю жизнь мужчины, однако, когда в организм попадает сперма, она начинает просыпаться. Этот процесс достаточно небольшой, от семи до двадцати минут. Однако, если в просыпающуюся матку не попадет свежая сперма, она чаще всего (в 90% ) отмирает, не получив поддержки организма. После отмирания вероятной матки через какое-то время образовывается новая, как результат деятельности генов. Продолжительность жизни просыпающейся матки – от двух до пяти минут. Это время можно увеличить зельями, как и обеспечить искусственное пробуждение матки, в противном случае сперма должна поступать в организм почти постоянно (в среднем с перерывом 17 минут), что практически невозможно без помощи зелий».
Гарри хмыкнул. Ну, да… вдвоем – действительно невозможно.
Так, с первым разом понятно, но, кажется, с Северусом такого не было… Как же тогда?
Гарри пролистал книгу уже внимательнее, и вскоре действительно нашел ответ.
«Если вероятная матка пробудилась полностью и отдала яйцеклетку, она уже не может умереть, поскольку организм принимает ее. Матка может выносить плод или отторгнуть его, если сходятся две мужские хромосомы, это не имеет значения на ее дальнейшее развитие. После прекращения своей активности матка погружается в состояние, называемое полусонным. Так же, как и в начале своего существования, она пробуждается при попадании в организм спермы, только происходит это гораздо быстрее, и в 50% бывает так, что спермы, пробудившей матку, достаточно, чтобы оплодотворить ее».
- Замечательно, - пробормотал Гарри, находя через несколько страниц вероятные факторы, влияющие на вероятность беременности. Среди них упоминалась какая-то «магия рода» и перечислялись наиболее плодовитые семьи. Гарри не знал, сколько веков этой книге, но среди нескольких незнакомых фамилий обнаружились Прюэтты (Гарри вспомнил, что это девичья фамилия Молли Уизли) и Поттеры. Оставалось только догадываться насчет своей семьи: то ли Гарри не знал о вероятных дядях-тетях, то ли за прошедшее время ситуация изменилась и Поттеры предпочитали одного наследника. Хотя, нет – Гарри помнил, как Малфой однажды рассказывал ему что-то такое…
- Занимательное чтение? – поинтересовался появившийся бесшумно Северус. Гарри чуть не подпрыгнул от неожиданности, и захлопнул книгу. – Замечательно. А я уже собирался порекомендовать тебе в качестве ликбеза. Все понятно?
- А, - Гарри прокашлялся. – Да. Да, хорошо написано…
- Тебе просто повезло, - Северус фыркнул. Гарри смотрел, как он достает котел и устанавливает его. – Обычно теория изложена там гораздо сложнее.
- Ага, - Гарри не знал, что сказать. Северус, кажется, не обращал на него внимания. Гарри снова открыл книгу, в этот раз на оглавлении: может, нашлось бы еще что-нибудь интересное…
- Ты будешь здесь? – поинтересовался Северус, Гарри кивнул. Мужчина взмахом палочки левитировал к нему единственный стул.
- А ты? – Гарри посмотрел на Северуса.
- Я буду работать. Но не надейся, что будешь торчать тут весь день, вместо того, чтобы тренироваться.
Гарри невольно улыбнулся. Северус возвел вокруг него еще какое-то заклинание, как выяснилось, против испарений, и снова занялся зельеварением.
Из маленького окна за спиной Гарри падал свет на книгу, так, что можно было читать без затруднений, но Гарри никак не мог сосредоточиться. Северус не отвлекался, и вся ситуация в целом напоминала Гарри, как когда-то давным-давно он также сидел здесь, на чердаке, не желая уходить от Северуса.
Несмотря на щит, пахло какими-то травами, пока еще вполне приятно. На недоуменный вопрос Гарри, Северус ответил, что щит не убирает запахи, а уничтожает вредные испарения, добавил пару замечаний о невежественных болванах, неспособных понять это с первого раза, и посоветовал уйти, если Гарри вдруг почувствует себя плохо.
Но пока Гарри было очень даже хорошо.
***
Во время завтрака, как это бывало в большинстве случаев, в гостиной, кроме Гарри и Северуса сидели Джеймс и Малфой. В течение дня оба обычно занимались в лаборатории. Если Джеймс еще спускался иногда в гостиную, чтобы перекусить или выпить чаю (хотя он и при этом не отрывался от каких-то пергаментов с домашним заданием), то Малфой предпочитал оставаться в лаборатории или спальне.
Впрочем, Гарри не удивлялся стремлению Малфоя оставаться в одиночестве. В конце концов, Малфой все еще недолюбливал Гарри, от которого к тому же попал в неприятную зависимость. Отношения с Северусом, который когда-то оставил его умирать, также непоправимо испортились.
Те не менее, Малфой продолжал выходить время от времени по утрам, иногда вступал в разговор, и Гарри порой терялся в догадках, что же это за человек.
Сегодня Малфой и Северус обсуждали усовершенствование какого-то зелья – Гарри узнал название, и вспомнил, что зелье ограничивало магию плода.
Гарри не знал реакцию Джеймса и Малфоя на новость – по его просьбе Северус рассказал им, пока Гарри не было рядом. Вероятно, тогда же Северус потребовал обоих (но, в частности, Джеймса) проявлять поменьше эмоций. По крайней мере, никто из них не заговаривал с Гарри об этом.
До сегодняшнего дня.
- Слушай, Гарри, - Джеймс говорил осторожно, и Гарри, поняв, о чем брат хочет сказать, ободряюще улыбнулся. – А ты собираешься рассказать Ремусу и Сириусу о своем состоянии?
- Конечно, - Гарри прикусил губу, задумавшись. Теоретически, это можно было сделать хоть сейчас, раз уж получилось разблокировать камин, но вваливаться в чужой дом без приглашения, да еще в такую рань, было как-то невежливо, на взгляд Гарри.
- Главное, предупреди меня, - оторвался от своего занятия Северус. – Если твой Блэк вздумает примчаться сюда, чтобы мне отомстить, я должен быть готов.
Гарри фыркнул и кивнул. За реакцию Сириуса он и в самом деле не мог поручиться.
После завтрака Северус, что стало обычным за последние несколько дней, выдал Гарри список заклинаний и ушел в лабораторию. Гарри тренировался пару часов – пока с магией все было в порядке, он старался зря не терять времени. Он даже предложил Северусу разобраться с Волдемортом пораньше, пока Гарри в состоянии это сделать. Но Северус только объяснил, что сейчас, пока ритуал передачи силы не завершен, заклинание, удерживающее Волдеморта, снять невозможно. А если это и получится, то Волдеморт станет только сильнее.
Итак, после двух часов тренировок Гарри свернул и сунул в карман пергамент с заклинаниями – у него получилась едва ли треть из них – и пошел в дом. Не то, чтобы он сильно устал, но Северус требовал, чтобы Гарри делал перерывы в тренировках почаще: регулярный прием множества зелий требовал вообще отсутствия любой, и магической, и физической нагрузки. Впрочем, пока это не было чревато сильными неприятностями.
В гостиной никого не было. Гарри бросил взгляд на каминную полку, где стояла миска с каминным порохом. Пожалуй, можно было бы отправиться к Сириусу и Ремусу прямо сейчас.
Гарри сбегал в лабораторию к Северусу, предупредил его, как Северус и просил, и вернулся к камину.
- Гриммаулд Плейс, 12! – отчетливо произнес он. Пламя вспыхнуло зеленым, и Гарри шагнул в камин.
На той стороне он привычно вывалился на ковер. В гостиной было пусто, но на кухне раздавались звуки, свидетельствующие о том, что кто-то там что-то готовит. Прекрасно помня, что сам Сириус в состоянии был приготовить разве что яичницу, да и то не всегда съедобную, Гарри заранее знал, кого там увидит.
- Привет, Ремус, - жизнерадостно произнес он, заходя на кухню. Ремус, стоящий у плиты, обернулся и улыбнулся.
- Привет, Гарри. Не ожидал тебя увидеть… Подожди, я сейчас, - Ремус взмахнул палочкой, потушив огонь под большой сковородкой, накрытой крышкой. – Хочешь чаю?
- Да, наверное, - пожал плечами Гарри, помня о предстоящем разговоре. – А где Сириус?
- Подожди меня в гостиной, - ловко перевел разговор Ремус. – Я сейчас приду, ладно?
Гарри нехотя кивнул и вернулся в гостиную. В большой столовой, где проводились обычно заседания Ордена Феникса, они никогда не ели – по крайней мере, пока Гарри жил здесь после окончания Хогвартса.
Удобно устроившись в кресле у камина, Гарри передвинул заклинанием столик, стоящий у стены, так, чтобы можно было на него поставить чашки. По краю столика вился едва заметный орнамент из маленьких змеек. Гарри невольно подумал о том, что очень хорошо, что они с Северусом живут в маггловском доме – по крайней мере, там нет бесконечной змеиной тематики.
Ремус вышел из коридора, разделяющего кухню и гостиную, левитируя перед собой поднос с двумя чашками и сахарницей, поставил его на столик и сел в соседнее кресло.
- С Сириусом все в порядке? – с беспокойством поинтересовался Гарри:: поведение Ремуса казалось ему подозрительным.
- Да, конечно, - мужчины натянуто улыбнулся. Гарри нахмурился и Ремус вздохнул, очевидно, понимая, что Гарри не верит ему. – Ну, как тебе сказать… с утра с ним все было в порядке, а два часа назад он решил прогуляться по маггловскому Лондону, - признался он. – Я понимаю, что его давно перестали искать, и думают, что он мертв… и на нем защитные и маскировочные чары…
- А удержать его никак нельзя было, - констатировал Гарри, прекрасно зная нрав своего крестного. Ремус кивнул.
- Он обещал не задерживаться, но я все равно беспокоюсь.
- А если что-то случится? У него же палочки нет…
- Палочка у него есть, - Ремус, явно пытаясь отвлечься, придвинул к себе чашку и насыпал себе три ложки сахара, как обычно. – На шестом курсе он заказал себе новую палочку, а старую не стал выбрасывать.
Гарри кивнул и тоже взял чашку. Несколько нераскрывшихся чаинок плавало на поверхности, и Гарри попробовал утопить их ложкой.
- А ты пришел по делу, или просто так? – поинтересовался Ремус, наблюдая за стараниями Гарри.
- Ну, как тебе сказать, - Гарри задумался. Ремус фыркнул.
- Кстати, тебе пришло письмо. Правда, не знаю, будешь ли ты его читать, но на всякий случай возьми: вдруг что-то важное, - Ремус поднялся с кресла и взял конверт с каминной полки. Гарри с удивлением обнаружил монограмму М на конверте, но не стал отвлекаться и засунул его в карман: после прочитает.
- В общем, я хотел кое-что сказать вам с Сириусом… - неуверенно начал он, и замолчал. Ремус ждал несколько минут, а потом негромко проговорил:
- Ты меня пугаешь, Гарри.
- Ага, я сам напугался, когда узнал, - вздохнул Гарри. – В общем, у нас с Северусом будет ребенок. Вот.
Признаться в этом Ремусу оказалось гораздо проще, чем Гарри ожидал. Впрочем, трудности еще впереди: предстоит еще разговор с Сириусом.
- Вот как, - Ремус задумчиво рассматривал Гарри. – Вы это планировали?
- Что? – такого вопроса Гарри не ожидал. – Нет, конечно! С чего ты взял?
- Во-первых, ты слишком спокойный, - объяснил Ремус. – И к тому же сложно представить, что ты сделал ту же самую ошибку, что и в прошлый раз… как это вообще произошло?
Гарри фыркнул.
- Тебе описать процесс в подробностях? – весело предложил он. – Нет? Ну, в общем, если я правильно понял объяснения Северуса, то он все это время применял неправильное заклинание, - объяснения Северуса тогда действительно были слишком путаными. Гарри решил, что это потому, что Северус не любит признавать свою вину…
Ремус поперхнулся чаем и с удивлением посмотрел на Гарри.
- Все время? – проговорил он. Гарри кивнул.
- Ну, не совсем неправильное… Кажется, оно просто не срабатывало в сочетании с любыми зельями, - припомнил он.
Ремус покачал головой.
- Ты это, главное, Сириусу не говори, - посоветовал он. Гарри кивнул и с ужасом услышал знакомый голос за спиной:
- Что мне не говорить?


Due cose belle ha a mondo: Amore e Morte...
 
-=ArimanA=-Дата: Пятница, 01.10.2010, 13:35 | Сообщение # 63
Леди Воздуха
Леди Четырех Стихий
Сообщений: 96
Репутация: 5
Вне города
***
Гарри вывалился из камина в гостиной Северуса – или у себя? – и рухнул на диван.
- Кто бы мог предположить, что простой разговор может так вымотать? – устало пробормотал он.
- Если это разговор с Блэком, то это вполне естественно, - раздался голос Северуса, которого Гарри сначала не заметил. Гарри повернул к нему голову.
- Это было ужасно, - признался он.
- Тебе сейчас надо поменьше нервничать, а то зелья забирают больше сил, - объяснил Северус. – Но лучше было разобраться с Блэком сегодня, чем через месяц или два.
- А Ремуса ты в расчет не берешь? – поинтересовался Гарри.
- Люпин не заставил бы тебя беспокоиться, - отрезал Северус, не отрываясь от пергамента, на котором что-то писал и вычеркивал.
- Он и не заставил, - кивнул Гарри, вспоминая, как Ремус помог ему сначала рассказать все Сириусу, а потом удержать его дома, когда Сириус помчался высказывать Северусу все, что о нем думает.
- Я рад, - рассеянно сообщил Северус после небольшой паузы. Похоже, он над чем-то задумался. Гарри решил ему не мешать и растянулся на диване, прикрыв глаза, но очень скоро отвлекся.
- А почему ты не трансфигурируешь этот диван, раз у тебя денег на новый не хватает? – поинтересовался Гарри. В бок его уколола какая-то пружина, да и расцветка дивана никогда ему не нравилась.
- Трансфигурированная мебель – дурной тон, - автоматически объяснил Северус, а потом поднял взгляд на Гарри. – И я предпочитаю надежную мебель, которая не будет изменяться от случайного Фините Инкантатем. У трансфигурированного предмета всегда найдутся какие-нибудь мелочи, на которые не хватило внимания. Длительное заклинание к тому же может разрушить суть предмета. И почитай учебник за второй курс, а не отвлекай меня, - тон Северуса резко изменился, мужчина снова уткнулся в пергамент. Гарри тяжело вздохнул.
- Во нижнем ящике стола в нашей спальне лежит визитка и каталог магазина, где я заказывал кресла, - после долгой паузы произнес Северус. – Если хочешь, можешь связаться с ним и оформить заказ на диван, парный креслам. Деньги у тебя есть.
Уже наверху, заполняя бланк заказа, найденный в каталоге, Гарри вспомнил о письме, которое ему передал Ремус. Отложив листок в сторону, Гарри вытащил из кармана плотный конверт. Г. Д. Поттеру - было написано на нем, опровергая все догадки Гарри о вероятной ошибке.
Письмо было на удивление коротким.
«Мистер Поттер!
Я знаю о заклинании, которое связывает вас и моего сына. В связи с этим мне хотелось бы попросить вас об одном одолжении. Если вам не трудно, прибудьте в Малфой-менор седьмого числа с 12 до 14. Защита замка пропустит вас, если вы прибудете по каминной сети, также вы можете попросить Драко, чтобы он дал вам аппарационные координаты.
Н. Малфой».
***
До седьмого числа оставалось три дня. Гарри долго раздумывал над тем, нет ли в предложении Нарциссы подвоха, после чего решил посоветоваться с Северусом. Северус высказал ему то же, к чему пришел и Гарри: Нарциссе не к чему вредить ему, поскольку от Гарри зависит жизнь ее сына. Гарри, правда, сомневался в ее отношении к Драко (помня Люциуса), но тут сам Малфой сообщил, что кто-кто, а его мать не позволит причинить Гарри ни малейшего вреда. Гарри даже показалось, что Малфой знает, о чем Нарцисса собирается просить его, но на расспросы Малфой не отвечал.
Оставалось ждать.
Три дня Гарри посвятил тренировкам. Парная магия у них с Северусом все еще не получалось, хотя невербальные заклинания у Гарри уже выходили почти так же хорошо, как и обычные. Светлые заклинания стали удаваться чаще. На вопрос Гарри, чем они отличаются от обыкновенных, Северус вручил ему огромный талмуд о природе Светлых заклинаний, и Гарри прилежно штудировал его в перерывах между тренировками. Правда, ответа на свой вопрос он пока не нашел.
Седьмого числа Гарри решил попросить Малфоя об аппарации: врываться по каминной сети в чужой дом он посчитал невежливым. Северус, узнав об этом, потребовал, чтобы Малфой не оставлял там Гарри. Сам Гарри, несмотря на все соображения по поводу намерений Нарциссы, тоже не считал Малфой-менор безопасным местом.
***
Малфой аппарировал Гарри к воротам Малфой-менора.
Черные металлические ворота казались почти невесомыми. Гарри заворожено рассматривал хитросплетение изогнутых прутьев. По периметру каждой из створок застыли две огромные змеи, выполненные с удивительной подробностью. Можно было даже различить пятна на их чешуе, несмотря на то, что металл был одним и тем же.
- Поттер, что ты застыл? – недовольно поинтересовался Малфой. – Дотронься до ворот, имение должно тебя признать.
Гарри вздрогнул от неожиданности и послушно дотронулся до железной створки. В пальцах почувствовалось странное покалывание, а ворота послушно отворились.
- Замечательно, - сухо сообщил Малфой и направился через сад к дому, похожему, скорее, на средневековый замок. Гарри пошел за ним.
В холле Малфой остановился и повернулся к Гарри.
- Я полагаю, мама ждет тебя в гостиной, - сухо сообщил он. – Пройдешь через галерею и свернешь налево, не заблудишься. Я буду в своей комнате, когда поговорите, пришли за мной эльфа. Обратно отправимся через камин.
Гарри пожал плечами. Малфой отвернулся и пошел к лестнице, а Гарри направился в указанном Малфоем направлении.
Галерея, через которую прошел Гарри, походила на небольшой музей. По стенам были развешаны картины и головы животных, кое-где стояли скульптуры. Гарри хотелось даже задержаться здесь подольше, но его ждали.
Галерея выходила в небольшое помещение, где были три двери. Заблудиться там и впрямь было невозможно: две двери из трех были маленькими и неприметными, а третья, двустворчатая, была стеклянной. Именно за ней Гарри и увидел Нарциссу Малфой.
- Мистер Поттер, - она, кажется, была удивлена. – Здравствуйте. Как вы сюда добрались?
- Меня аппарировал Мал… Драко, - неловко объяснил Гарри. Женщина поджала губы. Казалось, ей было неприятно разговаривать о сыне, и у Гарри это вызвало замешательство.
- Понятно. Вы ведь прошли через ворота? Значит, поместье признало вас… Теперь вы являетесь его фактическим владельцем, пока Драко не исполнится двадцать один год, - сообщила Нарцисса. – Присаживайтесь, мистер Поттер. Хотите кофе?
- Да, спасибо, - Гарри решил, что разговор будет долгим. К тому же, хотелось чем-нибудь занять руки: Гарри изрядно нервничал.
Поднос с двумя чашками на столике появился из пустоты. Гарри взял чашку.
- Скажите, а сколько домовиков обслуживают поместье? – не выдержав, поинтересовался он. Этот вопрос мучил Гарри с тех пор, как он увидел поместье снаружи.
- Пять, - без тени удивления ответила женщина. Снова воцарилась тишина. Гарри вертел в руках чашку, рассматривая едва заметный узор. Чашка была еле теплой, несмотря на то, что кофе был горячим, и ее можно было легко держать в руках.
- Вам, наверное, интересно, зачем я пригласила вас сюда, - заговорила, наконец, Нарцисса. Гарри отвлекся от рассматривания чашки и поднял голову. – Я хотела поговорить с вами о Драко. Мы с ним недавно сильно разошлись во мнениях. И я надеюсь на вашу помощь.
Гарри пожал плечами.
- А что я могу сделать? – он решился попробовать кофе. Кофе оказался на удивление вкусным, Гарри даже всерьез взвесил вариант заходить сюда почаще.
- Видите ли, мистер Поттер… это семейное дело, и мне очень неудобно втягивать вас в это, но, из-за проклятия, именно вы теперь являетесь главой семьи Малфоев. По крайней мере в том, что касается традиций. В общем, обязанность единственного наследника – это продолжить род. Мне нужно, чтобы вы повлияли на него.
Гарри нахмурился и собрался уже возразить, но женщина не дала ему сказать.
- Подождите, мистер Поттер. Я прекрасно знаю об ориентации Драко. Он не должен будет контактировать с будущей женой больше, чем это необходимо для рождения наследника. Брачный контракт позволяет ему заводить столько любовников, сколько ему угодно.
Гарри посмотрел на Нарциссу с сомнением. Несмотря на то, что они жили в одном доме, он плохо знал Малфоя. И мог ожидать от бывшего слизеринца, что он согласится на подобные условия, только бы не отказываться от семьи. Тем более, условия были вполне сносные, другое дело, что сам Гарри никогда бы не согласился на брак ради наследника с возможностью ходить налево…
Нарцисса, очевидно, расценила его молчание как знак согласия или, по крайней мере, сомнения.
- К тому же существует определенное ограничение… Видите ли, мистер Поттер, до тех пор, пока Драко не вступит в брак и не обзаведется наследником, он не сможет унаследовать все состояние Малфоев. И поместье… оно не признает его. Семейная магия Малфоев будет закрыта для Драко. Он очень многое теряет. Я прошу вас, для его же блага…
- Нет, - Гарри покачал головой, и женщина осеклась. Гарри чувствовал на себе неприязненный взгляд, но его занимали другие мысли.
Малфой действительно теряет многое, вот только причину его поведения Гарри прекрасно знал.
Джеймс.
Гарри бы никогда не подумал, что Малфой может быть настолько… преданным.
Он невольно улыбнулся.
Все-таки он сделал правильный выбор, когда не стал мешать их отношениям.
- Я надеюсь, что вы еще подумаете, - наконец, негромко произнесла женщина. – И еще… я думаю, вам будет интересна некоторая информация о проклятии. – Нарцисса поднялась, взяла несколько листов пергамента с каминной полки и протянула их Гарри. – Возьмите. Это из летописи Малфоев. Только постарайтесь не потерять и обязательно верните.
- Да, конечно, - Гарри не хотелось бросать недопитый кофе, но он с сожалением отставил чашку в сторону.
- К сожалению, меня ждут дела. Вы можете воспользоваться каминной сетью. До свидания, мистер Поттер, - Нарцисса ушла так быстро, что Гарри не успел попросить ее послать эльфа за Малфоем. Впрочем, на робкий приказ Гарри эльф отозвался, и, ожидая Малфоя, Гарри все-таки смог допить кофе.
- Я смотрю, ты тут наслаждаешься нашей кухней, - усмехнулся Малфой, заходя в гостиную. – Я, пожалуй, к тебе присоединюсь.
Он опустился в кресло, и Гарри с удивлением увидел, что перед ним возникла такая же чашка.
- А как это у тебя получается? – с любопытством поинтересовался он. Малфой искривил губы.
- Наши домовые эльфы реагируют на мысленные приказы, - Малфой ответил неохотно. Гарри замолчал, и только косился исподлобья на него. Странно жизнь вертит людей все-таки…
- Что тут тебе наплела моя матушка, что вызвало такое пристальное внимание к моей скромной персоне? – Малфой вдруг раздраженно посмотрел на Гарри. Тот смутился.
- Она просила, чтобы я заставил тебя жениться, - фыркнул он. Малфой вдруг напрягся.
- Как интересно. И что же ты ей ответил?
- Какая тебе разница? – огрызнулся Гарри. Сейчас Малфой снова стал таким же колючим, каким он его помнил. Той покладистости, которую Малфой проявлял у Северуса, не осталось и в помине. Поместье, что ли, на него так подействовало?
- Между прочим, это касается меня, если ты не заметил. Так что я желаю знать.
Гарри подавил стремление посоветовать Малфою засунуть свои желания в известное место и ответил.
- Я сказал, что не собираюсь заставлять тебя что-либо делать.
- Как интересно, - повторил Малфой, не отрывая от Гарри подозрительного взгляда. – Надо полагать, она сообщила тебе, что если я не обзаведусь законнорожденным наследником, имение и большая часть состояния Малфоев перейдут к тебе?
- Что? – Гарри даже вскочил, ошеломленный такой новостью. Этот расклад ему абсолютно не нравился.
- Видимо, не сказала, - констатировал Малфой.
- Нет, она говорила только, что ты не сможешь унаследовать все состояние и поместье… - растерянно пробормотал Гарри. – Я не знал…
- Теперь знаешь. Сядь и не маячь перед глазами, - перед Драко появился бокал с вином. – Тебе не предлагаю, сам знаешь, что нельзя.
Гарри кивнул.
- Слушай, а если все это станет моим… я смогу передать это кому-нибудь другому? – осторожно спросил он после недолгих раздумий.
- Ты, Поттер, сможешь делать со «всем этим», как ты замечательно выразился, что угодно, - сухо ответил Малфой. – Хоть сжечь и сплясать на пепелище.
Гарри нервно улыбнулся.
- Я просто подумал… Ты ведь собираешься жить с Джеймсом?
- Какое тебе дело? – Малфой смотрел на Гарри так, будто готов был задушить его голыми руками. Собственно, из-за удивления Гарри и ответил ему.
- Ну, он же мне не безразличен, в конце концов, он… - Гарри осекся. Малфой смотрел на него тяжелым взглядом.
- Ну, да, слышал уже от него обо всяких там братских чувствах, - произнес, наконец, Малфой. – И, знаешь что, Поттер… Не знаю, что ты себе вообразил о моем благородстве… раз мать тебе все рассказала. Полагаю, ты считаешь, что я до жути люблю Джеймса, и поэтому решился отказаться от наследства.
- А разве не так? – осторожно поинтересовался Гарри. Малфой криво усмехнулся.
- Слушай, Поттер, потому что больше у тебя такой возможности не будет. Не хочу, чтобы ты испытывал какие-то иллюзии на мой счет. Всю жизнь меня учили, что я должен делать. Отец контролировал каждый мой шаг. Еще в детстве я знал, как он распланировал мою жизнь, и прекрасно понимал, что от этого мне не деться. Видишь ли, в традициях нашей семьи женить наследника не позже, чем когда ему исполнится двадцать лет, и он не вышел еще из под опеки отца. Ты не представляешь себе, насколько я был рад его смерти. Я считал, что когда заклятие свяжет меня с Северусом, все изменится. Но я попал в дом к человеку, которого ненавидел, и которому Северус потворствовал – к тебе, Поттер, если ты еще не понял. Именно тогда я понял, что хотя мой отец мертв и никто уже не навязывает мне судьбы, которой я не хочу, я все еще не свободен. Однако я готов был подождать, потому что выбора у меня не было. Я мог либо смириться, либо превратить оставшиеся годы до окончания действия заклятья в ад. И я смирился.
Какое-то время все шло нормально, а потом ты ушел. И единственный человек, которому я доверял, человек, от которого зависела моя жизнь, предал меня. Ты понимаешь, Поттер, на что он меня обрек? Почти месяц после его смерти я пытался привязать заклятие на Джеймса. Каждую ночь меня крутило, как под Круциатусом. Меня разрывало изнутри, некоторые шрамы не сошли до сих пор. А потом пришел ты.
Я уже не ненавидел тебя, но только потому, что у меня не осталось на это сил. А потом, когда ты снял проклятье, не то, чтобы ненависть вернулась, но… Я не люблю тебя, Поттер. Сложно сказать, почему. Все это сидит слишком глубоко, но я тебя не люблю.
А теперь представь, каково мне приходится. Я живу в одном доме с тобой и Северусом, человеком, которым обрек меня когда-то на смерть. Я жду свободы, Поттер. А мать предлагает мне подчиниться судьбе, которую я когда-то так ненавидел.
А Джеймс… Он просто есть, понимаешь, Поттер? Он был последней каплей. Он появился тогда, когда мне приходилось бороться не только с окружающим миром, но и со своими рухнувшими надеждами. Я не надеюсь, что между нами всегда все останется так, как есть. Я просто живу сегодняшним днем. Но он заставляет меня верить, что на всей этой чертовой земле остались люди, которые могут сделать мое существование сносным.
Малфой замолчал, только зло щурился. Казалось, он сказал больше, чем собирался. Гарри не смотрел на него.
Малфой открылся ему сейчас совсем с другой стороны.
- А как твоя мать воспримет твое решение? – немного робко поинтересовался Гарри. Малфой пожал плечами.
- Как обычно. Сначала мы с ней долго не будем разговаривать, потом кто-то из нас пришлет примиряющее письмо с приглашением на обед, и мы сделаем вид, что ничего не было. Ладно, - Малфой встал. – Кажется, нам пора. Мы с тобой тут и так засиделись. Пожалуйста, ты первый, - Малфой сделал приглашающий жест в сторону камина. Гарри все так же задумчиво подошел, нашел на каминной полке вазу с летучим порохом и швырнул горсть в камин.
Первое, что увидел Гарри, выйдя из камина, это был Северус, лежащий на диване без сознания, и Джеймс рядом с ним.


Due cose belle ha a mondo: Amore e Morte...
 
-=ArimanA=-Дата: Пятница, 01.10.2010, 13:36 | Сообщение # 64
Леди Воздуха
Леди Четырех Стихий
Сообщений: 96
Репутация: 5
Вне города
Глава 17 часть 1
Северус лежал на диване в неестественной позе. Его лицо было чересчур бледным. Джеймс, несмотря на явный испуг, подсовывал Северусу под нос какую-то колбу.
- Гарри? – Джеймс обернулся. – Не волнуйся, все в порядке, - торопливо произнес он, видя лицо Гарри. Тот не обратил на слова брата внимания, бросившись к Северусу и замерев над ним. Сзади послышался хлопок сработавшего камина. Малфой, похоже, тут же сориентировался в ситуации.
- Поттер, отойди – приказал он. Гарри, впрочем, не послушался его, а скорее поддался мягкому напору Джеймса, который тянул его за рукав в сторону кресла.
- Сядь, Гарри, я же говорю, все в порядке.
- Что произошло? – напряженно поинтересовался Гарри. Джеймс закатил глаза.
- Северус сидел, как обычно, со своими исследованиями и вдруг потерял сознание. Может, просто испарениями в лаборатории надышался. Не переживай.
Гарри нервно кивнул, не отрывая взгляд от Малфоя и Северуса. Малфой пробормотал несколько заклинаний, а потом привел Северуса в чувство обыкновенным Энервейтом. Гарри почувствовал себя идиотом.
- Северус, ты в порядке? – поинтересовался он.
- Замечательно, - хрипло отозвался тот. – Помоги встать. Мне надо в лабораторию.
- Что? – возмутился Гарри. – Ты не можешь подняться без посторонней помощи и при этом собираешься работать?
- Поттер… - попробовал перебить его Северус, но Гарри упрямо мотнул головой.
- Никуда я тебя сегодня не пущу, - уже тише проговорил он. Северус неожиданно улыбнулся.
- Как скажешь. Тогда пойдем наверх, мне надо с тобой поговорить.
Когда Гарри протянул Северусу руку, он был на редкость удивлен. Он считал, что у Северуса просто кружится голова, но судя по тому, как он вцепился в Гарри, странный приступ высосал из него все силы. Северус не отпускал Гарри до тех пор, пока они не добрались до кровати в спальне.
- Мне кажется, начинается, - тихо проговорил Северус, опустившись на кровать. Гарри недоуменно посмотрел на него, и Северус объяснил. – Ритуал по освобождению Темного Лорда. Я не знаю, сколько времени он должен длиться, но, кажется, тот неизвестный решил проводить два ритуала одновременно. Сегодня, кажется, у него не получилось то, что он планировал. Он слишком далеко, к тому же у меня удалось ментально сопротивляться…
- Подожди, о чем ты? – Гарри снова чувствовал себя идиотом. – Что ему нужно?
- Мои магические силы. Мы с Дамблдором обсуждали несколько возможных ритуалов, очевидно, пока он пробует этот. Мне надо временно заблокировать часть своей магии, тогда он не сможет воспользоваться ей… - Северус, казалось, снова был близок к тому, чтобы потерять сознание. Впрочем, Гарри решил, что он просто сильно устал.
- Это подождет до завтра? – Гарри дождался кивка и взял со стула плед. – Тогда поспи сейчас, ладно? Потом лучше соображать будешь.
Северус издал странный звук, но не сопротивлялся, пока Гарри стаскивал с него мантию и укутывал в плед.
- Когда я проснусь, мне понадобится Коралловая эссенция, - не открывая глаз, сказал Северус через несколько минут. – Если ее нет у меня в запасах, попроси Джеймса и Драко сварить, она готовится пять часов.
- Хорошо, - Гарри улыбнулся и тихо закрыл за собой дверь.
Почему-то ему было радостно, несмотря на отвратительные новости.
***
Во второй раз Северус потерял сознание в лаборатории. Это было через два дня, когда Гарри уже уверился, что ничего неприятного не произойдет. Северус тоже не проявлял беспокойства, по крайней мере, внешне.
Гарри, к счастью, был в это время рядом. Он всегда проводил часть дня рядом с Северусом в лаборатории, изучая книги по защите, но то, что он в это время был рядом, оказалось чистой случайностью.
Гарри заметил, что с Северусом что-то не так, когда услышал странный звук жидкости в котле: Северус, похоже, уронил туда что-то лишнее, стараясь удержаться на ногах. Гарри успел вскочить и подхватить его прежде, чем Северус рухнул. Мужчина обмяк в руках Гарри, а жидкость в котле побурлила пару секунд и взорвалась, окатив Гарри и Северуса. К счастью, разрушительных свойств жидкость не имела. Гарри попробовал применить Эннервейт, а когда заклинание не сработало, с большим трудом дотащил Северуса до спальни. Малфой, к которому Гарри обратился за помощью, посоветовал оставить Северуса в покое, и Гарри минут десять сидел рядом с Северусом, терпеливо ожидая, когда тот придет в себя.
Очнувшись, Северус не мог даже пошевелить рукой, однако потребовал у Гарри Коралловой эссенции и подробного отчета о том, что произошло с зельем. Гарри предоставил Северусу и то и другое, после чего нашел Джеймса и попросил сварить еще эссенции.
Что-то подсказывало Гарри, что это только начало.
В этот раз Северус ухитрился проспать двенадцать часов, ужасно встревожив Гарри. Проснувшись, Северус хотел было снова идти в лабораторию, но Гарри не пустил его. Главным аргументом было то, что если Северус снова решит упасть головой в котел, Гарри может рядом не оказаться. Как ни странно, Северус уступил. Возможно, потому, что у него не было сил спорить.
А потом началось то, что сам Гарри считал одним из кругов ада.
Приступы участились. Северус уже почти не вставал с кровати. В лучшем случае он сидел с какой-нибудь книгой, в худшем, когда дело доходило до трех обмороков в день, он просто лежал, полуприкрыв глаза, время от времени дотягиваясь до стакана с водой. Иногда он приходил в себя настолько, чтобы постараться успокоить Гарри. Хотя Гарри все равно не верил его утешениям.
Сколько прошло времени в постоянном напряжении, Гарри не знал. На самом деле, это продолжалось всего шесть дней. К концу приступы стали более продолжительными и выматывающими, но и более редкими. Северус мог лежать без сознания по полчаса. Сам Гарри все это время не выходил из комнаты.
Он понятия не имел, что происходит с Северусом. Объяснений, которых Гарри получил, в тот день, когда вернулся из Малфой-менора, было явно недостаточно.
Оставалось только ждать, когда Северус придет в себя.
***
Гарри проснулся в несусветную рань оттого, что Северус рядом с ним дернулся. Гарри резко сел и потряс его за плечо.
- Ты в порядке?
Довольное выражение лица Северуса, когда тот открыл глаза, оказалось для Гарри полной неожиданностью.
- А вот хрен ему, а не мою магию, - бессвязно высказался Северус и потянулся за стаканом. Гарри от беспокойства прикусил губу. Впрочем, сделав несколько глотков, Северус посмотрел на него и ответил.
- Все хорошо, Поттер. Спи.
Но уснуть уже не получалось. Гарри осторожно поднялся, стараясь не потревожить Северуса, но тот сам слегка отодвинулся, давая Гарри встать с кровати.
В гостиной было тихо. Гарри бросил взгляд на часы. Половина пятого. Неудивительно, что за окном еще темно…
Тибби принес Гарри крепкий кофе, к которому Гарри пристрастился за эти несколько дней, и книгу из лаборатории. Гарри так и забыл ее там, почти не тренируясь все это время.
- Тибби, последи за Северусом, хорошо? Если что-то случится, зови меня, - уже почти привычно приказал Гарри. Домовик кивнул и исчез, а Гарри раскрыл книгу и углубился в пространные рассуждения о природе светлой магии.
Прошло полтора часа, прежде чем перед Гарри появился домовик.
- Мастер Северус просил хозяина Гарри подняться к нему наверх, - сообщил домовик. Гарри торопливо отложил книгу в сторону, вскочил и бросился к лестнице.
Северус сидел на кровати и выглядел лучше, чем обычно. Гарри облегченно выдохнул: ему казалось, что что-то случилось.
- Прекрати делать такой вид, будто я лежу тут при смерти, - немного недовольно проворчал Северус. – Все в порядке. Мне кажется, нападения прекратились.
- Ты уверен? – осторожно поинтересовался Гарри, опускаясь рядом с Северусом.
- Я ни в чем не уверен, - парировал мужчина. – Но за это время он должен был понять, что не может сломать мою защиту.
- Кто?
Северус немного раздраженно пожал плечами.
- Откуда я знаю? Он не представился.
Они немного помолчали. Северус, кажется, думал о чем-то своем.
- Что это было? – спросил, наконец, Гарри. – Ты слишком непонятно тогда объяснял. До меня дошло про ритуал, но что именно происходит с тобой?
Северус вздохнул и облокотился о плечо Гарри. Тот замер: слишком редки были такие моменты.
- Для освобождения Темного Лорда можно воспользоваться моей магической силой, - заговорил, наконец, Северус. – Очевидно, неизвестный нашел следы моей магической силы и попробовал найти меня ментально. Ему, как видишь, это удалось. Он не учел только того, что процесс вытягивания магической силы на расстоянии сходен с легилименцией. По крайней мере, щиты, которые я ставил, я делал по принципу окклюментивных. Во время этих приступов происходило что-то похожее на то, как Темный Лорд проникал в твой мозг.
- Понятно… - пробормотал Гарри. – Но тебе же ничего не сделалось?
- Ничего, - Северус усмехнулся. – Для ритуала необходимо было хотя бы на несколько часов обеспечить непрерывное течение моей магической энергии, а все, чего он смог добиться – это ухватить отдельные куски через бреши.
- То есть, у тебя стало меньше магических сил? – пробормотал Гарри. Северус в ответ проворчал что-то о невежественных неучах, но объяснил.
- Магическая сила, Поттер, дается человеку от рождения. Ее не может стать больше или меньше. За исключением нескольких ритуалов, которые либо отнимают магию совсем, либо прибавляют чужую магическую силу, опять же, отнимая ее. Магию можно блокировать, можно ненадолго увеличить. Но в целом магия всегда остается с человеком. Это как вода на Земле, если тебе понятно такое сравнение, - Гарри кивнул. – Вода может испаряться, но в итоге она всегда возвращается и меньше ее не становится.
- Но если бы ему удалось выкачать из тебя магию, ты бы не стал сквибом? – осторожно спросил Гарри – он не был уверен, что понял все правильно. Северус закатил глаза.
- Поттер, ты идиот? Я же тебе говорю, что магию нельзя так просто отобрать. Этот тип провел бы ее через пентаграмму с заклинанием, если бы смог удержать, а потом она вернулась бы. Тебе ясно, или ты еще собираешься доставать меня глупыми вопросами?
- Ясно, - смущенно пробормотал Гарри.
- Замечательно. Тогда помоги мне встать и дойти до ванной. А потом принеси восстанавливающее зелье.
***
Время летело незаметно. Возможно, потому, что после недели вынужденного отдыха Северус заставил Гарри тренироваться еще усерднее. Количество принимаемых зелий тоже возросло: из-за того, что Гарри много тренировался, пришлось пить больше стабилизирующих и укрепляющих. Колдомедику это не нравилось, но Северус был непреклонным. Конечно, истинной причины он не выдавал, но упирал на «острую необходимость».
Прошел почти месяц после визита в Малфой-менор. Наступала весна.
Двадцать пятого марта после обеда Северус в очередной раз отправился в Хогвартс к Дамблдору, а Гарри решил до его прихода отправиться к Сириусу.
Дом крестного был единственным местом, куда Гарри мог отправиться через каминную сеть без предупреждения. Возможно, потому, что не мог перестать чувствовать его отчасти своим.
Сириус и Ремус были дома. Сириус при виде Гарри пришел в восторг. Гарри откровенно забавляло порой его поведение. Сириус казался большим ребенком. Может, годы Азкабана научили его так радоваться самым простым вещам?
- …Я выхожу иногда в маггловский Лондон под маскировочными заклинаниями, но в операциях Ордена мне до сих пор не разрешают принимать участие, - огорченно рассказывал Сириус, устроившись в кресле у камина, рядом с Гарри. – Дамблдор говорит, случайное заклинание развоплощения – и все, вся работа насмарку…
- И правильно говорит, - отрезал Ремус.
- Но тогда получается, что мне вообще в магическом Лондоне нельзя показываться! – тут же взвился Сириус. Похоже, эта тема обсуждалась здесь не в первый раз.
- А разве Орден сейчас проводит какие-то операции? – спросил Гарри Ремуса. Мужчина посмотрел на него с благодарностью.
- В основном ловят оставшихся Пожирателей, - вместо Ремуса ответил Сириус. – Дамблдор знает, что Сам-знаешь-кто жив, поэтому и не распускает Орден. Спасибо Снейпу, что он всех крупных Пожирателей перебил, остальные все разбежались. Кажется, все убитые принадлежали к Ближнему кругу, если я не ошибаюсь…
Гарри прикусил губу. Он никогда не спрашивал Северуса об этом, потому что и без того понимал. Все убитые Пожиратели, кроме Беллатрикс Лестрейнж, были в подземелье в тот день, на шестом курсе Гарри…
Ремус почему-то хмурился, тяжело глядя на него. Гарри стряхнул отвратительные воспоминания и покосился на Люпина, тот отвел взгляд. Гарри сделал в памяти пометку позже спросить, в чем дело.
Повисло неприятное молчание.
- А ты сам как? – нарушил тишину Люпин. Гарри пожал плечами.
- Да нормально. На зельях сижу, скоро они у меня, кажется, из ушей польются. Тренируюсь в заклятиях, иногда колдомедик ругаться приходит.
Ремус нахмурился, а Сириус рассмеялся.
- Помню, с твоим отцом такая история была однажды, - начал он. – Летом, перед седьмым курсом, я у него тогда жил…
Раньше Гарри любил такие истории. Но сейчас безмятежный рассказ Сириуса вдруг что-то задел внутри Гарри. Словно коснулся открытой раны.
Перед седьмым курсом. Кажется, именно тогда отец бросил Северуса? Или нет?
- Не надо, - хрипло попросил Гарри, опустив голову, и Сириус мгновенно замолчал. Скорее от неожиданности, чем от чего-то другого.
- Ты чего? – почти обиженно поинтересовался он. Гарри посмотрел на него. Сириус сейчас выглядел как человек, получивший удар в спину от лучшего друга
- Я… я не хочу о нем разговаривать, - выдавил Гарри, прекрасно понимая, что добивает крестного. Но что он еще мог сказать? Что не может простить человека, который причинил так много боли Северусу? Вряд ли Сириус бы это оценил. Но Гарри еще помнил, как сидел у кровати в комнате Северуса здесь, на Гриммаулд Плейс, охраняя его от ночных кошмаров. Которые на него насылал ни кто иной, как Джеймс Поттер.
- Гарри… - беспомощно повторил Сириус. Гарри, уставившийся в ковер у своих ног, услышал звук шагов. Ремус присел перед ним на корточки, серьезно глядя ему в глаза.
- Тебе не кажется, что ты перебарщиваешь? – серьезно поинтересовался он. Гарри молча помотал головой. – Гарри, Джеймс ведь, прежде всего, твой отец.
Гарри тяжело вздохнул. Ему было больно видеть обиду на лице Сириуса и чувствовать беспокойство Ремуса. Но поделать он ничего не мог. Не проходила даже давно забытая, казалось, обида на отца как на соперника.
- Я не могу, Ремус, - почти шепотом проговорил Гарри. – Правда. После всего этого… Когда он еще чуть не убил Северуса…
- Ты о чем? – непонимающе спросил Сириус. Гарри промолчал, все так же не поднимая головы.
- Сириус, ты не мог бы нас с Гарри оставить? – негромко произнес Ремус. – Мне надо сказать ему пару слов.
Несколько секунд было тихо, затем Гарри услышал скрип кресла Сириуса. Крестный ушел, ничего не сказав, и Гарри был уверен, что он обижен.
Какое-то время Ремус молчал. Может, выжидал, когда Сириус поднимется на второй этаж. Может, обдумывал, что сказать Гарри. Самому Гарри говорить не хотелось.
- Гарри, - Ремус, несмотря на то, что они были одни, говорил тихо. – Ты неправ. Джеймс тебе отец, а не соперник.
- Я знаю, Ремус, - Гарри резко встал. Сил спорить не было. – Я пойду, ладно?
Ремус смотрел на него грустно, но Гарри старался не замечать этого.
Когда он вышел из камина в своей гостиной, он застал там взъерошенных Малфоя и Джеймса. Оба явно не ожидали скорого возвращения Гарри. Малфой что-то гневно прошипел и умчался наверх, а Джеймс остался, только покраснел.
- Извини, я думал, тебя долго не будет… - смущенно пробормотал он. Гарри пожал плечами.
- Не извиняйся, - произнес он. – Северус еще не приходил?
Джеймс фыркнул.
- Нет, конечно.
Гарри кивнул.
- А у тебя что-то случилось, что ты так расстроен? – Джеймс, как всегда, уловил настроение Гарри.
- Ничего, - автоматически отговорился Гарри, и только потом, вздохнув, сообщил, - я Сириуса обидел.
- Все будет в порядке, - уверенно произнес Джеймс. – Он тебя обязательно простит.
Гарри кивнул.
- Я знаю, - он отвернулся и пошел к лестнице. Хотелось побыть в одиночестве.


Due cose belle ha a mondo: Amore e Morte...
 
-=ArimanA=-Дата: Пятница, 01.10.2010, 13:37 | Сообщение # 65
Леди Воздуха
Леди Четырех Стихий
Сообщений: 96
Репутация: 5
Вне города
***
Альбус не стал открывать мне камин. Связь Хогвартса с частными домами было слишком сложно установить. Мне пришлось в очередной раз дойти до Хогсмида, а оттуда аппарировать в Паучий Тупик.
В гостиной сидел Джеймс. Вопреки своей привычке, он сидел, задумавшись, над кружкой чая, а не делал уроки.
- Все в порядке? – поинтересовался я. Он задумчиво кивнул.
- Да, наверное.
- Поттер вернулся? – я сел на диван. Джеймс кивнул.
- Да, он сейчас в вашей комнате.
Я нахмурился. Обычно Поттер проводил свободное время в саду, к тому же я был уверен, что он просидит у Блэка до вечера.
Камин заискрил и из него вдруг вывалился Блэк. Весьма некстати.
- Как я вижу, тебя не учили в детстве приличиям, - сухо произнес я вместо приветствия. – Если ты не в курсе, вваливаться без предупреждения в чужой дом…
- Заткнись, Снейп, - рявкнул Блэк, и я инстинктивно потянулся к палочке. – Ты…
Камин снова затрещал, и из него вышел явно обеспокоенный Люпин. Джеймс тоже встревожено поднялся.
- Что происходит? – холодно поинтересовался я, глядя на Блэка.
- Что за чушь ты наплел Гарри, ты, ублю…
- Сириус! – прикрикнул Люпин. Я предупреждающе посмотрел на Джеймса.
- Иди наверх, - приказал я. Он, кажется, хотел возразить, но я грозно нахмурился, и Джеймс покорно взбежал вверх по лестнице. Я проводил его взглядом, а потом медленно перевел взгляд на Блэка.
- Так какие у тебя ко мне претензии? – преувеличенно вежливо поинтересовался я. Поведение Блэка меня злило: после двух с половиной часов совещания с Дамблдором я устал, и больше всего не хотел сейчас спорить с Блэком.
- Сириус, можешь сесть? – мягко попросил Люпин. – Я лучше сам поговорю со Снейпом.
- Нет, пусть он скажет… - продолжил кипятиться Блэк. Я молчал, ожидая, пока они разберутся.
Наконец, Люпину удалось утихомирить Блэка. Это было довольно вовремя, потому что я как раз хотел наложить на Блэка Силенцио. На гостиную я уже навел заглушающее заклинание, чтобы Поттер не выскочил на крики.
- Извини за бесцеремонное вторжение, Снейп, - устало начал Люпин, и я нетерпеливо поджал губы. – Сегодня Гарри сказал Сириусу, что не желает разговаривать о своем отце, и Сириус решил, что это ты ему что-то сказал…
- А кто еще? – завопил Блэк, снова вскакивая. Я прикинул, что давно не видел его в такой ярости. Пожалуй, последний раз был еще до его падения за Арку.
- А ты не находишь, Блэк, что у него самого были причины так решить? – поинтересовался я.
- Нет, Снейп! Гарри сам бы никогда…
- Сириус… - снова попробовал прервать взбесившегося Блэка Люпин. Я, будучи не в состоянии переносить их вопли, поднялся и пошел на кухню. Хотелось чаю.
Я редко думал о чем-то неприятном во время процесса заваривания, но в этот раз меня одолевали скверные мысли. Несмотря на все вопли Блэка, я прекрасно понял, в чем проблема.
Что же. Этого можно было ожидать. Поттер так и не научился видеть мир во всех красках. Он делит его на черное и белое. И к осознанию всех скверных поступков его отца в отношении меня наверняка прибавилась еще ревность.
Мне надо было задуматься над этим раньше. Может, удалось бы вдолбить в голову Поттеру правильный взгляд на его отца. Потому что какими бы ни были наши с Джеймсом Поттером размолвки, прежде всего он его отец.
Горячий тонкостенный заварочный чайник с еле заметным светлым орнаментом. Я обхватил его ладонями – на несколько мгновений, чтобы не обжечься. Оставил руки рядом, не дотрагиваясь, на расстоянии нескольких миллиметров. Уставился невидящим взглядом перед собой. Я устал.
- Снейп, ты не мог бы поговорить с Гарри? – Люпин появился на пороге. – Может, тебя он послушает. Потому что это неправильно…
- Я понимаю, Люпин, - нетерпеливо произнес я, недовольный, что меня вырвали из приятного медитативного состояния. – Я с ним поговорю. А теперь, если можете, уберитесь отсюда. Вы явились на редкость невовремя.
- Сириус очень хотел с тобой разобраться, - виновато ответил Люпин. – Я хотел удержать его, если он позволит себе лишнее. Извини.
- Оставь меня в покое, Люпин, - прошипел я. Оборотень, похоже, уловив мою злость, покинул кухню.
Когда я через пять минут вышел с чашкой из кухни, в гостиной никого не было. Я снял заглушающее заклинание и уселся у камина. Было крайне неприятно, что из этого камина в любой момент мог вывалиться Блэк. Собственно, в магическом мире было неприлично приходить в гости через камин: это нарушало негласный закон «мой дом – моя крепость». Каминной сетью пользовались обычно для перемещения в общественные места или в свой собственный дом.
Чай был слишком крепким. Я поморщился.
Пустую чашку я оставил на столе: Тибби уберет. Поднялся наверх. Из-под двери спальни был виден свет.
Поттер лежал на нерасстеленной кровати, глядя в потолок тоскливым взглядом. Я сел на край кровати.
- Что произошло? – поинтересовался я. Было интересно, расскажет он или нет.
- Думаю, - ровно сообщил Поттер.
- Да, это серьезное происшествие, - кивнул я. Поттер не отреагировал. Я решил оставить его на время в покое, тем более что все равно не знал, что ему сказать пока, и пошел в ванную.
Когда я вышел, Поттер расстелил кровать и лежал теперь не по диагонали, а у стены, давая мне место.
- Ты устал? – негромко спросил он.
- Устал, - признал я. – Мы с Дамблдором снова пытались понять, когда будет готов ритуал передачи силы и чего дальше ждать от этого типа.
- И поняли? – живо заинтересовался Поттер. Я пожал плечами, Поттер придвинулся ко мне, и я обнял его.
- Догадки есть. Вероятно, этот тип попробует найти меня, чтобы использовать ритуал на крови. Ты, кстати, тоже постарайся не выходить один.
- Хорошо, - пообещал Поттер. Какое-то время мы молчали.
- Северус, - снова заговорил Поттер. – Знаешь… я боюсь, что был неправ тогда…
Я привстал, пристально посмотрел на него. Поттер хмурился, глядя в стену. Понять, о чем он говорит, было решительно невозможно.
- О чем ты? – наконец, поинтересовался я.
- О Малфое, - ответил Поттер, чем поверг меня в абсолютное недоумение.
- Хорошо, - терпеливо произнес я. – Объясни, что ты имеешь в виду.
***
Вернувшись от Сириуса, Гарри поднялся в спальню и растянулся на кровати. Он любил иногда лежать по диагонали, так, что можно было раскинуть руки и ноги.
Медленно текли неприятные мысли. Сначала об отце, потом – о Северусе и Джеймсе. Гарри невольно задался вопросом: а как Джеймс относится к Джеймсу Поттеру? Единственный раз Джеймс заговаривал об их общем отце, когда они с Гарри еще не были толком знакомы.
А мысли о Джеймсе как-то естественно перетекли в мысли о Джеймсе и Малфое.
Гарри все еще беспокоили те слова Малфоя о Джеймсе, сказанные в гостиной Малфой-менора. «Джеймс… Он просто есть».
Гарри на самом деле считал, что Малфой любит Джеймса. По большому счету это, конечно, было не его дело, но Гарри беспокоился. Слова Малфоя о Джеймсе показались ему какими-то пренебрежительными. И Гарри теперь уже сомневался, правильно ли поступил, позволив их отношениям свободно развиваться. Может, следовало не дать Малфою приблизиться к Джеймсу настолько, чтобы тот смог причинить брату Гарри боль…
И позже, когда Гарри лежал, прижимаясь к Северусу, он не смог удержаться и не поделиться своим беспокойством.
Северус молча выслушал все, что наболело. И потом, под вопросительным взглядом Гарри, кажется, долго подбирал слова.
А может, просто сам смирялся с тем, в чем пытался убедить Гарри.
- Знаешь, Поттер, - голос Северуса был таким, словно ему было неприятно говорить об этом. – я очень хорошо знаю Драко. Он на удивление ветреный человек..
- К чему ты это говоришь? – удивленно поинтересовался Гарри.
- Я просто хочу поделиться с тобой своими наблюдениями, прежде, чем высказать свое мнение по поводу того, что ты мне сказал. Так вот. Малфои никогда были верными людьми, я знаю это и по словам Люциуса, и по собственным наблюдением за представителями трех поколений. Я множество раз видел Драко в школе с разными партнерами, и очень редко с одними и теми же. Я подозреваю, что его подстегивало именно то стремление к свободе, о которой он тебе говорил.
- Не вижу в таком поведении связи со свободой, - пробормотал Гарри, вспоминая. Странно, что он не замечал этого.
- Он не желал быть зависимым от любовников и любовниц, - просто объяснил Северус. – И его вполне устраивало это. Я бы даже сказал, ему нравилось такое внимание, и это вполне естественно. Но примерно с середины седьмого курса я стал реже заставать его в подобных ситуациях, а после окончания Хогвартса Драко ни разу не покидал этого дома для того, чтобы разнообразить свою сексуальную жизнь. Собственно, сначала меня это весьма удивляло.
- Может, он просто не мог выйти? – предположил Гарри. Северус только хмыкнул.
- Ему ничего не мешало. Он совершеннолетний и может пользоваться магией. Ни со стороны Пожирателей, ни со стороны Министерства ему ничего не угрожало. Значит, он просто не хотел. – Северус замолчал.
- И это все твои наблюдения? – фыркнул Гарри. Северус дал ему несильный подзатыльник.
- Драко оставил тебя в покое, хотя никакое проклятье не заставило бы его прекратить его подколки. Он не ввязывается в споры. И вообще его поведение очень сильно изменилось. Возможно, отчасти это результат того, что он просто повзрослел. Не буду гадать. А теперь, Поттер, я скажу тебе все, что думаю о том, что сообщил тебе Драко. Ты ведь в курсе, что он тебя, мягко говоря, недолюбливает?
- Конечно, - пробормотал Гарри. Странно, но даже просто голос Северуса успокаивал его, и было неважно, что он говорил ему.
- И ты всерьез думаешь, что Драко откроет тебе душу и расскажет о своей горячей и вечной любви к Джеймсу? – в голосе Северуса теперь отчетливо слышалась насмешка.
- То есть, ты думаешь, что он мне соврал?
Северус тяжело вздохнул.
- Поттер, кроме правды существует такое понятие, как полуправда. Но в данном случае я полагаю, что Драко сам боится признать свои чувства. И в любом случае он не стал бы рассказывать об этих чувствах кому-то еще. Тем более, тебе.
- Ты в самом деле считаешь, что все в порядке? – с надеждой поинтересовался Гарри.
- Я считаю, что тебе не стоит менять своего мнения, которое у тебя было до разговора с Драко, - мягко произнес Северус. – Джеймс уже достаточно взрослый, чтобы решить за себя сам.
Гарри промолчал. Северус потушил свет.
Гарри долго не мог уснуть этой ночью, обдумывая слова Северуса.
***
Гарри привык просыпаться рядом с Северусом. Но сегодняшнее утро было необычным.
Было тихо. Слышалось только дыхание Северуса, как всегда. Гарри просыпался постепенно и еще не открыл глаза, но уже чувствовал чужую ладонь на животе. Пальцы Северуса были холодными.
Осторожные прикосновения, мягкие поглаживания, словно Гарри сделан из хрусталя. Или даже не так – пожалуй, с такой осторожностью можно пытаться поймать бабочку, чтобы не сломать ей крылья.
Ладонь Северуса чуть задержалась над пупком. Гарри чувствовал края распахнутой пижамной куртки. Он прекрасно знал, как выглядит сейчас его живот. Не выпирающий – конечно, ведь идет только первый месяц, - но уже не впалый, как раньше.
Хотелось лежать так бесконечно, чувствуя нежные касания, но, увы, это было невозможно.
- Я проснулся, - сообщил Гарри, так и не открывая глаз. Голос его был немного хриплым со сна.
- Я рад за тебя, - отозвался Северус. Он, кажется, немного напрягся и больше не гладил живот Гарри, но руку не убрал.
Гарри вздохнул. Он все чаще в последнее время думал о том, что из них двоих ему, пожалуй, будет легче приспособиться к их отношениям. Северус, казалось, весь состоял из комплексов, когда дело касалось взаимоотношений, и преодолеть их ему было очень сложно из-за своего возраста. Слишком долго Северус жил с этими комплексами. Иногда Гарри предполагал, что Северус тиранил учеников именно из-за неуверенности в себе. Вот и сейчас Северус ожидал реакции Гарри. А Гарри чувствовал, что в этот момент Северус открыт, искренен как никогда. Уязвим. И что на любое замечание он тотчас же закроется и съязвит что-нибудь привычное. И Гарри молчал и даже не шевелился, опасаясь как-то задеть любовника.
Наконец, Северус пошевелился и, к удивлению Гарри, прикоснулся к его животу губами. А потом кровать скрипнула и опустела. Гарри открыл глаза. Северус стоял рядом и, глядя на Гарри, улыбался одними глазами.
- Доброе утро, Поттер. Ты собираешься вставать?
Легкая утренняя тошнота была почти привычной. Зелье от тошноты стояло в ванной, и Гарри пил его после того, как чистил зубы. Тошнота уходила всегда. Но в этот раз от глотка зелья Гарри скрутило так, что тот еле успел дотянуться до унитаза, хоть расстояние и было не более двух шагов.
Потом Гарри еще десять минут не уходил из ванной, боясь, что снова стошнит, а потом, когда он решился снова пойти лечь, у него схватило живот. До прихода колдомедика Гарри так и лежал, скрючившись и завернувшись в два одеяла, потому что у него еще начался озноб.
Колдомедик ничего определенного сказать не смог, однако состояние Гарри его встревожило. Смит посоветовал не пить пока никаких зелий и отправился в свою клинику, откуда можно было связаться с крупной больницей во Франции. Как объяснил Гарри Северус, во Франции были лучшие репродуктологи и достаточно часто, относительно Англии, практиковалось искусственное мужское оплодотворение.
Рези в животе тоже вскоре прошли, и Гарри какое-то время лежал, пытаясь отдышаться. Затем, примерно через полчаса, вдруг начался еще один приступ, и Гарри так и мучился полтора часа, до прихода колдомедика.
- Все эти реакции организма являются признаками ускорившегося процесса развития матки. Это несвойственно обычно первой или второй беременностям, поэтому это явление довольно редкое и малоизученное… - колдомедик, казалось, был доволен, что емму довелось наблюдать это «малоизученное» явление, но Северусу было не до этого.
- Что с этим делать? – нетерпеливо поинтересовался он. – Какие-то зелья, заклинания?
- Ах, да, - спохватился колдомедик, и Гарри всерьез забеспокоился, как бы Северус не убил его. – Вот обезболивающее с замедляющим и снотворным эффектом, - он вытащил из кармана маленький пузырек. – Необходимо еще пить особое зелье, для естественной скорости развития матки, рецепт я предоставлю.
Северус вручил Гарри пузырек, проследил, чтобы Гарри выпил, и Гарри снова отрубился, не успев толком проснуться.


Due cose belle ha a mondo: Amore e Morte...
 
-=ArimanA=-Дата: Пятница, 01.10.2010, 13:38 | Сообщение # 66
Леди Воздуха
Леди Четырех Стихий
Сообщений: 96
Репутация: 5
Вне города
Глава 17, часть 2
***
Гарри был в саду, когда из дома вышел Северус.
Вчера, после того приступа, Гарри полдня лежал в кровати, а потом Северус выпустил его в сад. Колдомедик категорически запретил любые тренировки в течение нескольких дней, и Гарри половину вчерашнего дня и весь сегодняшний провел за книгами.
- Поттер, ты здесь? – Северус вышел из-за угла: Гарри облюбовал себе место за домом. – Нормально себя чувствуешь?
- Хорошо, а что такое? – Гарри поднялся с трансфигурированной скамейки.
- Дай сюда книги, - приказал Северус, а потом под удивленным взглядом Гарри левитировал их к дому. – Мы уходим, - соизволил объяснить он.
- Куда? – недоуменно поинтересовался Гарри, Северус только махнул рукой.
- Увидишь.
Десять минут ходьбы, и Северус обнял Гарри за плечи, прижав к себе, и аппарировал.
***
Поттер отстранился от меня сразу после аппарации и огляделся. Кажется, он узнал это место.
Я аппарировал туда, куда меня каждый раз переносил портключ, создаваемый Дамблдором. На тропинку между маленькой неухоженной церковью и кладбищем.
Я давно здесь не был – так сложились обстоятельства. И сегодня, на самом деле, я не собирался приходить сюда. Я любил Джеймса, и от этой любви навсегда останется глубокий шрам в моей душе, но теперь у меня есть Поттер.
- Сегодня двадцать седьмое марта, - негромко произнес Поттер. Я посмотрел на него.
- Да. Я подумал, что ты захочешь прийти сюда.
- Ты ошибся, - глухо ответил Гарри. – Пойдем домой.
- Нет, - я подошел к калитке и толкнул ее. Она открылась со скрипом. – Пойдем. Нам необходимо поговорить.
Поттер какое-то время молчал.
- Ты думаешь, здесь удобное место для разговоров? – едко поинтересовался он.
- Я уверен, - отрезал я. – Идем.
Поттер еще немного потоптался у калитки, но потом все-таки направился за мной.
Могила Поттеров заросла сорняками. Я накладывал чары каждый раз, когда был здесь раньше, и чар хватало на несколько месяцев. Но меня не было больше года. Я взмахнул палочкой, удаляя сорняки и снова накладывая чары, препятствующие их росту. Поттер огляделся и сел на скамейку в десяти шагах от могилы.
- Два дня назад, когда я вернулся от Дамблдора, ко мне пришел Блэк, - сообщил я, не поворачиваясь к Поттеру лицом. – Он устроил истерику, обвиняя меня в том, что я настраиваю тебя против твоего отца.
- Я могу с ним поговорить, - безучастно ответил Поттер. – Скажу, что это не так.
- Поттер, ты в самом деле дурак или притворяешься? – я раздраженно повернулся к нему. Он пожал плечами.
- Северус, я понимаю, что ты мне хочешь сказать, - Поттер вдруг обхватил себя руками и сгорбился. – Просто… я же, кажется, говорил тебе. Я почти боготворил его, когда был младше, а потом узнал, что он был совсем не таким замечательным, как говорили. Он же… Северус, он же вел себя как… как полная скотина! – Поттер посмотрел на меня, в его глазах читалась боль, и только это заставило меня промолчать, а не оборвать его, как хотелось. – Сначала он бросил тебя с ребенком, потом чуть не убил тебя…
- А ты не задумывался о том, что он сделал для тебя? – тихо поинтересовался я, и Поттер снова отвел взгляд.
- А разве можно простить то, что он сделал с тобой? – почти прошептал он. Я подошел к нему ближе, сел рядом с ним, обнял за плечи.
- А можно забыть то, что он сделал для тебя?
Поттер молчал, похоже, не собираясь изменять свое мнение. Я вздохнул, потер свободной рукой лоб, а потом обнял Поттера двумя руками. Он уткнулся лицом мне в шею.
- Ты не понимаешь, Поттер. Твой отец умер, защищая тебя, а ты теперь его ненавидишь. Тебе не кажется, что это неправильно?
Поттер снова не ответил.
- Ты решил меня игнорировать? (Ignorantia non est argumentum (молчание – не довод) – вспомнилось что-то из курса латинского…) – насмешливо поинтересовался я, и Поттер отстранился. Кажется, обиделся. Раньше он почти никогда не обижался на мои насмешки, но теперь, видимо, тема оказалась слишком болезненной для него.
- Хорошо, давай разберемся в ситуации, - терпеливо, словно разговаривая с ребенком, предложил я. – Что такого сделал твой отец, за что ты его ненавидишь.
- Как будто ты не знаешь! – пробурчал Поттер.
- А ты представь, что не знаю.
Несколько секунд Поттер ворчал что-то нелестное про каких-то «хреновых психологов», но потом все же ответил.
- Он издевался над тобой в школе. Он обманул тебя, когда вы… были любовниками, - казалось, Поттеру тяжело было сказать это. – Он бросил тебя одного с ребенком. Он хотел убить тебя.
Вызывающий взгляд исподлобья я проигнорировал.
- Первая причина смехотворна, Поттер, - заметил я. – Если помнишь, у тебя тоже были враги. Например, Драко. И к тому же в большинстве случаев зачинщиком наших ссор оказывался Блэк, а не твой отец.
Поттер промолчал, не спеша опровергать мои слова, и я рискнул перейти к следующему пункту.
- Что касается наших отношений, то твой отец никогда мне ничего не обещал, а значит, не мог обмануть. Более того, он всегда напоминал мне о том, что между нами нет ничего, кроме секса и вражды.
- Ты мне никогда не говорил об этом, - тихо произнес Поттер. Я пожал плечами. Конечно, не говорил. Неужели я стал бы рассказывать ему о том, что было между мной и его отцом?
- Насчет ребенка… Тут тоже не все так просто, Поттер. Твой отец предлагал мне найти колдомедика и оплатить операцию, чтобы избавиться от нежелательной беременности. Но я отказался. Твой отец тогда был младше, чем ты сейчас, и о детях он даже не думал. Он, как я полагаю, просто испугался. К тому же не забывай, что он тогда уже любил твою мать. Он не хотел ломать свою жизнь из-за того, что считал моей прихотью.
Поттер сгорбился, почти уткнувшись носом в собственные колени. Я надеялся только на то, что он заставлял себя менять точку зрения на отношение к своему отцу.
- И знаешь, что я тебе скажу, Поттер, - заговорил я после нескольких минут молчания. – Ты сам говорил, что боготворил своего отца. Ты им гордился. А потом, когда узнал правду, ты вдруг понял, что гордиться тебе нечем. И тогда ты просто обиделся на него. За то, что он всего-навсего не оправдал твоих ожиданий. За то, что он не был таким замечательным, каким ты его считал. Только не преувеличивай свою обиду и не давай ей перерасти в настоящую ненависть. Ненависть не проходит просто так, Поттер. Она сжигает изнутри.
- Если бы я не знал тебя столько лет, я бы поверил в то, что ты знаешь, о чем говоришь, - холодно отозвался Поттер.
Это оказалось ударом в спину.
Я резко поднялся со скамейки и навис над Поттером, сердито глядя на него.
- Что ты знаешь обо мне, чтобы судить об этом? – прошипел я. – Большую часть времени ты видел меня только в Хогвартсе, со стороны. И ты считаешь, что можешь на основании своих наблюдений делать какие-то выводы? Ты идиот, Поттер!
Он смотрел на меня расширенными, испуганными глазами, и я отшатнулся от него и подошел к могиле Лили, больше не обращая на него внимания.
Я прекрасно знал, о чем говорю. Сейчас ненависть уже не разрушала меня изнутри, но, вероятно, только потому, что разрушать больше было нечего.
Когда я еще учился в Хогвартсе, у меня было слишком мало объектов для ненависти, но это окупалось силой этого чувства. И на первом месте у меня тогда стоял мой собственный отец. Какая ирония…
Поттер подошел сзади и почти робко обнял меня, прижался щекой к моему плечу. Он так и не вырос, и был немного ниже меня.
- Извини, - серьезно произнес он. – Я не хотел так тебя обидеть. В чем дело? Разве я не прав? Ты же ненавидел всех учеников…
- Не путай, Поттер, - покачал головой я. – Много чести их ненавидеть… Я никогда не испытывал к ученикам каких-то сильных чувств. Может, презрение, некоторая неприязнь, но никак не ненависть.
Поттер замолчал.
- Я действительно знаю, о чем говорю, - бросил я. – И не желаю тебе такого знания. Сам я никогда не смогу себе простить того, что ненавидел собственного отца.
Поттер молчал, очевидно, ожидая продолжения. Но я не хотел об этом говорить.
Я всю жизнь хотел забыть об этом. Но не мог. Я пытался похоронить это в глубинах моей памяти. Но история моей семьи слишком часто всплывала в ночных кошмарах.
Отец ненавидел мать. Она была магглорожденной, отец же придерживался идеи о господстве чистокровных, хотя к Темному Лорду не присоединялся, соблюдал нейтралитет. Женился на матери он, что называется, по залету. Дед не собирался терпеть бастарда и приказал отцу отвечать за свои поступки.
У меня были причины ненавидеть его. И я дал этому чувству волю, особенно после смерти матери.
Я мог предотвратить смерть отца, но не сделал этого. Мы с Люциусом были приятелями в то время, Люциус хотел представить меня Темному Лорду. Он и рассказал мне о том, что Лорд повздорил с моим дедом и собирается уничтожить род Снейпов. Меня, к счастью, это не коснулось только потому, что я считался паршивой овцой в семье, грязнокровкой…
Я знал о готовящемся нападении. Если бы я предупредил отца, он бы сумел скрыться. Но я промолчал, и даже отчасти наслаждался случившимся, чувствуя себя отмщенным.
Вот только потом, годы спустя, я понял, как сильно ошибался тогда.
Но было уже поздно.
Я никому не рассказывал этой истории. И не собирался рассказывать ее Поттеру.
Мы долго стояли так, думая каждый о своем, а затем Поттер вдруг шумно вздохнул и пробормотал что-то мне в шею. Я невольно улыбнулся, поняв, что это слова благодарности.
Кажется, мне удалось заставить его понять.
***
Утром Гарри проснулся в одиночестве. Северуса в комнате не было, и Гарри без особого труда заставил себя подняться, умыться и спуститься в гостиную.
Северус сидел за столом, перед ним лежал Ежедневный пророк. Лицо у Северуса было недовольное.
Гарри осторожно сел напротив, не желая нарваться на грубость. Тибби, как обычно, поставил перед ним чашку кофе. Северус вдруг поднял голову и отодвинул ее.
- Тебе нельзя, Поттер, - сообщил он и снова склонился над газетой. Гарри вздохнул, но спорить не стал.
- Что-то интересное? – уныло поинтересовался он.
- Очередная мерзость, - поморщился Северус, отодвигая газету. – Если тебе так интересно, можешь посмотреть.
Гарри было интересно.
«Большое сердце Северуса Снейпа» - гласил заголовок статьи на третьей странице. Хорошо хоть, не на первой, невольно пришло в голову Гарри.
«Как известно, после скандальной огласки Мальчик-Который-Выжил и его любовник Северус Снейп исчезли из поля зрения общественности. Однако наш репортер узнал, что пара, вызвавшая интерес у публики, появилась на выпускном вечере в Хогвартсе.
Можно было предположить, что преподавательский состав магической школы должен осудить поступок своего коллеги, однако это оказалось не так. Стоит ли на основании этого сделать вывод, что совращение Гарри Поттера не было каким-то особенным событием?
Альбус Дамблдор, директор школы Хогвартс, известный своей эксцентричностью, отказался дать интервью. Однако он сообщил прессе, что совращения не было. «Отношения между Северусом и Гарри начались после того, как Гарри исполнилось семнадцать, - сказал он репортеру. – Все было абсолютно законно и происходило по обоюдному согласию».
Большинство преподавателей предпочли воздержаться от комментариев, однако это явно являлось следствием того, что Гарри Поттер и Северус Снейп скрывали свою связь, будучи в Хогвартсе. «Я знаю об этом не больше, чем вы», - сказала преподавательница гербологии, Помона Спраут.
Немного больше сказала нам преподавательница трансфигурации, Минерва МакГонагал, декан факультета Гриффиндор, на котором, как известно, и учился Золотой мальчик: «Я знаю Северуса много лет, и уверена в нем, как в себе. Это Гарри являлся инициатором их отношений, так что перестаньте писать ваши гадости о Северусе».
Заявление Минервы МакГонагал серьезно пошатнуло все предыдущие предположения журналистов. Может ли действительно быть такое, что Северус Снейп попался на удочку чар Гарри Поттера?
«Я всегда знала, что за суровой внешностью Северуса скрывается большое и любящее сердце! – сказала нам Сибилла Трелони, преподавательница прорицания. – Мое внутреннее око видит, что их ожидает множество препятствий, и звезды обещают их любви трагичный конец!»
Означает ли это, что Гарри Поттер, который, как было сказано выше, начал любовную связь с Северусом Снейпом, просто играет его чувствами? Не закончится ли их любовь плачевно для Северуса Снейпа, оказавшегося на самом деле чувственным и любящим человеком?»
- Чокнутая летучая мышь, - высказался сквозь зубы Гарри, отодвинув газету.
- Ты о Трелони или о МакГонагал? – с усмешкой поинтересовался Северус.
- А что там за «предыдущие предположения», не знаешь? – Гарри не читал газет уже около месяца, вероятно, потому, что их умело прятали Джеймс и Северус.
- До этого меня называли маньяком, извращенцем и педофилом, - охотно просветил Северус. – Даже предположили однажды, что я приставал к тебе с первого курса. Видимо, им надоело однообразие и они решили теперь выставить жертвой меня.
Гарри тяжело вздохнул.
- Соорудить такую теорию на двух фразах МакГонагал, в которых ничего не было, и на бреде Трелони – это действительно надо иметь талант, - нехотя признал он. – Хотя какие факты, такие и выводы…
- Самое смешное, что все поверят, - предсказал Северус
- Лучше бы они верили в морщерогих кизляков, от этого было бы меньше вреда… - проворчал Гарри.


Due cose belle ha a mondo: Amore e Morte...
 
-=ArimanA=-Дата: Пятница, 01.10.2010, 13:38 | Сообщение # 67
Леди Воздуха
Леди Четырех Стихий
Сообщений: 96
Репутация: 5
Вне города
***
Время шло незаметно.
После того разговора на кладбище Гарри действительно пересмотрел свою точку зрения. В первый вечер ему самому показалось, что Северус не добился ничего своим разговором, но спустя неделю Гарри поймал себя на том, что думает об отце гораздо лучше, чем раньше. Еще через две недели он снова нанес визит Сириусу, который остался доволен после долгого разговора о Джеймсе Поттере, а потом Гарри решился поставить в спальне фотографию своих родителей, которую до этого держал в чемодане. Северус на эту вольность не отреагировал, и спустя несколько дней на одной из книжных полок прочно обосновались несколько особо любимых фотографий Гарри. Среди них были фотография из Норы, где Гарри стоял рядом с Роном и Гермионой, и та фотография, которую ему принес Северус.
Все чаще, просыпаясь, Гарри чувствовал осторожные прикосновения Северуса к животу. Теперь он предпочитал делать вид, что спит. Правда, он не был уверен, что Северус не чувствует его обмана, но в любом случае это не отпугивало мужчину.
И это было неописуемо приятно.
Наверное, именно тогда у Гарри начали получаться заклинания парной магии. Когда он впервые смог ощутить магию Северуса, он был так удивлен ощущениями, что тут же упустил ее.
Казалось, что Гарри держит руками поток воды: мягкий и непокорный, но почему-то поддающийся ладоням.
В течение двух недель это достижение было единственным успехом. Гарри чувствовал поток магии, но управлять ей не мог, словно она и на самом деле была водой. А потом у Гарри, как и в прошлый раз, начались спонтанные выбросы магии.
Теперь тренироваться стало практически невозможно. Все чаще Гарри посещало отвратительное чувство беспомощности, что в свете грядущей схватки с Волдемортом становилось еще страшнее. Единственным положительным моментом оказалось понимание, что на использование парной магии это не повлияло. Гарри даже понимал, почему: уровень магии Северуса остался прежним, а ведь именно его магией приходилось управлять Гарри.
Теперь все свободное время Северус посвящал тренировкам с Гарри. Однако у него оставались дела в лаборатории, и в это время Гарри занимался садом. Именно тогда он, наконец, расчистил его и теперь размечал территорию, определяя места для дорожки, клумб, газона, трав Северуса…
Вспомнил он, наконец, и о страницах из летописи Малфоев, которые дала ему Нарцисса. В основном там рассказывалась история проклятья и инцидентов, которые случались в семье, но в конце Гарри все-таки обнаружил свойства этого проклятья. Как выяснилось, на нескольких страницах было изложено буквально все. Правда, способа снять или хотя бы ослабить заклинание не существовало, но зато Гарри узнал, например, сколько времени Малфой сможет протянуть, если Гарри не будет рядом, и как облегчить при этом его существование.
Несколько недель ушло у Гарри на то, чтобы научиться правильно исполнять с помощью парной магии самые простые заклинание, а потом стало легче. Возможно, он просто понял суть этого процесса, как предполагал Северус.
Во время одной из тренировок, когда Гарри пробовал с помощью магии Северуса выполнить Фините Инкантатем, он нечаянно попал этим заклинанием в собственные очки. Гарри давно успел забыть, что их трансфигурировал для него Северус, еще когда они жили на Гриммаулд Плейс. Северус при этом выглядел на редкость сконфуженным (как Гарри понял, Северус и сам успел забыть об этом). Оставалось радоваться только, что очки были трансфигурированы из носового платка, который не причинил носу Гарри никакого вреда. В тот же день Северус отправился на Косую аллею и купил Гарри новые очки, прямоугольные и без оправы. Магические очки оказались гораздо удобнее маггловских: как только Гарри одел их, они подстроились под его лицо и сидели как влитые.
Северус все так же продолжал прятать от Гарри Ежедневный пророк. Это значило, что журналисты не успокаиваются. Гарри, впрочем, было наплевать на газетные статьи, тем более, Северус тоже не злился. У него была забота поважнее.
С тех пор, как Гарри узнал о ритуале, проводимым неизвестным магом, прошло почти пять месяцев.
С каждым днем Северус все больше нервничал. Внешне это было незаметно, но Гарри чувствовал это интуитивно, ловил страх Северуса, когда тот входил в комнату, и беспокоился сам.
Тем не менее, ритуал еще не был завершен, и не было предпринято никаких шагов к освобождению Волдеморта, и Гарри изо всех сил старался себя успокоить.
И у него это вполне удавалось. До определенных пор…
***
- Поттер, я к Дамблдору. Вернусь, скорее всего, поздно, - сообщил из холла Северус. Гарри поднял голову от книги
- А, - глубокомысленно изрек он в знак того, что сообщение услышано, а потом спохватился, - подожди! Можешь Луне письмо передать, я написал и никак не могу собраться и отправить…
Северус заглянул в гостиную.
- Хорошо, давай свое письмо… Не несись ты так, - сердито прикрикнул он, глядя, как Гарри немного неуклюже бросился к лестнице. – Я подожду.
Гарри снова начал носить дома мантии. Казалось, ему не нужно было стесняться начавшего выпирать живота, но Гарри все переживал из-за этого.
Гарри принес из спальни письмо и отдал его Северусу. Тот убрал запечатанный конверт в карман и вдруг, неожиданно для Гарри, поцеловал его в макушку.
- Не смотри на меня так, будто увидел в обнимку с Блэком, - усмехнулся Северус, и Гарри справился с удивлением. – До вечера, Поттер.
В полдесятого ночи Гарри разморило на диванчике, где он читал. Через час его разбудил Джеймс, выглядевший почему-то встревоженным.
- Гарри, а где Северус? – поинтересовался он. Гарри пожал плечами и бросил взгляд на часы.
- Наверное, у Дамблдора задержался… Все в порядке, - кажется Джеймс не верил ему. Гарри уверенно улыбнулся и попробовал еще раз. – Он ведь всегда подолгу задерживается. Может, даже заночует в Хогвартсе, ведь уже поздно. Так что не волнуйся.
Джеймс несколько секунд испытующе глядел на Гарри, а потом кивнул и тоже улыбнулся.
- Понятно. А ты чего тут спишь?
Гарри пожал плечами.
- Над книгой уснул. Скучно, - он скорчил рожу, и Джеймс искренне рассмеялся.
Сам Гарри этой ночью почти не спал. Он сидел на кровати в темной комнате, пока не рассвело
Северус так и не пришел.
Когда Гарри проснулся, у его кровати сидел Малфой.
- Северус вернулся? – хрипло поинтересовался Гарри, привстав на локте. Малфой покачал головой и протянул Гарри стакан с водой и несколько пузырьков с ежедневными зельями.
- Не пугай Джеймса, - потребовал Малфой после того, как Гарри выпил поочередно все четыре зелья.
- Не буду, - согласился Гарри, невольно хмурясь.
- И не вздумай мчаться неизвестно куда спасать Северуса, - продолжил Малфой. Гарри пренебрежительно фыркнул.
- Я похож на кретина?
Малфой промолчал, и Гарри вдруг понял, что тот тоже переживает. Возможно, Малфой так и не смог простить Северуса, но не желал ему смерти.
Сердце Гарри вдруг сжалось.
- Я помню о проклятии, и буду осторожен, - пообещал Гарри. Малфой удивленно покосился на него. – Иди вниз, я скоро спущусь.
Гарри, как и обещал, спустился к завтраку. Малфой был непривычно оживлен, втянув Джеймса в какой-то разговор. Гарри счел это достойной причиной для того, чтобы, торопливо позавтракав, отправиться в сад и оставить их одних.
Колышки с веревочками, которыми Гарри, не имея возможности пользоваться магией, разгораживал территорию, валились из рук. В конце концов Гарри уселся прямо на землю, рассеянно чертя перед собой колышком имя Северуса.
Если Северус сегодня не вернется, надо отправиться к Дамблдору и посоветоваться с ним. Сейчас слишком много стояло на кону, чтобы Гарри мог как раньше, броситься спасать Северуса, не советуясь ни с кем.
Гарри задремал после обеда. Проснулся он оттого, что ему показалось, что его мозг словно вскрывают изнутри, и из глубины памяти всплывают сотни кошмарных воспоминаний, которых у Гарри никогда не было. Обнаружив себя закутанным в теплый плед, Гарри на несколько секунд понадеялся, что Северус все-таки вернулся. Но за обеденным столом сидел Малфой, и при взгляде Гарри он отрицательно покачал головой.
Гарри снова уснул под утро, и опять проснулся от кошмара. В этот раз были просто невыносимая тоска и страх.
Северуса до сих пор не было.
Джеймс уже не верил словам Гарри и Малфоя. Завтрак прошел в унылом молчании, а потом Гарри решил отправиться в Хогвартс.
Малфой поймал его у калитки. После долгих споров было решено, что Малфой аппарирует с Гарри, проводит его до Хогсмида, а потом вернется, чтобы не дать Джеймсу наделать глупостей.
У Хогсмида Малфой отпускал Гарри с явной неохотой. Гарри нервно сжимал в руке палочку, хоть от нее сейчас было мало толку. Мантия скрывала состояние Гарри, капюшон так же надежно скрыл его лицо.
И Гарри никак не ожидал, что кто-то не только узнает его в толпе, но и, схватив за руку, аппарирует неизвестно куда. А потом, прежде чем Гарри успел сориентироваться, его уже вырубили Ступефаем.


Due cose belle ha a mondo: Amore e Morte...
 
-=ArimanA=-Дата: Пятница, 01.10.2010, 13:39 | Сообщение # 68
Леди Воздуха
Леди Четырех Стихий
Сообщений: 96
Репутация: 5
Вне города
Глава 17, часть 3
***
Я не ожидал нападения, и, возможно, потому это и оказалось так просто. Меня просто оглушили со спины, а очнулся я уже в незнакомом мне подземелье. Правда, подземелье оказалось со всеми удобствами: с деревянной кроватью и туалетом, который я обнаружил за небольшой дверью. Вторая дверь оказалась заперта. Я попробовал открыть ее с помощью магии и обреченно выдохнул: на камеру оказалась наложена блокировка магии. Теперь мне не казалось странным, что мне оставили палочку.
Кажется, мне придется задержаться здесь надолго.
Я присел на кровать и попытался просчитать, когда Дамблдор узнает о моем исчезновении. Поттер, Джеймс и Драко наверняка поймут, что что-то не так, не позже утра. Следующий визит к Дамблдору должен состояться не раньше, чем через неделю. Значит, если Поттер додумается рассказать о моей пропаже Дамблдору, он начнет искать меня в лучшем случае завтра.
Только бы Поттер сообразил пойти к Дамблдору, а не делал глупостей…
Я сидел так, наверное, около часа. А потом дверь тихо скрипнула и открылась.
Я поднял голову. Человека, стоявшего на пороге, почти не было видно, но я и так мог различить, что он обладал самой заурядной внешностью. Прямой нос, близко посаженные глаза, козлиная бородка…
- Мистер Снейп, - заговорил человек, делая несколько шагов вперед. Дверь за ним закрылась. – Очень рад вас видеть.
Я промолчал, внимательно наблюдая за ним. Я бы на его месте не рискнул в одиночку заходить в камеру к неизвестному пленнику, тем более, что тут блокируется магия. В конце концов, пленник может просто наброситься и свернуть ему шею. Впрочем, я не собирался этого делать, пока не пойму, что кроется за его действиями: простая неосторожность или подвох.
- Я полагаю, вы уже понимаете, что именно я проводил тот ритуал, который так заинтересовал вас и Альбуса Дамблдора, - продолжил тем временем человек. Я с удивлением увидел, что он вытащил из рукава палочку и наколдовал кресло. Трансфигурация предметов из воздуха – высший класс.
- Мне казалось, что в этом месте магия блокируется, - приподнял бровь я.
- Это избирательная блокировка. Моя магия действует везде в этом доме, - охотно просветил его человек. – Впрочем, это сейчас не имеет значения. Я хотел предложить вам сделку, Северус. Вы снимете ваши заклятия добровольно и получите большое вознаграждение. Не скрою, что у меня грандиозные планы по изменению магической Британии, и если пожелаете, я смогу обеспечить вам впоследствии высокую должность, или же собственную исследовательскую лабораторию.
Я пренебрежительно фыркнул.
- И с чего же вы взяли, что меня заинтересует ваше предложение… как вас называть?
- Джон, - человек ухмыльнулся. Пытается диктовать свои правила. Что же, пускай, раз я ничего не могу поделать…
- Так что же вас заставило так думать, Джон? – я чуть поморщился, произнося имя, и, как ни странно, это его задело.
- Я полагал, что вы пожелаете позаботиться о безопасности вашего любовника… разве не так?
- Переходите к угрозам, - констатировал я, подавив в себе вспышку страха и беспокойства.
- Нет, что вы, просто мне кажется, это наиболее весомый аргумент для вас, Северус, - насмешливо произнес Джон (было бы странно называть его теперь более абстрактно, даже про себя). – К тому же, буду откровенен, ритуал, который я собираюсь проводить с помощью вашей, Северус, крови, может оказаться неудачным. В итоге придется принести жертву, и это не должны быть вы, ведь после вашей смерти заклятия уже не снять.
- Что же вас заставляет просить моей помощи? – меня коробило от этого псевдолюбезного разговора, но пока оставалась хоть иллюзия, будто мы на равных.
- Простая лень. К тому же, ритуал длится два месяца, и мне не хотелось бы тратить время.
А недолгое время воцарилась тишина. Я прервал ее: она слишком нервировала меня.
- А зачем, позвольте поинтересоваться, вам сила Темного Лорда? Судя по вашей демонстрации, у вас ее достаточно.
Джон поднялся с кресла и взмахнул палочкой, убирая его.
- О, это просто умение. Признаться, у меня не так много магической силы. К тому же, если народ узнает, кто на самом деле убил лорда Волдеморта, мне станет легче добиться своей цели. Так вы отказываетесь мне помочь?
Я пренебрежительно фыркнул.
- Понятно. В таком случае, мне понадобится некоторая информация… Legillimens!
До этого ко мне применяли легилименцию два человека, Темный лорд и Дамблдор. В первом случае это походило на действие тарана, во втором – на ветер, проникающий всюду. Сейчас же мне казалось, что этот Джон вскрывает мой мозг как вивисектор, рассматривает все скрытые внутренние органы, достает из глубин всю боль и кровавые воспоминания. Я был мастером окклюменции, но не мог сделать ничего. Это было неподражаемое умение, и боли было ровно столько, сколько надо, чтобы заставить меня потерять контроль. Он специально вынимал самые страшные, но ненужные воспоминания, чтобы добить меня, и потом уже свободно копался в том, что ему было надо. Он видел всю мою жизнь и все мои секреты, связь с Джеймсом и дружбу с Лили, моего сына и беременность Поттера…
- Благодарю, Северус, - голос доносился до меня словно издалека. – Тут, конечно, много хлама, но никогда не знаешь, что пригодится… Меня правда позабавила твоя интрижка с Поттером-старшим… До свидания, Северус, если вдруг решишь поменять свое решение, дашь мне знать. Немного времени у тебя есть, а я постараюсь приложить все усилия, чтобы переубедить тебя.
Захлопнулась дверь, и я откинулся на подушку. Не осталось никаких сил. Уснул я почти мгновенно.
Время, когда я проснулся, я определил как промежуток между одиннадцатью и часом дня. У меня болела голова. Возможно, это был результат ментального вторжения, но я не исключал, что я просто слишком много проспал. Такое тоже случалось.
На полу рядом с кроватью стояла тарелка с завтраком. Он был не очень плотный, из чего я сделал вывод, что кормить меня, скорее всего, будут несколько раз в день. Посторонних примесей в еде не было.
Ожидания оправдались. Второй раз мне принесли еду между обедом и ужином. Кроме этого мне вручили графин с водой. На удивление заботливо.
Я взял на заметку, что кормить меня будут два раза в день. Не сомневаюсь, что в этом месте я быстро потеряю чувство времени.
Время тянулось так, как не могло тянуться больше нигде. Правда, я не в первый раз был в такой ситуации, но привыкнуть к бездействию, тем более для такого предприимчивого человека, как я, было невозможно. Все во мне кричало, что надо что-то делать, чтобы выбраться отсюда, но разумом я понимал, что это невозможно.
Постельное белье на кровати на ощупь было скользким, словно шелковым. Я отметил это только сегодня, когда лежал на кровати, обдумывая мои возможности. Значит, на ткань наложено заклинание неразрываемости. Сначала я не понял причины, но потом сообразил. Очевидно, я нужен ему живым и он предпринял все меры, чтобы я не нарушил его намерений. Удавиться целой простыней гораздо сложнее, чем ее куском.
Время шло. Кажется, наступила ночь: меня снова потянуло в сон.
И оставалось только догадываться, знает ли уже Дамблдор о том, что случилось.
***
- Доброе утро, уважаемый Северус, - поприветствовал меня уже знакомый голос. Джон сидел в том же самом кресле, что и в прошлый раз, я даже заподозрил бы, не скрыто ли оно просто дезиллюминационными чарами, если бы не исходил вчера всю эту небольшую комнату.
- Вы не поменяли своего решения? – как и в прошлый раз, псевдолюбезно поинтересовался он. – Впрочем, я и не ожидал вашего согласия так скоро: я слышал, что вы довольно… упертый человек.
Я молчал. Что-то подсказывало мне, что этот Джон не просто так пришел сюда.
- Я, собственно, пришел сюда, чтобы изменить кое-что в вашем интерьере, - Джон поднялся, снова заставив исчезнуть кресло. Интересно, он только для этого ждал, пока я проснусь?
Взмахом палочки он сделал прозрачной одну из стен – ту, в которой не было дверей. За ней оказалась такая же камера, как эта.
- Заклятие сделало стену односторонней, - пояснил Джон. Я рассматривал стену. Она была прозрачной не полностью, видимо, чтобы у меня не было иллюзии, что это одна, а не две комнаты. Она словно растворялась в центре, и воздух там слегка мерцал.
- Похоже? – произнес вдруг Джон, и я отвлекся от соседней комнаты и посмотрел на него. Теперь он выглядел как моя точная копия.
- И кого вы желаете ввести в заблуждение? – поинтересовался я. Чары иллюзии чуть мерцали, но если он встанет в тени, это невозможно будет заметить.
- Гарри Поттера, - кривая усмешка на моих губах смотрелась отвратительно.
У меня екнуло сердце.
- Я мог бы использовать Оборотное зелье, но его действие, увы, ограничено, - голос тоже изменился. – А во время своих забав я часто теряю чувство времени… У меня есть маленькое хобби: я придумываю заклинания. Кажется, вы тоже увлекались когда-то этим, Северус? Только у вас не было возможности экспериментировать с ними, а когда эта возможность появилась, пропало желание… Не так ли?
Я молчал. Он, конечно, знал теперь все это. После того, как препарировал мой мозг. Я был обозленным подростком, сочиняя те заклинания, которые могли причинять людям боль. А этот человек был просто садистом.
- У меня есть множество замечательных заклинаний. Например, candео ferrum… Или сonfertus aer. Знаете, как это переводится?
Я знал. Густой, плотный воздух. Очевидно, по действию аналогично заклятию удушения.
- А еще меня интересует различие между тремя заклинаниями, Effodio, Eripio и Extraho*. Но это все потом, потом… Пожалуй, не хватает одной маленькой детали, Северус, - взмах палочкой, и на шее моей копии появился медальон, в точности повторяющий семейный артефакт Снейпов. – Увы, он не повторяет свойств вашей безделушки, но я думаю, молодому человеку будет не до этого. Жаль, что я не могу забрать ваш медальон, он бы мне очень пригодился….
Я усмехнулся. Охранные заклинания артефакта наказывали любого, кто попытался бы отобрать его у законного владельца, и мне оставалось только жалеть, что Джон узнал об этом.
- То есть, Поттер у вас в руках, - сделал вывод я. Это потом я буду психовать. Может быть.
- Мальчишка решил навестить Дамблдора. Мне не нужно было, чтобы старик раньше времени узнал о вашей пропаже. Мой человек проследил за ним и аппарировал с ним из Хогсмида. Это было недалеко от Кабаньей головы, там не обращают внимания на подобные инциденты. А Поттер не ожидал нападения на людной улице.
Дверь в соседней камере приоткрылась и туда втолкнули Поттера. Несмотря на то, что он был в широкой мантии, скрывающей тело, и в капюшоне, я сразу узнал его. Поттер несколько секунд беспомощно стоял, глядя на захлопнувшуюся дверь, затем вытащил палочку, попробовал отпереть дверь. Звук его голоса, который не скрыла стена, заставил меня вздрогнуть.
- Глупый мальчик, - услышал я собственный снисходительный голос. – Неужели он и в самом деле думает, что, если ему оставили палочку, он может ей воспользоваться?
Поттер пошатнулся и подошел к кровати, сел и ссутулился, спрятал лицо в ладонях. Было больно видеть его таким.
- Не буду злоупотреблять твоим гостеприимством, Северус. Пожалуй, навещу твоего любовника. До встречи, - как только за ним захлопнулась дверь, я вскочил с кровати и сделал несколько шагов вперед, к стене, почти прижался к ней, стараясь разглядеть Поттера как можно лучше.
Дверь соседней камеры открылась, и я испытал что-то странное, похожее на ревность, увидев счастье в глазах Поттера.
- Северус! – он бросился вперед, но замер, как только моя копия выставила вперед руку, удерживая его на расстоянии. К моему удивлению, в лице Поттера счастье сменилось подозрением, и на какое-то время мною завладела глупая надежда, что каким-нибудь шестым чувством он поймет, что перед ним не я.
- Кто вы? – требовательно поинтересовался Поттер, выставляя вперед бесполезную палочку.
- Не узнаешь? – я подумал, что, если выйду из этой переделки живым, навсегда возненавижу собственный голос.
- Вы не можете быть Северусом!
- Не знаю, Поттер, что заставило тебя сделать такой вывод, - моя копия прислонилась к косяку двери. – Но, если пожелаешь, для подтверждения могу рассказать тебе о вещах, о которых знаю только я. Например, о моих отношениях с твоим отцом и о моем сыне. Ты же не думаешь, что я мог кому-то выдать этот секрет? И убери палочку, магия здесь, как ты убедился, не действует.
Поттер выглядел обескураженным.
- А как ты сюда попал? – почти робко поинтересовался он. Моя копия ухмыльнулась. Я пришел к выводу, что даже жить с таким лицом мне будет противно.
- Мне сделали предложение, от которого я не смог отказаться, - немного презрения на лице. – Я буду участвовать в ритуале, который снимет щит Темного Лорда.
- Ты что, серьезно согласился на это?
- Я хочу жить, Поттер, - небрежное пожатие плечами. – К тому же был приятый бонус со стороны исполнителя ритуала… Надо признать, Поттер, ты меня утомляешь своими чувствами, а меня всегда тянуло к могущественным магам.
В соседней комнате повисло тяжелое молчание. Я рассматривал Поттера, и понимал, что он верит всему сказанному. Это было больно и почему-то обидно.
- А… наш ребенок? – наконец, спросил он. Моя копия неопределенно повела плечом.
- Возможно, я оставлю его себе, когда он родится. Все зависит от того, какие у меня будут планы на будущее.
- Ты не можешь меня бросить, - Поттер смотрел на мою копию так, будто искал каких-то чувств, которых там не могло быть. – Ты же уже пробовал, у тебя ничего не вышло…
- В тот раз у меня не было объективных причин сделать этого, - парировала моя копия. – Ну, до встречи, Гарри. Я зайду вечером. Хотелось бы показать тебе одно интересное заклинание.
Дверь закрылась за ним, и Поттер вдруг бросился вперед, ударил несколько раз по двери ладонью, прижался к ней, пряча лицо, и застыл, только его плечи вздрагивали.
Я не знаю, сколько времени стоял так у стены, наблюдая за перемещениями Поттера. Он то подходил к двери и стоял рядом с ней, то метался по камере, то садился на кровать, обхватывал руками живот и бормотал что-то так тихо, что я ничего не слышал. Спустя долгое время бесцельных метаний он вдруг вытащил из-за ворота мантии медальон и сжал его в ладонях.
На меня нахлынули чужие боль, тоска и страх. Я был изрядно обескуражен: до сих пор мне казалось, что Поттер не умеет управлять медальоном.
Сконцентрироваться, чтобы передать ему успокаивающее тепло и заботу не составляло труда. Поттер еще больше сжался, не выпуская медальон из рук. Я надеялся только на то, что он поверит чувствам, а не словам.
***
- Ты врал мне, - сообщил Поттер, как только дверь в его камере открылась и в проеме появилась моя копия. Лицо, которое я успел возненавидеть, исказилось в насмешке.
- Интересно, в чем?
- Я чувствовал эмоции Северуса через артефакт! – Поттер, казалось, не знал, какой версии придерживаться: что человек перед ним – не я, или что я лгу ему.
- Ах, это, - моя копия пренебрежительно фыркнула. – Если глава рода решает расторгнуть помолвку, чары распадаются. Возможно, ты просто почувствовал свои чувства, Поттер. Медальон отразил их зеркально… Выпей зелье, - он протянул Поттеру стакан, который был у него в руке, и мое чувство опасности мгновенно сделало стойку. Яркий сиреневый цвет, преломление лучей от лампы… Зелье должно было каким-то образом подействовать на мозг и вероятнее всего, обладало наркотическими свойствами, вызывало привыкание и, может быть, галлюцинации…
- Что это? – Поттер, кажется, поверил в слова этого человека, потому что явно расстроился.
- Нормализующее. Ступефай мог как-то подействовать на плод, а мне нужен здоровый наследник. Пей.
Поттер принюхался, слегка поморщился. Явно выраженный запах – еще одно физическое свойство таких зелий. И выпил, уже не морщась. Безвкусное.
Я уже не сомневался в том, что это наркотик. Зелья такого рода влияли на вкусовые ощущения: безвкусные сначала, они казались сладкими потом…
- А теперь, Поттер, мы займемся заклинаниями, - предвкушающая усмешка. – К сожалению, ты колдовать не сможешь, поэтому показывать придется мне… Afficio dolores*, - из его палочки, направленной на явно ошеломленного Поттера, вырвался белый луч.
Поттер вскрикнул.
- Замечательное заклинание, - в глазах моей копии появилось какое-то безумие. – В отличие от Круциатуса оно интересно тем, что можно контролировать не только область его применения, - палочка показала на руку Поттера, и я понял, что все это время заклинание не прерывалось, - но и силу.
Поттер закричал, а я с ужасом услышал звук треснувшей кости.
- Один минус: с помощью этого заклинания можно причинить только такую боль, которую один человек может причинить другому физически, без помощи заклинаний и подручных материалов. Скажем, синяки, или перелом руки… Хотя и это заклинание может стать интересным…
Еще один взмах палочкой, и Поттер, странно всхлипнув, рухнул на колени и скорчился.
Мой голос произносил какие-то еще псевдонаучные бредни, а я не мог оторваться от Поттера, лежащего посреди камеры и вздрагивающего. Всхлипы звенели в ушах. И я знал, что, когда выйду отсюда, убью этого человека, как убил Пожирателей, причинивших моему Поттеру боль.
Прошло не так много времени, прежде, чем этот человек отвел палочку от Поттера. Тот не шевелился, только тяжело дышал.
- Замечательно, мой хороший, - моя копия усмехнулась и убрала палочку. – До завтра.
Дверь камеры захлопнулась, а Поттер так и лежал, не шевелясь. И я сидел на кровати все в той же позе, не отрывая от него глаз.
- Понравилось представление? – Джон, открывший дверь моей камеры, снял чары иллюзии.
- Что за зелье ты ему дал?
- Сredo contumelia*, - охотно просветил меня Джон. – Мое недавнее изобретение.
- Верю в обиду? – автоматически перевел я.
- Название не совсем верно отражает суть, - пожал плечами он.
Поттер дрожал, лежа на полу.
- Для вас тоже есть одно зелье, - он вытащил из мантии пузырек со светло-салатовой жидкостью.
- Что меня заставить выпить его? – я заранее знал ответ.
- В этот раз Поттеру пришлось мучиться недолго… Вы хотите, чтобы я применял больше заклинаний за один раз?
- Что это за зелье? – я взял колбу.
- Defleo clаdеs*, - это зелье я знал. Оно усиливало все негативные чувства.
Я выпил его одни глотком.
- До встречи, Северус, я еще зайду.
Дверь закрылась и я снова остался наедине с душераздирающим зрелищем распростертого Поттера.
Прошло еще несколько минут, прежде, чем он пошевелился и оперся на левую руку, осторожно поднимаясь на колени. Несколько секунд подождал, тяжело дыша, а потом неуклюже поднялся и заковылял к кровати. Лег на бок, спиной к стене.
Боль, которую один человек может причинить другому физически.
Только теперь я понял, что это была за боль.
_________
Afficio dolores – причинять боль
Calamitas – беда, несчастье
Сredo – верить, думать
Сlаdеs – несчастье, бедствие
Defleo – оплакивать
Confertus aer – плотный, густой воздух
Effodio – вырывать/выкалывать
Eripio – вырывать, отнимать
Extraho – вытягивать, извлекать, вырывать
***
По моим подсчетам, прошла неделя.
По ощущениям – не меньше двух месяцев.
Концентрированное Defleo clаdеs я принимал каждый день. Однажды отказался, когда мне показалось, что Поттеру больше нечего терять. Оказалось, что было. Джон с истинно садистским удовольствием часа четыре отрабатывал на нем заклинания аrdeo, сonfertus aer и сandeo ferrum*, после чего Поттер не смог встать с пола на протяжении часа-двух.
Теперь он получал то же самое Defleo clаdеs, кроме неизвестного мне Сredo contumelia, правда, последнее было сильно разбавленным. Судя по всему, это странное зелье не оправдало ожиданий Джона, но мне казалось что он хочет подсадить на него Поттера. И, кажется, это получалось. По ночам Поттеру снились кошмары, а к утру, перед приходом моей копии с порцией зелья, его ощутимо бил озноб и он с трудом мог встать.
А я жил болью. Все эти дни боль не прекращалась. Кажется, она была удвоенной: я чувствовал и мучения Поттера, усиленные зельем, через медальон, и порой мне удавалось вытянуть их на себя.
Джон приходил к Поттеру два-три раза в сутки. Поттер не сказал ни слова с той, первой пытки.
А я, преодолевая моральную боль, страх и страдание, пытался придумать, как мне вытащить отсюда Поттера.
Я успел убедиться, что не смогу выйти отсюда сам, без посторонней помощи. Дошло до того, что я однажды попытался наброситься на одного из вошедших тюремщиков. Напрасно. Меня отбросило неизвестное заклинание.
Изнутри отсюда выйти нельзя, это я понял. А снаружи освободить меня некому. Никто не знает, что я здесь. Кроме меня самого…
Эту мысль я обдумывал два долгих, бесконечных дня. Фантазия Джона была неисчерпаемой. Раны на Поттере зарастали мгновенно благодаря заклинанию Cicatrices, превращаясь в выпуклые рубцы или темные следы, в зависимости от глубины ран.
А потом я вдруг понял, что никто больше мне не поможет.
И в голову пришла гениальная в своей безумности мысль о хроновороте.
________________
Ardeo – пылать, гореть
Candeo – быть раскаленным
Ferrum – железо
Cicatrix – шрам, рубец


Due cose belle ha a mondo: Amore e Morte...
 
-=ArimanA=-Дата: Пятница, 01.10.2010, 13:40 | Сообщение # 69
Леди Воздуха
Леди Четырех Стихий
Сообщений: 96
Репутация: 5
Вне города
***
Гарри казалось, что он попал в ад. А может, это и было адом.
Правая рука не действовала: особо глубокий порез повредил что-то в плече. Полностью перерезал мышцу. А может, повредил какое-нибудь сухожилие. Гарри не знал. Предплечье болело слишком часто: кость, сломанная в первый день, после приема Костероста срослась неправильно.
В первый день он ненавидел того, кто пришел к нему. Не Северуса, нет – тогда он уже знал, что этим человеком не может быть Северус.
Здесь, в аду, не было ничего хорошего. В первую ночь здесь ему снились кошмары: окровавленное тело нерожденного ребенка, потом – Северуса, Джеймса, Рона и Гермионы… Или это было наяву? Гарри не понимал.
Потом кошмары почему-то больше не снились. Они были наяву. Были огонь, удушье, удары… больше не было, правда, разрывающего ощущения заполненности, которое поразило его в первый день его пребывания здесь. Тогда он лежал на кровати, обнимая себя руками, и понимал, что никогда не поверит, что это с ним сделал Северус. Даже если он скажет это под Веритасерумом. Никогда.
Боль трогала его только физически. Гораздо сильнее были страхи и переживания. Малфой, Джеймс, Северус… Гарри представить себе не мог, в каком состоянии сейчас его брат, он пытался убедить себя, что с Малфоем все в порядке, ведь в тех бумагах, которые ему дала Нарцисса, упоминалось, что заклятие щадит сына, если отец не может быть с ним по независящим от них причинам… Но Гарри все равно боялся, что с Малфоем что-то случится, что Джеймс бросится спасать их с Северусом, или – упаси Мерлин! – что-нибудь сделает с собой… А Северус… Неизвестность пугала больше всего.
Страшно было и из-за ребенка. Гарри больше не принимал необходимые зелий, его все чаще разрывали боли изнутри, казавшиеся такими ничтожными по сравнению с ежедневной пыткой, но они были гораздо, гораздо страшнее…
Гарри почти философски отнесся к очередной долгой речи о различии трех заклинаний, из которых он смог узнать только одно. Extraho – вырывать. Он выпалывал им сорняки, но остатки разума подсказывали ему, что вырывать будут отнюдь не траву.
Предвкушение боли.
Гарри уже знал, когда придет его безымянный мучитель. На нем уже было слишком много шрамов, на растущем животе была неуклюже выжжена молния, как у него на лбу. Он знал, что если у него будут вырывать ногти – он слышал где-то о такой пытке – вряд ли это можно будет когда-то исправить.
Даже если случится чудо и появится такая возможность.
Шаги за дверью.
Гарри прикрыл глаза. Боли не хотелось. Как обычно, он наслаждался каждой секундой до открытия двери, каждым мгновением без боли…
- Гарри, - тихий, растерянный, мягкий и такой болезненно знакомый голос. Гарри распахнул глаза.
Два Северуса.
Очередной кошмар.
Внутренности скрутило как нельзя некстати, раньше это всегда происходило после пыток, а сейчас Гарри попытался встать, в глазах у него потемнело, и он потерял сознание.
***
Прошло еще шесть дней моей психологической пытки, прежде, чем я увидел в дверном проеме моей камеры самого себя.
На щеке у меня красовалась длинная царапина, взгляд был спокойным, а рука поднялась и провела по правой щеке, от уха к подбородку, тем жестом, который я придумал, чтобы поверить самому себе.
А еще я различил несколько седых волосков.
Все происходило молча. Я из будущего, молчал, очевидно, опасаясь как-то нарушить ход времени. Я просто встал с кровати и вышел из камеры за ним.
Дверь камеры Поттера была заперта на сложное заклинание. Я внимательно наблюдал за движениями палочки. Мне следовало их запомнить.
А когда дверь открылась, Поттер, чуть приподнявшись с кровати, вдруг потерял сознание.
Я бросился к нему: доверить его состояние я не мог никому. Даже самому себе.
Поттер обмяк в моих руках. Я торопливо наложил заклинание, облегчающее его вес, и поднял на руки: это было надежнее Мобиликорпуса.
Дорога наверх была простой: по коридору до конца и вверх по винтовой лестнице.
Появление человеческого силуэта в конце коридора заставило меня из будущего поднять палочку и произнести Аваду Кедавру. Тело упало. Подойдя ближе, я понял, что это – человек, которому я хотел перегрызть горло безо всяких заклинаний…
- Это четвертый, - хмуро произнес другой я. – Я убил уже троих двойников. Возможно, кто-то был настоящим. Так просто этого не узнать.
Я кивнул. Еще не отойдя от действия зелья, я не слишком хорошо соображал, но это понял.
Теперь оставалось только запоминать дорогу и охранные чары.
Каменный дом, в котором находились подземелья, находился посреди леса. Позади дома было небольшое – видимо, семейное – кладбище, посреди которого была вычерчена пентаграмма, углы которой приходились на могилы. Я не исключал вероятности, что настоящие владельцы дома были убиты.
Я из будущего определил заклинанием части света и отправился на запад. Я следил за дорогой, стараясь не обращать внимания на Поттера, который начал шевелиться на моих руках. Впрочем, это длилось недолго: вскоре Поттер прижался ко мне и замер.
Идти пришлось долго. Я недоумевал, что будет дальше. Оставалась вероятность, что ни одна из убитых копий не была настоящим Джоном, а значит, он, обнаружив пропажу, начнет разыскивать нас. Отправиться домой я бы не рискнул: пока магический след свежий, с его помощью при определенном умении можно взломать любые защитные чары. Аппарацию тоже можно проследить, как и портключ…
Маленький дом, выглянувший из-за зарослей, оказался неожиданностью. Я чувствовал покалывание собственной магии, защита окружала дом кольцами. Первое кольцо было на расстоянии двух метров от стен дома, второе окружало его, почти соприкасаясь со стенами.
Дверь была не заперта. Я поднялся по ступенькам, оставив за спиной меня из будущего, будучи уверен, что он уйдет. В единственной комнате были маленькая кровать и глубокое кресло, и, положив Поттера на кровать, я облегченно вздохнул: руки все-таки затекли.
- Вы останетесь здесь на пять дней. Этого хватит, чтобы Гарри пришел в себя, чтобы сразиться с Темным Лордом. Из-за начавшегося ритуала чары начали слабеть, и выжидать дальше опасно. Лечебные зелья в сумке на кухне. Еды здесь нет, Гарри должен позвать одного из домовиков Малфоев, за ними не будут следить и они лучше маскируются, чем Тибби, - я с удивлением слушал речь самого себя. После этого он развернулся и вышел из комнаты, а потом и из дома.
Несколько секунд я не двигался, а потом подошел к двери и запечатал ее на столько заклинаний, сколько знал. Поттер зашевелился на кровати, повернулся на спину, опираясь на левую руку, но глаз не открывал. Я подошел к нему, приподнял, чтобы вытащить из-под него одеяло.
Я не мог не заметить, что тот, другой я называл Поттера исключительно по имени. И не, полагаю, тоже стоило это делать. Я слишком часто слышал его фамилию, произнесенную моим голосом, чтобы понимать, какие чувства это может вызывать у него.
Однако гораздо больше меня беспокоило мелочный и эгоистичный страх, поймет ли Поттер, что на самом деле это был не я.
***
Гарри очнулся, будучи прижатым к чужому телу сильными руками. Кажется, руки были слишком сильными, или он слишком легким: слишком простым казалось приложенное усилие. Его по лицу хлестнул тонкий прутик, и Гарри понял, что они находятся в лесу.
Впрочем, ему было все равно, где они. Главное – рядом был Северус, настоящий, только в волосах появились почему-то седые волоски и почти пропал запах травяного шампуня. А может, он пропал совсем и только казался Гарри. И еще была, непонятно чья, щемящая боль в груди. Гарри прижался к плечу Северуса, обхватил его плечи левой рукой. Было холодно, и Северус казался таким теплым…
Гарри не заметил, как снова потерял счет времени, и очнулся, когда почувствовал под собой твердую поверхность. Где-то рядом звучал знакомый звук голоса Северуса. Гарри не хотел слушать его: он все еще боялся, что это обман…
Чьи-то руки приподняли его за плечи, Гарри почувствовал, как из-под него вытаскивают тонкое одеяло, а затем накрывают им.
Раздался звук закрывшейся двери.
Несколько секунд была мучительная тишина, а потом ко лбу Гарри прислонилась холодная ладонь, и он услышал тихий измученный голос:
- Что же за мерзостью он тебя поил?
Гарри открыл глаза. Северус смотрел на него со страхом. Гарри ни разу не видел этого чувства в его глазах.
Отчаянно захотелось что-то сделать, но все, на что его хватило – это пожать плечами. Северус грустно усмехнулся.
- Это был риторический вопрос. Лежи спокойно, я применю диагностирующее заклинание.
Взмах палочкой. Северус задержал ее над правой рукой.
- У тебя неправильно срослась кость, - задумчиво произнес он, будто размышляя вслух. – Видимо, придется ломать и сращивать заново…
Гарри как будто ударило молнией. Он резко приподнялся на кровати, вцепившись левой рукой в плечо Северуса. Это не может быть, ему послышалось, не может быть так похоже на то, что было там, в том подземелье, когда голос Северуса так же холодно говорил о тех страшных вещах во время пыток…
- Тихо, Гарри, - он не заметил, как Северус осторожно обнял его, укладывая на кровать. – Успокойся. Я дам тебе обезболивающее и снотворное… ты мне веришь?
Казалось, что Северус вкладывает в эти свои слова что-то большее, но Гарри уверенно кивнул.
- Верю... – пробормотал он. В горле пересохло. Северус нахмурился и отправился на кухню, а Гарри остался на кровати: все силы ушли на этот рывок.
Северус действительно принес ему стакан воды и два пузырька с зельями. Гарри сделал по глотку из каждого, не задумываясь, и его тут же начало клонить в сон.
Но руку Северуса он сжимал до тех пор, пока не заснул.
***
Следующие дни слились в один. Северус без конца поил Гарри сонными зельями. Но каждый раз, просыпаясь, Гарри чувствовал себя все лучше. Зато сам Северус осунулся и побледнел.
Северус попросил Гарри вызвать домовика из поместья Малфоев, и Гарри послушно сделал это. Сейчас, когда перед ним был настоящий Северус, Гарри готов был выполнить любую его прихоть, и это странное чувство, чем-то напоминающее действие Империуса, тревожило его. Совсем немного, но это чувство становилось все сильнее и сильнее каждый раз, когда в Гарри просыпался угасший за время, проведенное в подземельях, интерес к жизни.
К зельям для нормализации беременности прибавилось еще одно, странное, невыносимо горькое. Северус зачем-то отлил немного этого зелья в пустую пробирку, а остальное разводил в стакане с водой. Это зелье прогоняло озноб Гарри, который возникал со странной периодичностью, примерно трижды в день. А еще после приема этого зелья Гарри оживлялся. Однажды он даже поинтересовался, для чего нужно это зелье, и Северус, кажется, обрадованный интересом Гарри, рассказал о том, что сиреневое зелье, которое давал Гарри двойник Северуса, было наркотиком.
Этот наркотик должен был многократно усиливать негативные чувства Гарри, ослабляя все остальные чувства. Ясно было, что эффект зелья был направлен на Северуса. Но неучтенным фактором оказалось то, что в сознании Гарри человек, пытавший его, и Северус никак не складывались в одно. И теперь, рядом с настоящим Северусом, остались только зависимость от наркотика и безучастность.
Но горькое зелье помогало, и Гарри уже через три дня почти пришел в себя. По крайней мере, настолько, чтобы поинтересоваться у Северуса, почему же их тогда было двое.
- Цени, Гарри, ради тебя я нарушил все элементарные законы времени, - вздохнул на это Северус, и, видя непонимающий взгляд Гарри, пояснил: - Хроноворот. Я перенесся сюда из будущего и вывел нас из того подземелья.
Сказать, что Гарри был удивлен – значит, ничего не сказать. Он прекрасно помнил, как сам пользовался хроноворотом на третьем курсе, и понимал все эти законы времени. Нельзя показываться никому на глаза, тем более, самому себе. Нельзя ничего говорить о том, что будет – а ведь Северус из будущего рассказал что-то в тот день, когда они прибыли сюда…
Оставалось только надеяться, что это останется безнаказанным.
Прошло пять дней после того, как они оказались в этом доме, когда Северус начал собираться. Собственно, собирать было особо нечего: сумку с остатками зелий (Гарри узнал ее, эту сумку он подарил Джеймсу на прошлый день рождения) и волшебную палочку Гарри, которую Северус на это время забрал, чтобы не потерять.
Гарри уже окончательно избавился от зависимости от зелья-наркотика, как и от побочных эффектов, и с любопытством наблюдал за Северусом, который метался по комнате, перекладывая с места на место немногочисленные предметы. Наконец, Северус сел в кресло и откинулся на спинку, глядя куда-то в пространство. Гарри немного неуклюже – мешал живот – поднялся и подошел к нему.
- Что случилось? – поинтересовался он. Северус поднял голову, взял Гарри за руки и мягко потянул, заставляя сесть к себе на колени. Гарри нашел в себе силы отстраниться от Северуса с его быстрыми нежными поцелуями минут через десять.
Казалось, Северус сейчас мыслями был где угодно, только не в этой комнате. Гарри осторожно потормошил его за плечо.
- Так что с тобой такое?
Северус невесело усмехнулся.
- Сегодня тебе придется убить Темного Лорда, - с горечью произнес он. Гарри побледнел.
Он ведь знал, что это скоро случится. Почему тогда так страшно, будто он был не готов? Почему хочется навсегда остаться здесь, на коленях у Северуса, и послать всех Темных Лордов на свете к черту?
- Как по твоему, какие у меня шансы? – после недолгого молчания тихо спросил Гарри.
- Солидные, - так же тихо ответил Северус. – Полагаю, пятьдесят на пятьдесят.
Гарри нервно засмеялся.
- Ты меня не переоцениваешь?
- Заткнись, Гарри, - голос Северуса был серьезным. – Если будешь так пораженчески настроен, ни за что не победишь. Потому что прежде я сам тебя убью, - последние слова Северус сопроводил коротким поцелуем в уголок рта. Гарри быстро повернул голову и поймал своими губами губы Северуса. Ему хотелось мрачно пошутить о последнем желании перед смертью, но вряд ли Северусу бы это понравилось. Вместо этого Гарри потянулся к застежкам мантии мужчины, и Северуса, кажется, это вполне устроило.
***
Я откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза, а Поттер заерзал на моих коленях, повернулся ко мне боком и положил голову на (мое/мне/вообще ничего не надо?) плечо. Было довольно прохладно, и я стянул со спинки кресла свою мантию и укрыл ей Поттера. Гарри благодарно засопел прямо мне в ухо, я недовольно дернул головой. Только после этого мне вдруг снова пришло в голову то, от чего меня сорок минут назад отвлек Поттер.
Вполне может быть, что это наша последняя близость.
Поттеру я не мог позволить думать об этом, настраивая на победу. Но я – другое дело. Я всегда борюсь до последнего.
Промелькнула мысль, что сам я останусь жив в любом случае – ведь мне придется потом вызволять самого себя и Поттера из темницы. Я попытался вспомнить, каким я был в тот вечер. Но воспоминания не позволили прийти к определенному выводу, а я, конечно, не мог сказать самому себе, выживет ли Поттер в будущем…
Это было бы страшно: если бы Поттер погиб, возвращаться в прошлое и видеть его еще живым.
Поттер зашевелился на моих коленях слишком энергично, и я спихнул его.
- Нам пора. Одевайся, - произнес я, поднимая с пола свою рубашку – она оказалась ближе всего.
- А может, стоит потренироваться немного?
Я покачал головой на предложение Поттера.
- Нет. Ты только устанешь. Главное, используй заклинания, которые ты …) отрабатывал. Не используй Третье Непростительное, оно использует слишком много сил. Попробуй заклинания Развоплощения и Пустоты… и оденься, наконец, - я бросил в него брюки, которые висели на подлокотнике кресла. Поттер поймал их и неохотно надел.
***
Пустырь посреди зеленого леса выглядел странно. Северус на вопрос Гарри коротко объяснил, что это он когда-то провел здесь, в лесу, заключительную часть ритуала, того самого, от которого должен был умереть. После этого вокруг заключенного в прозрачную сферу Волдеморта и возникла эта пустошь.
Северус добрых десять минут накладывал на Гарри защитные заклинания, не уставая напоминать, чтобы Гарри помнил, что это не панацея. Гарри нервно фыркал и не отвечал, перебирая в уме заклинания Светлой Магии. Северус закончил Дезиллюминационным заклинанием и теперь держал Гарри за плечо, чтобы не потерять.
- Я обойду пустырь и сниму заклинания. Как только увидишь, что вокруг Темного Лорда начитает мерцать воздух, будь готов атаковать.
Гарри серьезно кивнул, забыв, что его не видно. Северус вдруг нагнулся и поцеловал его, попав в висок.
- Я люблю тебя, Гарри, - негромко произнес он, и Гарри невольно улыбнулся.
Стоило пройти через такую боль и оказаться перед лицом смертельной опасности, чтобы услышать эти слова.
- Я тоже тебя люблю, - ответил он.
Северус кивнул, отпустил Гарри и скользнул между деревьев. Он шел бесшумно, и Гарри немного позавидовал его умению двигаться, прежде чем пройти через деревья поближе к месту будущей схватки.
Странно, но страх куда-то пропал. Единственное, чего опасался Гарри – всплесков собственной магии. Пара стихийных выбросов была, пока Гарри выздоравливал в том доме, но ведь там он не пользовался магией.
Картина перед ним, жутковатая и в чем-то сюрреалистичная, заставила его замереть. Человеческая фигура застыла в большом, прозрачном, но все же хорошо различимом шаре. Под шаром на земле была небольшая лужа чьей-то крови – столько могло натечь из глубокой раны, не принеся тем временем ощутимой потери владельцу. Вокруг шара были начерчены линии, образовывавшие какую-то странную фигуру, не то звезду, не то несколько треугольников.
Но самым жутким было нечеловеческое лицо.
Глаза Волдеморта были открыты, и, казалось, он смотрит на что-то вполне определенное.
Гарри был слишком далеко, чтобы понять, моргает Волдеморт, или нет, но он уловил едва заметное движение сперва за толщей деревьев, а потом – внутри шара.
Вытащив палочку, Гарри приготовился к атаке.
Мерцание сферы не застало Гарри врасплох. Преграда пропала мгновенно, и Гарри медлил не больше секунды.
- Volonovilat* – отчетливо произнес он, и выскочил вперед, на открытое пространство: если бы Гарри промахнулся, уворачиваться от заклинаний Волдеморта между деревьями было бы неудобно
Реакцию Волдеморта Гарри оценил по достоинству. После такого долгого времени, проведенного в коме, не каждый смог бы первым делом отбить пущенное заклинание.
- Desino! – Гарри автоматически защитился Протего, но почему-то заклинание не подействовало. Загадочное Десино уничтожило действие Дезиллюминационного заклинания. Глаза Волдеморта чуть расширились.
Пять минут растянулись для Гарри в вечность. Он не гнался за оригинальностью, атакуя Волдеморта одними и теми же заклятьями, которые отрабатывал дома на коряге. Заклятия Волдеморта в большинстве случаев разбивались о защитные заклинания, но несколько раз Гарри все-таки задело проклятиями, кажется, рубящим и обжигающим.
Магия пока не отказывала, как бывало раньше, лишь раз у Гарри получилось слишком сильное заклинание, пробившее защиту Волдеморта. Однако радоваться было рано.
- Deleo, - заклинание, судя по всему, уничтожало любую защиту. Без защитных заклинаний Гарри на мгновение почувствовал себя обнаженным, и запаниковал. Это было роковой ошибкой.
- Incarcero, - когда Гарри был спеленут по рукам и ногам, Волдеморт зачем-то применил Экспеллиармус.
- Ну, здравствуй, Гарри, - голос Волдеморта был мрачным, в нем не было былого торжества. Оно и понятно: сам он пробыл столько времени в коме, Пожиратели перебиты, все надо начинать сначала… - Я очень рад тебя видеть сейчас… Ты был бы слишком нежелательной помехой на моем пути… Но теперь мне будет немного легче…
Гарри было легко изобразить ненависть во взгляде. За спиной Волдеморта появился Северус, и теперь главным было не выдать его. Кажется, Волдеморт действительно ничего не замечал, поглощенный своей страстью к бессмысленным, в общем-то, речам.
Северус нацелил на Волдеморта свою палочку, но почему-то ничего не делал. Только смотрел на Гарри, словно ждал чего-то. Может, боялся, что пророчество не врет и любое смертельное заклинание просто отлетит от Волдеморта, потому что убить его может только Гарри?
И вдруг до Гарри дошло.
Он не мог пошевелить рукой, его палочка была у Волдеморта, но ментально он был абсолютно свободен. И сейчас, глядя на вдохновенно вещающего темного мага он нашел где-то в подпространстве поток магии Северуса. Магия охотно подчинилась его намерениям, и Гарри произнес формулу заклинания.
- Tollo vis!*
Волдеморт замолчал, похоже, никак не ожидавший, что его перебьют, и мгновением спустя его окутало серебристое сияние от луча из палочки Северуса.
А Гарри вдруг почувствовал, что поток магии, который он все еще держал в руках, вдруг хлынул обратно, многократно умноженный.
Тщетно стараясь освободиться, Гарри рухнул на колени, ощущая, как его захлестывает чужая магия, волна за волной.
А потом, захлебнувшись, он потерял сознание.
_____________
*искаж. Volo non violat – прибл. перев. «желаю, (чтобы он) не совершал насилие»
*Tollo vis – уничтожаю насилие
***


Due cose belle ha a mondo: Amore e Morte...
 
-=ArimanA=-Дата: Пятница, 01.10.2010, 13:41 | Сообщение # 70
Леди Воздуха
Леди Четырех Стихий
Сообщений: 96
Репутация: 5
Вне города
Глава 17, окончание
***
Пахло горькими травами, ингредиентами явно животного происхождения – их нельзя было перепутать ни с чем – а еще чьим-то смутно знакомым одеколоном.
А еще был запах чистого постельного белья. Гарри чувствовал подушку под головой и тяжелое одеяло.
Накатило невероятное облегчение. Никогда раньше Гарри не радовался так тому, что он жив…
Мгновениями позже Гарри осознал, что с его левой рукой проделывают странные манипуляции. Боли не было, но ощущения напомнили ему о том, как когда-то давно, еще когда он жил у Дурслей, у него брали кровь из вены…
Гарри вдруг почти почувствовал иглу у себя в руке, инстинктивно дернулся и попытался повернуть голову.
Впрочем, дерганье вышло на удивление слабым, и все, что Гарри смог сделать, это приподнять оказавшиеся неожиданно тяжелыми веки и скосить глаза.
- Лежи спокойно, Поттер, - Гарри никогда бы не поверил, что может так обрадоваться голосу Малфоя. Приложив все возможные усилия и повернув-таки голову, Гарри увидел, как Малфой с помощью маггловского шприца вводит ему в вену странное зелье.
- Ты был без сознания шесть дней, - ровно сообщил Малфой. – Обычные чары, поддерживающие жизнедеятельность организма без пищи, здесь не помогли бы. Приходится вводить тебе в кровь этот раствор.
Гарри моргнул – это все, на что его хватило – и прикрыл глаза. Он не заметил, как Малфой вынул шприц из вены.
- Знаешь, Поттер, - задумчиво произнес он. – Отсутствие Северуса отрицательно сказалось на состоянии моих умственных способностей.
Гарри хмыкнул. Он хотел язвительно ответить, но передумал, решив, что силы лучше поберечь.
- Мне надо было отправить Дамблдору письмо по совиной почте, а еще лучше – послать тебя в Хогвартс по каминной сети через дом твоего Блэка. Вместо этого я поступил как полный идиот…
Гарри был полностью согласен с Малфоем за исключением одного пункта: они оба поступили как полные идиоты.
Где-то вне поля зрения Гарри раздалось чье-то хмыканье, затем шуршание, затем шаги. К кровати подошел Джеймс. Малфой встал и отошел, закупоривая большую бутыль с бурой жидкостью.
- Ну как ты? – негромко поинтересовался Джеймс, опускаясь на место Малфоя. Гарри вздохнул. – Слабость есть? Северус сказал, что ты когда придешь в себя, даже шевелиться не сможешь: все твои силы ушли на то, чтобы принять чужую магию… ты же убил Темного Лорда и получил его силы, помнишь? Северус так испугался, когда ты потерял сознание… Он тебя принес, три дня прятал в Хогвартсе. Когда стало ясно, что ты будешь жить, и чужая магия тебя не убьет, он взял у Дамблдора хроноворот, перенес тебя на Гриммаулд Плейс, а сам отправился в прошлое. Не знаю, что там случилось, но вернулся он весь побитый, послал Дамблдора и Орден Феникса в какое-то поместье, уничтожать последствия неоконченного ритуала и убивать какого-то возможно недобитого темного мага, тут я не понял… Потом он два дня отсыпался, а вчера вечером перенес тебя сюда и сидел рядом всю ночь и половину сегодняшнего дня. Он сейчас в лаборатории, но собирается прийти к тебе.
Гарри слабо улыбнулся. Его не покидало странное, наверняка неверное, но весьма обнадеживающее ощущение, что теперь все точно будет хорошо.
***
Я посмотрел в зеркало. Левую половину лица, от виска до подбородка, через щеку, рассекала очень неприятная царапина, оставленная срикошетившим проклятием. Проклятие было моим, и я знал, что если оставить вполне безобидную на вид царапину заживать просто так, то она через пять часов начнет выделять яд, который можно будет определить только тогда, когда единственным выходом станет ампутация пораженного участка – в моем случае, головы. К счастью, противоядие готовилось всего час, не считая приготовления основы, которой, впрочем, у меня было достаточно, да и времени у меня еще было достаточно, чтобы приготовить десятка два таких противоядий.
Час в лаборатории пролетел незаметно. Я смазал получившейся вязкой жидкостью царапину, растворил немного в воде и выпил глоток – на случай, если яд уже начал поступать в кровь. После этого старательно закупорил колбу и спустился вниз.
В спальне рядом с Гарри сидел Джеймс, разложив на столе какие-то бумаги. Увидев меня, он торопливо вскочил и начал собираться.
- Ты же останешься с Гарри? – спохватившись, поинтересовался он. Я кивнул.
- У тебя какие-то дела?
- Ага, - Джеймс торопливо проверил, не потерял ли он какие-нибудь бумажки. – Я собирался сегодня на собеседование, еще успеваю… - и он вылетел из комнаты прежде, чем я успел спросить, о каком собеседовании идет речь.
Поттер спал в той же позе, в какой я видел его три часа назад. Бледный, с синими кругами под глазами, он лежал на спине, хотя никогда не любил так спать. Слабое мерцание магии вокруг него было едва заметным. Казалось, он не может сразу впитать такое количество чуждой магии, а может, он просто внутренне сопротивлялся, помня, кому она принадлежала. Так или иначе, но внутри Гарри все еще происходила изматывающая его борьба.
Самый тяжелый период уже прошел. Те три дня, когда я принес его в Хогвартс, опасаясь очередного нападения, Поттер не только не приходил в себя, но, время от времени, казалось, приближался к смерти. Я собственными глазами видел, как замедлялось его дыхание, как он бледнел – но спустя несколько минут сердце снова начинало стучать с обычной частотой.
И магию вокруг него можно было отчетливо видеть. Едва мерцающие прозрачные потоки, слегка искажающие пространство, вились вокруг, прикрепленные к Поттеру с помощью ритуала, и не могли ни исчезнуть, ни быть принятыми Поттером. У него не хватало сил впитать их в себя, и он невольно удерживал их снаружи, чтобы они не уничтожили его.
Магии было много. Еще тогда, когда с помощью моей палочки Гарри убил Волдеморта, я чувствовал, как через меня прошла вся эта магия. Прошла, не задерживаясь, чуть не разорвав меня, не причинив вреда только потому, что я смог пропустить ее без препятствий. И я представлял себе, какая сила сейчас давит на Гарри.
Только к концу второго дня стало понятно, что Гарри понемногу принимает в себя чуждую магию, а на третий день Дамблдор определил, что жизнь Поттера вне опасности. Я не стал задерживаться в Хогвартсе – там было слишком много народу. Достаточно было того, что о беременности Гарри пришлось сказать Помфри. На доме Блэка было достаточно заклинаний – кроме защиты Дамблдора, дом охранялся также семейными артефактами Блэков и родовыми проклятьями, которым было много веков. Именно там я и оставил Гарри, когда пришлось возвращаться в прошлое.
Пробиться через охрану поместья, к которому я аппарировал с помощью медальона, оказалось непросто. Людей в том поместье не было, только проклятия, несколько монстров, сделанных с помощью магии, и копии. Первого я убил с мстительной радостью, напав со спины, после применения Силенцио и Круцио. Второй застал меня врасплох, в битве с ним я и получил царапину от собственного заклинания. Третьему и четвертому я уже не удивлялся.
Гарри беспокойно зашевелился на кровати. Я подошел к нему, пока только наблюдая. Поттер что-то неразборчиво пробормотал во сне, всхлипнул, повернулся на бок и утих. Складки одеяла скрывали живот.
Вчера, когда Гарри спал, приходил Смит. Осмотрев Поттера, он сообщил неутешительные новости: на седьмом месяце придется извлечь ребенка и поместить его в инкубатор, где можно будет свести к минимуму негативные последствия от повышенной магической активности, прерывания зельетерапии и приемов наркотика. Лучше было бы сделать это прямо сейчас, но только после седьмого месяца магия матери – в данном случае Поттера – позволит ребенку покинуть чрево.
Я не собирался предупреждать Поттера заранее. Смит упомянул о том, как Поттер отреагировал на предыдущую операцию, и я сам помнил, как Гарри нервничал при последнем осмотре. Так что, думаю, вполне вероятно, что он будет нервничать, а это вредно…
Я осторожно зарылся пальцами в его волосы, стараясь не разбудить. Поттер продолжал спать. Дамблдор обещал найти что-нибудь о ритуале передачи магии в Министерстве, в Отделе Тайн. Люпин сейчас прочесывает библиотеку Блэков, но сомневаюсь, что он найдет там что-то. Какие-то книги были в поместье, где проводился ритуал, но оказалось, что как только Джон был убит (все же он оказался одной из четырех моих жертв), библиотека уничтожилась. На полках нескольких книжных шкафов и в ящиках стола вместо книг и свитков был только пепел.
Спать мне не хотелось. Я навел вокруг своего стула чары, не пропускающие свет, зажег Люмос и взял книгу.
***
Когда Гарри очнулся в следующий раз, рядом уже сидел Северус. На черных волосах, повисших сосульками, поблескивала защитная пленка, которую легко можно было принять за грязь. Значит, Северус недавно был в лаборатории.
- Доброе утро, - после недолгих раздумий Гарри нашел нейтральное начало разговора. Северус поднял голову, Гарри краем глаза заметил в его руках книгу.
- Сейчас три часа ночи, - задумчиво объявил он. – Это время, конечно, можно назвать утром, но очень условно… Как ты себя чувствуешь? – без перехода поинтересовался он.
- Нормально, - автоматически ответил Гарри. Северус скептически посмотрел на него, но возражать не стал.
- Допустим, - произнес он после недолгих колебаний. – Только будь добр, говори сразу, если тебе что-то понадобится.
Гарри кивнул, но Северус снова уткнулся в свою книгу. Гарри попробовал скосить глаза: ему было лучше, но не настолько, чтобы привстать и посмотреть.
- Что читаешь? – наконец, признал безуспешность своих попыток Гарри.
- Готовлюсь стать матерью, - проворчал Северус. Гарри беспокойно зашевелился.
- Эй, кажется это я собирался рожать! – возмущенно пробормотал он и получил в ответ фырканье.
- А кормить ребенка чем, интересно, будешь?
- Молоком, - попробовал угадать Гарри и по насмешливому взгляду Северуса понял, что ошибся.
Северус молча сунул Гарри под нос книгу. «Детская питательная смесь на основе молока и трав» - гласил заголовок на развороте. Гарри сомневался, что детей можно кормить подобным варевом, но, наверное, стоило доверять автору книги и Северусу.
- Этот отвар готовится час, и примерно столько же хранится, - сообщил Северус, убирая книгу обратно. – То есть, готовить его надо непосредственно перед кормлением. Готовься к веселой жизни, Гарри.
- Ага, - Гарри не удержался от улыбки, вспомнив, как редко Северус раньше называл его по имени. Хмурый взгляд и нелестное замечание об имбецилах, которые никогда не повзрослеют, привели Гарри в еще более радужное настроение.
На просьбу поесть Северус, тем не менее, отреагировал. Правда, немного странно: притащил чашку бульона и какой-то странный болотного цвета отвар. Хотя выяснилось, что больше Гарри съесть и не сможет. Северус вливал в Гарри отвар, когда тот уже почти засыпал от приятного ощущения сытости и резко навалившейся усталости.
***
С тех пор, как Гарри смог встать с кровати – это произошло, по словам Северуса, через две с половиной недели – он постоянно рвался работать в саду. Правда, все, что ему удалось сделать – это разбить с помощью Бомбарды корягу, на которой он отрабатывал заклинания. Северус не просто запретил Гарри пользоваться магией и не перенапрягаться физически, он теперь еще бдил ) тщательней, чем Цербер у ворот Ада.
Гарри, конечно, мог бы найти в этом много хорошего, если бы все время, которое Северус проводил рядом, не уходило у зельевара на книги. Необходимыми пособиями и энциклопедиями снабжал Северуса колдомедик, очевидно, решивший, что много – не мало. Среди множества книг с заклинаниями и зельями для поддержания здоровья ребенка, выношенного мужчиной, Гарри нашел какую-то книжонку по психологии ребенка «в нестандартной семье». Прочитав введение и полстраницы первой главы, Гарри тайком от Северуса сжег книжку в камине, поддавшись сиюминутному порыву, и испытал при этом глубочайшее моральное удовлетворение. А вскоре добавились еще какие-то книги от Люпина, которые Северус тут же спрятал от Гарри.
Два месяца прошли в тягучем, как болото, ничегонеделании. Единственными яркими событиями были приход Дамблдора, который долго что-то говорил Гарри (Гарри так и не понял, что именно: в этот момент ему больше всего хотелось спать) и визит к Сириусу и Ремусу. Радостными объятьями Сириус чуть было не завершил неоконченное дело Волдеморта, только Ремус успел вовремя спасти Гарри от неминуемого удушения.
Из Пророка Гарри знал, что вся Англия празднует смерть Волдеморта. По словам Дамблдора, сам Гарри был отправлен поправлять здоровье после тяжелой схватки куда-то к горным монахам. Хотя Гарри был бы не против, если бы Министерству сказали, что Волдеморт тихо и спокойно умер своей смертью… Теперь же «по возвращении», которое непременно должно было состояться, Гарри ожидала торжественная церемония и орден Мерлина первой степени. Орден, кстати, достался и Северусу – Гарри мог только догадываться, что наплел журналистам Дамблдор.
А еще были ночи. Были кошмары, страх последней битвы и беспомощности в плену. Гарри задумывался порой: а проснется ли он, если его убьют там во сне?
Проверять он не собирался.
Пропажи зелья Сна-Без-Снов замученный Северус не замечал. Гарри сверялся с книгами и даже поинтересовался у заглянувшего колдомедика, чтобы убедиться, что прием зелья безопасен в его состоянии. Зелье можно было принимать по трое суток через двое, и время от времени Гарри всю ночь сидел, зябко кутаясь в плед, на белом кожаном диване в гостиной, чтобы с восходом солнца снова бодро вскочить.
Очередным утром Гарри проснулся от собственного крика. Болело горло, и Гарри невольно порадовался, что по привычке наложил на себя заглушающие чары.
А несколько секунд спустя Гарри поежился, почувствовав на себе тяжелый взгляд.
В спальне было темно, и в еле пробивающемся сквозь шторы свете был еле виден смутно-белый овал лица Северуса. К тому же, Гарри почти не видел его без очков. Однако воображения хватало на то, чтобы представить себе лицо Северуса.
- Finite inkantatem! – негромко проговорил Северус, очевидно, поняв, что Гарри воспользовался заглушающим заклинанием. Гарри виновато опустил глаза.
- Ты в порядке? – спокойный голос Северуса казался ирреальным. Гарри хрипло выдавил что-то, похожее на «Да». – Принести тебе успокаивающего зелья?
Гарри кивнул, и Северус легко поднялся. В свете Люмоса Гарри невольно залюбовался его прямой спиной – до тех пор, пока Северус не вышел из комнаты, осторожно прикрыв дверь. Снова стало темно, и Гарри опять почувствовал себя беспомощным, но на этот раз уже наяву.
Северус вернулся через несколько минут, протянул Гарри стакан с зельем. Гарри привычно выпил: он сам в последнее время часто брал это зелье в лаборатории у Северуса.
- Давно это с тобой? – хмуро поинтересовался Северус. Гарри виновато кивнул.
- Несколько месяцев. С тех пор…
- Почему мне ничего не говорил? – Северус забрал у Гарри стакан, поставил его на стол и подошел к окну.
- Не хотел тебя беспокоить, - Гарри неловко пожал плечами. Кажется, Северус обиделся.
Воцарилась тишина. Северус глядел куда-то за окно, Гарри рассматривал Северуса. Наконец, с некоторым усилием поднявшись, Гарри подошел к Северусу и осторожно обнял его за плечи.
- Идем в гостиную, пока позавтракаешь, - предложил вдруг Северус. Гарри подчинился.
В гостиной было холодно, но Северус уже разжег камин. Гарри уселся за стол, наблюдая через открытую кухонную дверь, как Северус возится с чаем.
Гарри не сразу понял, что Северус отчего-то нервничает. Ожидая, пока заварится чай, он барабанил пальцами по столу, открывал и закрывал дверцы шкафа, а в конце Гарри уловил знакомый запах успокаивающих трав.
На столе появилась тарелка с тостами – работа домовика, понял Гарри.
Северус левитировал поднос с чаем, поставил чашку перед Гарри, сел напротив.
- Не ешь много, - неожиданно посоветовал он. Гарри удивленно посмотрел на Северуса.
- Почему?
Северус слишком пристально смотрел в свою чашку. Гарри на всякий случай посмотрел в свою. На дне спокойно плавали чаинки, представляющие довольно умиротворяющее зрелище. Но ответа на вопрос Гарри там точно не было.
- У тебя какие-то планы на сегодня? – еще раз попробовал Гарри. Северус поднял голову.
- Да. В восемь мы идем в клинику к Смиту.
Гарри немного неловко кивнул. Он еще не отошел от обстоятельств пробуждения, но Северусу, кажется, сейчас не до того.
- Что-то важное?
- Потом объясню, - Северус снова уставился в свою чашку. Гарри, впрочем, и не особо хотелось прерывать затянувшееся молчание. После кошмаров он все еще чувствовал себя плохо.
До восьми было еще достаточно времени – два с половиной часа. После завтрака Северус ушел наверх, в лабораторию, а Гарри устроился на диване с какой-то фантастической книгой, найденной на чердаке. У книги была оборвана обложка и отсутствовало начало, но сюжетом Гарри заинтересовался.
В полседьмого в гостиную спустился заспанный Джеймс. Позавтракав, он взбодрился настолько, чтобы ответить на вопросы Гарри: у Джеймса, оказывается, с сегодняшнего дня начинался испытательный срок в одной из лабораторий. После этого Джеймс, бросив взгляд на часы, торопливо исчез в камине – отправился через Дырявый Котел.
Еще через час вернулся Северус с каким-то зельем. Зелье было горячим, еще дымилось, но Гарри пришлось выпить его под строгим взглядом Северуса, рискуя обжечь горло. Впрочем, зелье проскользнуло в желудок почти незаметно.
- Думаю, можно отправляться, - напряженно сообщил Северус, отбирая у Гарри стакан и помогая ему подняться. Гарри кивнул.
- Так зачем мне надо в клинику? Очередной осмотр? – поинтересовался он, вспомнив обещание Северуса объяснить.
- Нет. Операция.
Мгновенная вспышка страха спровоцировала всплеск магии. От каминной полки с хрустом отломился кусок и рухнул на решетку. Огонь заметался и потух. Люстра закачалась, а Северус вдруг отшатнулся, как от удара.
Гарри не заметил этого. В памяти вдруг проявилось воспоминание, словно это было вчера – окровавленное тельце мертвого ребенка.
Еще рано. Операция должна быть только через два-три месяца. А значит…
- Гарри… - попробовал к нему подойти Северус, но Гарри отступил, вскинув руки в защитном жесте.
- Нет! – он не узнавал свой голос. В голове что-то помутилось, прошлое смешалось с настоящим. Чужая, не принятая еще магия заставляла воздух вокруг вибрировать.
- Перестань, Гарри, - в голосе Северуса слышалось беспокойство и нетерпение. – Все будет в порядке.
- Нет… - повторил Гарри, и вдруг почувствовал чужие эмоции – беспокойство и раздражение.
- Хватит, - рявкнул вдруг Северус. – Если потребуется, я доставлю тебя в клинику под Петрификусом!
Гарри вздрогнул. Несмотря на всю свою магию, он никогда бы не смог противостоять Северусу. А в том, что Северус выполнит свое обещание, он не сомневался.
Рука Северуса уверенно, но мягко взяла его за плечо. Огонь в камине снова потрескивал.
- Возьми летучий порох, - как ребенку, объяснил Северус. – Перенесись в клинику Арчибальда Смита, в приемную. Там сегодня нет посторонних. Я сразу за тобой.
Гарри подчинился, чувствуя себя беспомощным, как никогда.
Ему было страшно.


Due cose belle ha a mondo: Amore e Morte...
 
Форум » Улицы Лоргтонга » Слэш по миру ГП » "Полчаса искренности" (NC-17, angst, макси, в процессе, гл.15-2 от 27.05.10)
  • Страница 5 из 5
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
Поиск:

Design by -=ArimanA=- © 2021