Суббота, 19.06.2021, 20:41
Приветствую Вас, Бесплотный дух
RSS |
Зал Стихий | Лоргтонг | Библиотека | | Регистрация | Вход



[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 3 из 5
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • »
Модератор форума: -=ArimanA=-  
Форум » Улицы Лоргтонга » Слэш по миру ГП » "Полчаса искренности" (NC-17, angst, макси, в процессе, гл.15-2 от 27.05.10)
"Полчаса искренности"
RougeДата: Четверг, 25.02.2010, 20:16 | Сообщение # 1
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
Название: "Полчаса искренности"
Автор: Настик
Бета: lelle
Пейринг: Гарри Поттер/Северус Снейп
Рейтинг: NC-17
Жанр: Роман, angst
Размер: Макси
Статус: Закончен
Саммари: Появившийся в Хогвартсе новый ученик неожиданно сближает Гарри Поттера и Северуса Снейпа.
Предупреждения: Изнасилование (глава 4) и пытки (глава 6). Местами POV Снейпа. ОМП (оригинальный мужской персонаж). Mpreg. АУ после пятой книги
Комментарий: Посвящается моей музе - самому дорогому человеку N.

Разрешение на размещение: получено


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 19:37 | Сообщение # 31
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
***
Следующие две недели пролетели на удивление быстро. К Сириусу Гарри приходил ненадолго, но почти каждый день. Снейп продолжал так же странно себя вести.
В газетах регулярно появлялись заметки о нападениях Волдеморта. Гарри ни разу не видел в них знакомых фамилий, но каждый раз его сердце сжималось. Он отлично понимал, что только он может остановить все это, и бездействие казалось медленной пыткой.
Джеймса Гарри видел только на уроках. Снейп как-то раз обмолвился, что мальчик пишет какую-то научную работу об Арке.
Джинни оставила Гарри в покое. Правда, это не особенно успокаивало его. Гарри догадывался, что рано или поздно девушка возобновит свои попытки заполучить его.
***
– Все свободны. Мистер Поттер, задержитесь.
Гарри вздрогнул, как вздрагивал каждый раз, когда к нему обращался профессор Форст. Что-то опасное чудилось в его невыразительности. Он ассоциировался у Гарри с Квиреллом, который казался таким же безобидным. Это и внушало подозрения.
Когда дверь за последним учеником закрылась, Форст неожиданно взмахнул палочкой, накладывая заглушающее заклинание. Гарри невольно напрягся.
– Не беспокойтесь, мистер Поттер, – в голосе Форста прозвучала насмешка, что несколько обескуражило Гарри. Он думал, что этот голос не может сопровождаться никакими эмоциями. – Я просто не хочу, чтобы нас кто-либо подслушал.
Он опустился на преподавательский стул и впился в Гарри немигающим взглядом. Гриффиндорец поежился.
– Э… что вы хотите от меня, мистер Форст?
– Вы ведь читаете газеты, мистер Поттер?
Гарри кивнул.
Снова молчание.
Форст неловко вытащил из кипы бумаг на своем столе – такой беспорядок у него был всегда – какой-то свиток.
– Вот. Посмотрите.
Гарри развернул пергамент. «Урок 1. Теория защитной магии. Закон о разрешении на применение защитных заклинаний и исключения из него. Урок 2. Различия между искусственными и естественными атакующими заклинаниями. Теория защитных заклинаний в естественной атакующей магии. Урок 3. Закон о разрешении на применение атакующих заклинаний, меры наказания за нарушение закона»…
– Это что? – вырвалось у Гарри.
– Учебный план для седьмого курса, рекомендованный Министерством.
Гарри снова бросил взгляд на пергамент. Закон о разрешении на применение защитных заклинаний… Нет, Гарри точно помнил, что на первом уроке Форст диктовал классификацию атакующих заклинаний, а потом они записывали достоинства и недостатки класса обжигающих заклинаний.
– Но вы же читаете нам совсем другие лекции, – вырвалось у Гарри.
– Весьма точное замечание, мистер Поттер. Я не следую этому плану. Я еще помню, как закончила одна из моих предшественниц.
Гарри бросил на Форста задумчивый взгляд.
– Однако к моему глубочайшему сожалению, я не могу позволять студентам практиковаться на моих занятиях. Это категорически запрещено Министерством. И если кто-то узнает, я просто вылечу со службы.
Гарри по прежнему молчал, пытаясь понять, правду ли говорит Форст, и что ему нужно.
– Моя дочь работает в Департаменте Тайн. Я слышал историю о кучке подростков, которые не только перевернули все вверх дном в отделе предсказаний и ближайших к нему отделах, но и смогли выжить в стычке с группой Пожирателей Смерти и продержаться до прибытия помощи. Это очень много, мистер Поттер. Я бывший аврор, и я знаю, что говорю.
– Но что вам надо от меня? – не выдержал Гарри.
Форст поднялся.
– Начинается война, мистер Поттер. А Министерство утверждает, что все под контролем, и что мирные жители, в том числе ученики Хогвартса, будут в стороне от военных действий. Вы должны понимать, что это не так, и что даже дети должны уметь защищаться. И не только защищаться, но и атаковать, если это будет надо. Вы сумели научить своих друзей выживать, и я советую вам возобновить ваши занятия. Всего доброго, мистер Поттер, до завтра.
У выхода из класса Гарри ждали Рон и Гермиона. Точнее, ждала Гермиона – Рон же просто стоял рядом с ней и делал вид, что оказался здесь абсолютно случайно.
Гарри отлично помнил ту сцену, которую устроила Гермиона Рону несколько дней назад, после урока у Хагрида. Тогда Рон предпринял попытку перетянуть на свою сторону Гермиону несмотря на то, что она до сих пор, как был уверен Гарри, не знала в чем дело. Теперь, вероятно, Рон опасался очередного скандала, поэтому и делал вид, что не испытывает по отношению к Гарри никаких негативных эмоций.
– Ну, что? Что он тебе говорил? – Гермиона теребила в руках ремешок сумки. Гарри инстинктивно огляделся, проверяя, чтобы вокруг никого не было.
– Предлагал, чтобы я снова начал занятия ОД.
– Что? – недоверчиво переспросила Гермиона. Гарри терпеливо повторил.
– Предлагал, чтобы я возобновил занятия ОД. Он говорит, что идет война, а он не может нас ничему научить.
Гермиона просияла.
– Гарри, так это же здорово! Я давно хотела тебе это предложить!
Гарри ответил подруге сердитым взглядом. Он был отнюдь не уверен, что это хорошая идея…
***
Сидя в библиотеке, Гарри листал очередную книгу по защите и пытался понять, в какой момент он согласился на это безобразие.
Получалось, что он не соглашался. Гермиона, правда, не обратила на это никакого внимания.
Собственно говоря, именно поэтому Гарри и сидел сейчас в библиотеке, разыскивая книги и по предложению Гермионы составляя план обучения. Сама Гермиона взялась оповестить о занятиях всех, кто состоял в ОД в позапрошлом году, и что-то подсказывало Гарри, что учеников у него станет еще больше…
Учеников. Странно, что он называет их так, пусть даже мысленно. Гарри усмехнулся. Остается только начать снимать баллы и назначать отработки.
Пожалуй, для проведения занятий нужно будет опять воспользоваться Выручай-комнатой. Конечно, в этом году не надо ни от кого прятаться - вот только ни одна аудитория, на взгляд Гарри, не подходила для практики заклинаний. Классные комнаты явно были рассчитаны на теоретическую работу. К тому же, Гарри хорошо это помнил, Выручай-комната предоставляла также книги и тренажеры для отработки заклинаний.
Но все-таки что-то тревожило его. Не сразу Гарри понял, что именно.
Тогда, на пятом курсе, страусовая политика Министерства вызвала неодобрительную реакцию у студентов. Поверят ли ему теперь, когда Министерство убеждает их в том, что они в безопасности? Или сочтут Гарри перестраховщиком, в лучшем случае?
Пожалуй, для начала можно попрактиковаться в тех заклинаниях, которые им давал Форст. Эффект от тех же Обжигающих заклятий может быть очень разнообразным, начиная от легких ожогов – Гарри невольно дотронулся до живота – и заканчивая воспламенением отдельных частей тела.
Звук торопливых шагов отвлек Гарри. На стул рядом с ним села Гермиона, бросила взгляд на стол и притянула к себе исчерканный пергамент.
– Можно посмотреть, что ты запланировал? Повторение пройденного, включая Патронус, Обжигающие заклинания, Режущие заклинания, Зеркальный щит, обезболивающие и кровоостанавливающие чары… Гарри, а это отличная мысль! В прошлый раз мы проходили только боевые заклинания, а ведь лечение тоже очень важно!
Гарри терпеливо выслушал восторги по поводу своей догадливости. Наконец, Гермиона отложила пергамент и вытащила из кармана сложенный вчетверо листок.
– Вот список тех, кто решил заниматься, но я думаю, их будет больше, тем более, что в этом году никаких последствий не будет. Тут Дин, Невилл, Джинни, Рон…
– Рон? – недоверчиво переспросил Гарри. Гермиона не обратила внимания.
– Полумна, Роберт, Чоу… Эрни МакМиллан, Терри Бут, Парвати и Падма Патил, Колин и Деннис…
– Достаточно, – перебил Гарри. Одна мысль о том, что занятия ОД будут поводом для лишних встреч с Джинни и братьями Криви ввергала его в состояние, близкое к панике.
– Пусть лучше это будет для меня сюрпризом…
– Я сказала, что первое занятие ты назначил на субботу, а расписание надо составить сейчас, – Гермиона вытащила из сумки ежедневник. – Я записала график тренировок квиддичных команд. Надо еще оставить тебе время на подготовку к ТРИТОНам. И, наверное, стоит оставить свободными выходные, ты ведь проводишь их… сам-знаешь- где.
Гарри кивнул.
В конце концов, у них уже был опыт в планировании занятий, полученный при организации антиамбриджевской коалиции. Теперь хоть ясно, что будет в обозримом будущем…
***
Обозримое будущее, а точнее суббота, не замедлило нагрянуть.
Гарри сидел в Выручай-комнате на одной из подушек – в этом году в комнате была та же обстановка, изменились только ее размеры, – и задумчиво грыз ноготь. Гермиона все утро пыталась подвигнуть его на сочинение приветственной речи. Гарри честно промучился десять минут над пергаментом, а затем под пристальным взглядом Гермионы с честным видом скатал чистый лист в трубочку и сказал, что пойдет репетировать.
Просидеть полчаса в одиночестве было для Гарри, пожалуй, удовольствием. Он сам не заметил, как пролетело время.
Первой – за пять минут до условленного срока – пришла Гермиона. Почти сразу за ней Джеймс. Гарри невольно задумался: он планировал на своих занятиях давать сложные заклинания, а как это сделать, если Джеймс не знает основ? И как он забыл об этом?
Потом дверь почти не закрывалась. Гарри с ужасом оглядел множество глядел незнакомых лиц. Гриффиндорцев-младшекурсников он еще видел мельком, но вот рэйвенкловцы и хаффлпаффцы… теперь понятно, почему Выручай-комната увеличилась в размерах.
Новички держались группами по углам. Первокурсников, к великому облегчению Гарри, почти не оказалось, однако одну девочку он узнал: та самая рэйвенкловка, которая кричала тогда в Большом зале.
Ближе к Гарри с гордым видом расселись те, кто и в прошлый раз был в ОД. Гарри поежился от обожающих взглядов обоих Криви, удивленно приподнял бровь при виде Финнигана. Хорошо хоть, что ушел страх перед однокурсником…
– Итак, все пришли? – раздался звонкий голос Гермионы. Гарри поднял на нее взгляд. – Хорошо, тогда я запру дверь. Просто будет нехорошо, если кто-то прервёт будет прерывать занятие, – объяснила она.
Под ее пристальным взглядом Гарри поднялся с пола и откашлялся.
– Ну… Идет война, и что бы там не говорили в Министерстве, мы должны уметь защититься и при необходимости участвовать в этой войне – «Интересно, а могу я сказать что-нибудь не такое клишированное?», – подумал Гарри. Экспромтом речь не шла. Застревала в глотке. – В общем, те, кто занимался со мной в прошлом году, пусть повторяют то, что помнят. Атакующие и защитные заклинания, можете попробовать Патронуса. А со всеми остальными… – Гарри окинул взглядом внушительную группу незнакомых лиц. Среди них были даже первокурсники, так что надо что-то придумать, учитывая их низкий уровень подготовки. – С остальными мы отойдем в угол и будем отрабатывать заклинание Экспеллиармус, – это было первое, что пришло Гарри в голову. В конце концов, все они с этого начинали…
Занятие длилось полтора часа, и к концу Гарри чувствовал себя абсолютно вымотанным. Такого не было раньше, вероятно, все было из-за младшекурсников: около часа Гарри пришлось отрабатывать с ними нужное движение. И несмотря на это они норовили ошибиться. Самым безобидным эффектом было полное отсутствие какого-либо эффекта, но находились и такие, кто заставил кожу противника позеленеть. К счастью, это легко решилось обычным Фините Инкантатем.
– Все, – наконец резюмировал он. – Следующее занятие… у первого, второго и третьего курсов в пятницу, – если он будет заниматься с ними посреди недели, он просто загнется. – У тех, кто был в ОД в позапрошлом году – в среду, у всех остальных – в понедельник.
«Ученики» разбежались быстро. Еще бы, Гарри отлично помнил, что для тех, кто старше третьего курса, сегодня разрешён поход в Хогсмид. Сам Гарри в этом году не был там ни разу – сначала просто не хотелось из-за воспоминаний, а потом выходные он проводил на Гриммаулд Плейс, но отлично понимал, чего стоило остальным прийти на занятия вместо того, чтобы гулять по Хогсмиду.
Только когда комната опустела, Гарри заметил Джеймса. Тот казался немного неуверенным.
– Садись, не стой там как угрызение совести, – Гарри улыбнулся брату. Тот охотно сел рядом, уткнувшись взглядом в пол. – Что-то не так?
– У меня ничего не получается?– Джеймс грустно поднял глаза. Гарри растерялся.
- Ну… по-моему, ни у кого это не получается сразу. Ты же видел первокурсников и второкурсников?
Джеймс что-то промычал. Гарри почувствовал себя идиотом.
- Ты не думай, я не сравниваю тебя с ними, просто… ну, ты же, как и они, начинаешь с нуля, верно? Я тоже долго тренировался, прежде чем у меня начало получаться. Правда. Так что все нормально.
Джеймс попробовал улыбнуться.
- Я вчера пытался отрабатывать Акцио и Вингардиум Левиоса. А это уровень первого курса. У меня ничего не получается…
Гарри тяжело вздохнул. А ведь он обещал Снейпу помочь Джеймсу…
- Давай встретимся здесь вечером, хорошо? Я просто сейчас очень устал. Разберемся, что у тебя не получается. Если хочешь, можем еще какие-нибудь заклинания попробовать.
Джеймс кивнул и поднялся.
- Зайди сейчас к Северусу: у него классное зелье есть против усталости, - посоветовал он.
***
Гарри постучал в дверь комнат Снейпа и прислушался. Из-за нее не доносилось ни звука. Открывать тоже никто не спешил. Немного подождав, парень снова постучал. Опять тишина. Странно… Снейп сегодня точно в Хогвартсе: Гарри видел его недавно. А здесь наверняка должен быть Малфой.
В третий раз Гарри стучал сильнее. В груди зарождалась непонятная тревога. Может быть, что-то случилось?
Он нашарил в кармане S-образный медальон, который теперь всегда носил при себе. Гарри уже понял, что этот медальон передает ему чувства как Снейпа, так и Джеймса. Несколько недель он учился отделять чужие эмоции от своих, и, как казалось ему, у него теперь получалось. Правда, до сих пор Гарри не было уверен в этом.
Сжав в руке медальон, Гарри подумал о Снейпе, постарался вспомнить урок окклюменции, на котором он не просто отразил заклятие Снейпа, но и смог проникнуть в его мысли. То чувство, которое сопровождало это явление, ощущение в себе чужих эмоций, как всегда, возникло не сразу, но всё же возникло: Гарри почувствовал грусть и усталость, то есть ничего нового. Ни страха, ни злости, ни даже раздражения, которое обычно бывало, когда Снейп был вне своих комнат.
Отлично. Значит Снейп здесь.
Тогда какого черта он не открывает?
Уже не думая ни о чем, а просто злясь, Гарри забарабанил в дверь, прикидывая, стоит ли постучать ногой, или это будет слишком.
Дверь распахнулась неожиданно.
- Поттер, позволь поинтересоваться, по какой причине ты пытаешься выломать мою дверь? – холодно поинтересовался Снейп. Гарри, забыв разорвать контакт с медальоном, абсолютно неожиданно для себя почувствовал отвращение, неприязнь к самому себе… и отпрянул, практически одновременно с самим Снейпом.
Короткую вспышку тревоги Гарри уже не различил, а может, перепутал с собственными чувствами.
- Нет, ничего, - растерянно пробормотал он, разворачиваясь и торопливо отходя.
Отвращение нельзя было перепутать ни с чем другим. Единственное, что интересовало сейчас Гарри – это то, что заставляло Снейпа переступать через себя. И еще, пожалуй, почему он раньше не чувствовал этого…
***
Я откинулся на спинку стула, прокручивая в памяти недавний разговор с Драко. Пожалуй, сейчас это было даже смешно.
«Когда я тебя с ним вижу, мне кажется, что ты рехнулся. А мне еще нужен психически адекватный крестный». «Поттер же – просто ходячий магнит для неприятностей. Я не хотел, чтобы с тобой что-то случилось»
Одно хорошо: Драко просто искренне считал, что без Поттера мне будет лучше. Обычно отвращающие зелья используют несчастные влюбленные. О подобном мне просто помыслить было страшно.
Драко сейчас следил за зельем-антидотом. По моим расчетам, зелье должно было быть готово ближе к Рождеству, то есть ждать еще около месяца.
К Блэку Поттер сегодня прийти не мог: было полнолуние, и Блэк, как и когда-то в школе, решил провести его с Люпином. Поэтому я крайне удивился, услышав неожиданный стук в дверь: это не мог быть никто кроме Поттера.
Накатила невыносимая усталость. Было просто ужасно находиться рядом с ним даже на уроках, а уж тем более, когда он приходил сюда: я все силы тратил на то, чтобы скрывать это. Сегодня я так хотел отдохнуть, расслабиться, хоть несколько часов прожить без этого постоянного напряжения…
Может, Поттер подумает, что меня нет, и уйдет?
Действительно, на несколько минут воцарилась тишина. А потом Поттер забарабанил в дверь так, будто хотел ее вышибить.
Может быть, что-то случилось?
Я обреченно поднялся, зная, что как только увижу его, почувствую привычное уже отвращение. В очередной раз появилось робкое желание придушить Драко подушкой.
- Поттер, позволь поинтересоваться, по какой причине ты пытаешься выломать мою дверь? – сил говорить дружелюбно уже не было, хотелось накричать на него и послать подальше.
Почему-то мне вдруг стало больно, в груди словно что-то оборвалось. Поттер отшатнулся.
- Нет, ничего, – развернувшись, он направился к лестнице. Я растерянно проследил за ним взглядом. Что произошло только что?
***
Джеймс пришел в пять часов. Гарри отрешенно отрабатывал с ним манящие, левитационные, отталкивающие, отменяющие, соединяющие чары – все то, что сам он изучал на первом курсе. Джеймсу было легче, чем большинству первокурсников: он хорошо знал движения палочкой и заклинания; Гарри казалось, что Джеймс и раньше отрабатывал эти движения. Впрочем, почему бы и нет?
Потом Гарри предложил потренироваться в защите. Теперь, когда вокруг никого не было, Экспеллиармус у мальчика получился почти сразу, тогда Гарри предложил отрабатывать Протего и Петрификус Тоталус – то, что он собирался давать младшекурсникам на следующем занятии. Гарри не хотел, чтобы Джеймс занимался с ними, он слишком выделялся, и это вызвало бы ненужные вопросы.
Все это Гарри показывал почти автоматически, замкнувшись в себе. Ему было почти физически больно от того, что он почувствовал тогда, у дверей Снейпа. Он никогда сам не испытывал такого сильного отвращения, разве что на третьем и четвертом курсе при встречах с Петтигрю, но тогда это отвращение было смешано с ненавистью. Сейчас же обстоятельства были другими, и боль от того, что он почувствовал, казалось, сдавливала Гарри грудь, мешала дышать…
Даже в прошлом году было легче. А сейчас что-то сломалось, и Гарри не знал, как жить дальше.
***
«Гарри!
К сожалению, до Рождества тебе лучше не появляться на Гриммаулд Плейс. У Сириуса, как говорит мадам Помфри, какой-то кризис с трудным названием, но, на мой взгляд, это выглядит как очень дурное настроение с вымещением злости на окружающих людях и предметах. Впрочем, говорят, что это признак улучшения, и скоро все пройдет. Пока Сириус ходит по дому и пытается отобрать у меня палочку, чтобы поджечь портрет своей матушки. Честно говоря, я бы с удовольствием уступил, если бы не боялся, что он устроит пожар, или не знал, что на портрет наложено заклинание несгораемости.
Снейп обещал приготовить зелье, как только сможет. С ним творится что-то неладное, ты не замечаешь? Он еще больше похудел, хотя я был уверен, что дальше худеть некуда, и вообще он выглядит как упырь после долгой пьянки, разбуженный в неурочное время, не выспавшийся и мучающийся похмельем…
Дамблдор говорил мне, что ты возобновил свои занятия по защите от темных сил, и что на них ходит чуть ли ни половина Хогвартса. Помнится, я в свое время ужасно уставал, когда преподавал, а тебе приходится еще и учиться. Как ты, в порядке? Если хочешь, я могу помочь составить планы занятий, потому что импровизировать на уроках почти невозможно, знаю по опыту.
Надеюсь, что на Рождество ты ничего не планируешь, потому что я хочу пригласить вас с Джеймсом и Снейпа сюда. Думаю, Сириус будет очень рад, когда выйдет из своей ипохондрии. Кстати, он знает только то, что Роберт Джеймс (Снейп убьет меня, когда узнает, что я выдал Сириусу второе имя его сына) мой крестник и сын Снейпа, так что ты не проговорись, а то Сириуса, боюсь, удар хватит.
Если что – пиши. Извини, что так резко прощаюсь, просто в коридоре что-то скрежещет, боюсь, Сириус опять полез что-то ломать, уронит еще себе какой-нибудь портрет на голову.
Твой, Ремус»
Гарри невольно улыбнулся. По письму казалось, что происходящее с Сириусом не тревожит Люпина, а забавляет его. Хотя если и вправду такое состояние – признак улучшения, это, конечно, не может не радовать.
А вот при мысли о Снейпе Гарри только вздохнул. Прошел уже месяц. С тех пор как Гарри избегал Снейпа, не желая доставлять ему неприятных чувств, а сам зельевар и не пытался подойти к Гарри и выяснить, что происходит. Это и убедило гриффиндорца в том, что он поступает правильно.
Вот только сердце решительно отказывалось с этим смириться. Порой Гарри казалось, что он просто умирает без Снейпа. Словно ему перекрыли кислород. Словно выключили солнце. Словно ампутировали половину тела или вырезали сердце. Только сейчас Гарри понял, какое место в его жизни стал занимать когда-то ненавистный профессор зельеварения Снейп.
Вечерами он сидел перед камином, бездумно глядя на огонь. Иногда его пыталась расшевелить Гермиона, иногда приходил Джеймс. Гарри вежливо улыбался, отвечал, но как только от него отходили, оставляя в покое, он снова отворачивался и глядел на огонь, сжимая в руке теплый медальон и вспоминая запах любимого чая зельевара.
Жизнь, казалось, шла по инерции. Надо было учиться – и Гарри учился. Надо было вести занятия ОД – и Гарри объяснял все новые заклинания и тренировал Джеймса. Он как-то услышал, как Симус спрашивал кого-то, всегда ли Гарри вел занятия в таком бешеном темпе или только в этот раз так озверел.
В этот раз. Гарри хотелось тренироваться до потери пульса так, чтобы не оставалось сил ни на какие чувства и эмоции никаких чувств и эмоций, кроме безмерной усталости, но ничего не получалось. Всякий раз, упав в кресло в гостиной, он глядел на огонь и вспоминал Снейпа, его прикосновения, вкус его губ, запах травяного шампуня, татуировку на груди, которой зельевар почему-то стыдился, иначе почему бы он прятал ее всякий раз?
Иногда он ловил на себе задумчивый взгляд Рона, но ему уже было все равно.
Он был противен Снейпу, и вся жизнь потеряла смысл.
Раньше была надежда. Теперь Гарри знал точно, что испытывает к нему Снейп.
***
Рождественские каникулы. Гриммаулд Плейс 12. Ремус Люпин сидит напротив, меланхолично разглядывает большую бутыль с серебристой полупрозрачной жидкостью, тем самым восстанавливающим зельем для Сириуса. Гарри узнал, что Снейп соединил два рецепта: ментальное зелье Portus Animo и одно из физических восстанавливающих Vis Initiо*, и на их основе создал зелье, восстанавливающее и психику, и физическое состояние, а в случае Сириуса глаза и голос.
После всплеска эмоций, приведшего к тому, что Сириус перебил в доме почти всю посуду, наступил период апатии, когда крестный сидел целыми днями на одном месте, не двигаясь, ничего не говоря и глядя в одну точку. Гарри как раз застал этот период тогда, когда в первый день Рождественских каникул вывалился из камина в гостиной с бутылкой этого зелья в руках, как подвыпивший Санта Клаус.
Зелье следовало пить три раза в день, и следить за этим приходилось Люпину. Два дня Сириус безропотно пил приготовленную Снейпом бурду,… то есть зелье. А на третий день взбунтовался. Гарри в самом деле не ожидал, что восстанавливающее зелье так положительно подействует на психику. Да еще так быстро. Сириус оживал прямо на глазах. Правда, теперь каждый раз, когда Люпин приходил к Сириусу с очередной порцией зелья, по дому разносились возмущенные вопли. Они давали всем возможность понять, что Сириус думает о Снейпе, что Ремус и Гарри сговорились с вышеупомянутым Снейпом, и что все вместе решили его отравить. Порой вопли из комнаты Сириуса перекрывали даже крики Вальпургии Блэк…
Джеймс устроился на полу у камина и пытался расковырять какой-то артефакт в виде флакона. Он был из мутного стекла в серебряной оплетке. Джеймс нашел его где-то на чердаке этого дома, и Гарри поначалу пытался отобрать этот артефакт, опасаясь, что он проклят в духе Блэков. Джеймсу удалось настоять на своем, а потом и Люпин подтвердил, что это просто некачественно заколдованный думосброс. Джеймс теперь пытался разобраться в принципе его работы и починить. Гарри полагал, что это вполне реально: смог же Джеймс разобраться с Меткой. Люпин наоборот относился к этой идее скептически, и они с Гарри даже поспорили на два галеона.
Сириус сейчас спал у себя в комнате, поэтому в гостиной было светло. Гарри с тоской глядел в камин. Снейп без вопросов отпустил на Гриммаулд Плейс Джеймса, но сам сюда не пошёл, а сказал, что очень занят. Это могло быть правдой: на днях Снейп выглядел взволнованным.
Вот только Гарри старался внушить себе, что это его не волнует.
Наверное, именно поэтому он вздрогнул, когда огонь в камине стал зеленым, и из него вышел Снейп.
Люпин поднял голову и дружелюбно кивнул. Джеймс, занятый своим делом, не обратил на отца ни малейшего внимания.
А Гарри не мог отвести от него взгляда. В черных глазах Снейпа плескалось беспокойство и еще что-то, во что Гарри категорически не верил, после того вечера у дверей зельевара.
- Добрый вечер, - кивнул Снейп Люпину. «Наверное, он в хорошем настроении,- подумал Гарри.- Это для него не свойственно».
А потом Снейп подошел ближе.
- Поттер, ты в порядке? – Гарри почувствовал теплую руку на своем плече, и это вывело его из какого-то подобия транса, в который он впал.
- Да, - сил хватило на то, чтобы скинуть руку, подняться и направиться к лестнице, не обращая внимания на странную тревогу, обиду, тоску, беспокойство и сотни других чувств, затопивших его сознание.
Похоже, его поведение и на самом деле было странным. По крайней мере, Люпин пришел к Гарри через десять минут.
- Что у вас происходит? – он посмотрел на Гарри с беспокойством. Парень вздохнул.
- Ничего…
- Ты думаешь, я слепой? – Люпин улыбнулся одними губами. Гарри откинулся на подушку.
- Он меня не любит… - выдохнул он. Если можно было сказать это кому-то, то только Люпину.
Оборотень обнял Гарри за плечи, заставив вспомнить другие руки, белые, но такие же теплые…
- Почему ты так думаешь?
- Он испытывает ко мне отвращение. Я знаю. Я… чувствовал это. Он подарил мне на день рождения артефакт, который помогает ощущать эмоции… - Гарри на секунду замолчал, пронзенный догадкой. – А может, он и подарил мне его затем, чтобы я сам понял? Чтобы я не трогал его? Но почему тогда он… все это делал? Ведь ему должно было быть противно…
- Подожди, - остановил его Люпин. Гарри послушно замолчал, тем более что он сейчас готов был просто разреветься. – Ты хочешь сказать, что чувствуешь его эмоции? Он подарил тебе легилиментарный артефакт?
- А? – Гарри оторвался от плеча Люпина – его рубашка уже была влажной, и недоуменно посмотрел на него. Оборотень усмехнулся.
- Легили… это от слова «легилименция», да?
Люпин кивнул.
- Я так понимаю, Снейп не рассказывал тебе о нем?
- Он вообще о нем не говорил. Может, думал, что я сам догадаюсь, может… думал, что я почувствую отвращение и решу, что это мои чувства… - Гарри снова начал строить мазохистские предположения.
Люпин только покачал головой, прижимая Гарри к себе.
_________________________
* Vis Initiо - «сила начала»(лат.)


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 19:37 | Сообщение # 32
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
***
Зелье было готово на третий день рождественских каникул.
Я хотел увидеть Поттера. Снова увидеть, не испытывая к нему отвращения. Спросить, наконец, что случилось, потому что он уже больше месяца ходил сам не свой.
Я отлично знал, где можно его найти – эти каникулы он проводил на Гриммаулд Плейс. Люпин приглашал и меня, но я не мог оставить зелье на последней стадии приготовления.
Теперь я свободен.
Поттер, казалось, онемел, увидев меня. Не ожидал?
А потом я в очередной раз почувствовал странную боль и тоску, переданную через медальон. Поттер встал и ушел.
- Что происходит? – Джеймс поднял на меня недоуменный взгляд. Я сел в кресло, в котором только что сидел Поттер. Подлокотники, казалось, еще хранили тепло его рук.
- Не знаю, - признался я. Хорошее настроение, редкое явление у меня, пропало бесследно.
- Он уже давно времени такой ходит. Что с ним случилось? – не отставал Джеймс. Похоже, он был уверен, что я причина подобного состояния.
- Понятия не имею, - повторил я, поморщившись. – Я не имею к этому никакого отношения.
Люпин взглянул на меня с сомнением, поднялся и направился за Поттером. Я почувствовал, что хмурюсь.
Странно все это. Раньше Поттер сам лез ко мне, словно ему тут медом намазано. Хм… интересное сравнение. А теперь шарахается от меня, как от прокаженного. И ведь не скажешь, что ему так противны мои прикосновения. Когда я подошел к нему, мне даже показалось, что он еле сдерживается, чтобы не броситься мне на шею. Тогда в чем дело?
Может, в его друзьях, мелькнула мысль. Джеймс Поттер был таким же – он скрывал нашу связь от друзей, а если бы кто-то узнал, он наверняка бросил бы меня, не задумываясь.
Кто знает, может, и Поттер просто решил помириться с Уизли ценой наших отношений,… которых нет.
Я взмахнул палочкой, призывая бутылку вина из кухни и бокал. Наверное, сейчас гораздо лучше было бы огневиски, но напиваться на глазах у собственного сына -… я еще не настолько опустился.
А что еще можно было ожидать от сына Поттера? Не удивлюсь, если вскоре увижу его вместе с младшей Уизли. А после окончания школы они поженятся, и она родит ему троих детей. И остальные Уизли будут заливаться слезами от счастья и заходить к ним на чай…
Что, Мерлин раздери, я несу?
Я смерил взглядом наполовину пустой бокал. Опьянеть я не мог, тем более что у меня врожденная сопротивляемость алкоголю. Вино чистое, без примесей – я готов был поклясться.
И не верю, что поведение Поттера так уж может меня так задеть. Мне ведь все равно, верно?
В конце концов, я переживал и не такое.
Чего стоила одна та выходка его отца с Визжащей Хижиной. Потому что придумал это вовсе не Блэк. Все было подстроено.
Я отлично помню, как Джеймс после того, как вытащил меня оттуда, прижимал меня к себе и улыбался. Он думал, что я не вижу его насмешливой улыбки, но я пришел в себя на удивление быстро, и поэтому увидел все. Он идеально разыгрывал испуг, но не смог скрыть ликование в глазах. Что ему было нужно от меня? Этого я так и не понял.
Может быть, привязать меня к себе Долгом Крови. Кто знает.
Я понял все это почти сразу, как только пришел в себя, оправился от страха. Может, надо было бы послать Поттера с его идиотской шуткой…
А я ни слова не сказал. Простил. Позволил ему повторять раз за разом, что он спас меня.
Джеймс умел дружить и любить. Вот только я не был ни его другом, ни любимым. Я был школьной забавой, средством для снятия напряжения.
- Снейп! – Люпин стоял на лестнице, хмурясь. Я поднял взгляд. – Можно поговорить с тобой наедине?
Я пожал плечами.
- Джеймс, иди к себе.
Как ни странно, протестовать Джеймс не стал. Видимо, понял, что я в еще худшем настроении, чем обычно. Я проводил его взглядом. Люпин спустился и встал рядом с креслом, напряженно разглядывая собственные руки.
- В чем дело? – холодно поинтересовался я. Оборотень поднял голову.
- Что ты чувствуешь к Гарри?
Я сощурил глаза.
- По-моему, тебя это не касается.
- Что за артефакт ты подарил ему?
Я вскинул бровь. Этого только не хватало. Откуда Люпин знает? Впрочем, оборотень даже дожидаться ответа не стал.
- Легилиментарный медальон, верно?
- Поражаюсь твоей интуиции, - процедил я, вновь утыкаясь взглядом в бокал.
- Зачем ты подарил его Гарри?
Я посмотрел на Люпина с плохо скрываемым отвращением.
- Позволь поинтересоваться природой твоего нездорового любопытства.-
Люпин тяжело вздохнул и, наконец, отпустил спинку кресла, обошел его и сел.
- Гарри говорил, что чувствовал твои эмоции. Что ты испытывал к нему отвращение.
Бокал в моей руке хрустнул, вино и кровь полились на мантию, но я не обратил на это внимания. Чувствовал. Он все-таки чувствовал меня. А то, что я испытывал к нему из-за зелья, было настолько сильными эмоциями, что медальон мог передать без малейшего труда… Я идиот.
Неужели Поттер всерьез думает, что он мне противен? Я и предположить не мог…
Люпин бормотал какие-то заклинания, залечивая мою ладонь и очищая мантию. Я не шевелился. Я все силы тратил на то, чтобы Поттер остался в блаженном неведении, а он узнал обо всем этом без моей помощи, да еще и в очередной раз неправильно все истолковал.
Интересно, способен он хоть когда-нибудь сделать правильные выводы?
- Снейп…
- Иди в… в общем, знаешь куда, Люпин, - почти благожелательно произнес я, резко вставая. Черт с ним, с этим Поттером. Переживет и забудет. А я уже привык к одиночеству…
Может быть, если бы я оглянулся и увидел лицо Люпина, то понял бы, что последние слова произнес вслух.
***
Не знаю, где Блэк прятал огневиски, но в этом доме оно точно было, понял я, глядя на Поттера, державшегося за косяк моей двери. Поттер явно хотел что-то сказать, но не мог собраться с мыслями. Что и неудивительно. Нет, конечно, Поттер был достаточно пьян, чтобы иметь трудности с произношением даже самых простых слов, но и в обычном состоянии он не блистал красноречием. Сейчас же для того, чтобы сформулировать свою мысль, ему потребовалось очень много времени.
Открыл рот. Кажется, наконец придумал, что сказать. Ладно, послушаю.
А потом можно и самому огневиски поискать.
- Я вам-м противен, д-да?
Надо же, и язык почти не заплетается.
- Нет, - спокойно ответил я. А что я еще мог сказать? Признаться в горячей любви?
- Врете, - констатировал Поттер и развернулся ко мне спиной. Точнее, попробовал развернуться. К моей комнате он, очевидно, дошел, держась за стенку. Во всяком случае, выпустив косяк, он пошатнулся и чуть не упал. Чуть – только благодаря тому, что я вовремя обхватил его за талию. Поттер махнул рукой.
- П-пустите, противно же…
Я не стал уточнять, кому должно быть противно мне или ему. Во всяком случае, он вцепился в мои руки так, как жаждущий в пустыне хватается за стакан воды. Я вздохнул и провел его в комнату – не бросать же это чудо на пороге, в самом деле.
Поттер то пытался прижаться ко мне, то вырывался. Первое у него получалось лучше, наверное, потому, что сам я не возражал.
- Пустите… - еще раз выдохнул он и дернулся. Моя рука соскользнула, и я почувствовал, что он возбужден.
- Поттер, замолчи. Ты все не так понял.
- Я чувствовал…
- Драко подлил мне отвращающее зелье.
- Врешь… - он прикусил губу. Я опустился вместе с ним на кровать, крепко держа его за плечи.
- Поттер, не говори глупостей. Ты же сам знаешь…
- Не зн-наю, - отрезал он. Я тяжело вздохнул. Что бы я не говорил, я все-таки хочу его… и не желаю его терять.
Я скользнул рукой к его паху - Поттер всхлипнул и дернул бедрами мне навстречу.
- И почему тогда, по-твоему, я это делаю?
- Не знаю… ох-х… - он снова двинул бедрами. Я охотно нажал ладонью.
- Я не испытываю к тебе отвращения, - я дотронулся губами до его уха, не убирая руку. В конце концов, дальше того, что у нас уже было, я заходить не собирался. Для Поттера этого будет достаточно, чтобы поверить мне, а для меня… достаточно, чтобы не счесть себя извращенцем. Или не напороться на неприятности.
Поттер вдруг резко оттолкнул мою руку и потянулся к молнии на джинсах. Я ждал, но он вдруг остановился.
- А… ты не врешь?
Все-таки алкоголь оказывает на подростков отвратительное действие. Я скривил губы и снял с него очки.
- Нет, Поттер. Тебе помочь? – я дотронулся до его ладони. Он убрал руку, расширенными глазами наблюдая, как я расстегиваю молнию. Приподнял таз, когда я снимал с него брюки. Я заметил, как он испуганно моргает.
- Все в порядке? – на всякий случай спросил я, хотя и сам прекрасно понимал, чего он боится. Впервые я выступал в роли инициатора, как ни странно это было для меня.
- Да… - он попробовал поправить трусы. Я снисходительно улыбнулся.
- Ложись, - попросил я, нажимая ему на плечо. Поттер странно вздохнул.
- Как?
- На спину, - терпеливо ответил я, прикидывая, есть ли у меня отрезвляющее зелье. Я догадывался, кто напоил Поттера, по крайней мере, предоставил ему возможность напиться, и готов был убить Люпина.
Поттер лег с таким мученическим видом, будто я его собрался пытать. Я лег рядом с ним.
- Ты все еще мне не веришь? – я осторожно лизнул его за ухом, Поттер зажмурился от наслаждения. Я невольно усмехнулся. – Интересно, почему? Я так часто тебя обманывал?
- Не-ет… - выдохнул Поттер. – А это будет так же больно?
Я замер, затем приподнялся и нахмурился.
- Поттер, того, о чем ты подумал, не будет, - строго проговорил я. Читать мораль лежащему подо мной полуголому, пьяному, возбужденному подростку было, мягко говоря, верхом абсурда.
У Поттера задрожали губы. Я поднялся с кровати.
- Подожди меня здесь, - приказал я. – Я вернусь через пять минут.
Он не ответил, только отвернулся. В любом случае далеко он не уйдет.
В гостиной было пусто. Я переместился по каминной сети в Хогвартс и зашёл в кабинет. Отрезвляющее зелье стояло на полке в достаточном количестве, чтобы можно было пожертвовать один флакон на Поттера. Скользнув взглядом по шкафу, я потянулся за расслабляющей мазью. Не то, чтобы я собирался пойти на поводу у Поттера,… просто вдруг все же… к тому же, он и не узнает, если ничего не случится…
Баночка была тяжелой и холодной. Я прикусил губу. Несмотря на то, что я находился далеко от Поттера, возбуждение не спадало.
***
Все было мутным и невнятным. В глазах двоилось, земля под ногами норовила уйти куда-то вбок. Гарри горько вздохнул и снова лег на кровать. Рука сама потянулась к паху.
Пожалуй, Гарри готов был поверить, что он не противен Снейпу. Тем более что медальон не передавал никаких признаков негативных эмоций, разве что легкое раздражение. Вот только куда он ушел?
Гарри запустил руку в трусы и выгнулся, представляя, что это Снейп ласкает его член. Из груди вырвался тихий стон. Скрипнула дверь.
- Поттер, к твоему сведению, дверь не заперта, - голос Снейпа был недовольным. Гарри поднял взгляд и виновато улыбнулся. Снейп тоже тяжело дышал, а значит, по какой-то логике, доступной только пьяным, все же хотел Гарри.
- З-запри, - пробормотал он, раздвигая ноги в коленях и пытаясь приспустить трусы. Снейп непроизвольно облизнул губы, отвернулся и вытащил из кармана какой-то пузырек с мутно-белой, полупрозрачной жидкостью.
- Выпей, Поттер.
Гарри нахмурился. Несмотря на свое состояние, он точно помнил, что пить неизвестно что опасно и чревато неприятными последствиями.
- Не хочу.
Снейп вздохнул и подошел ближе. Гарри уловил сладковатый запах жидкости.
- Выпей. Гарри, давай, - свободной рукой Снейп обхватил его за плечи, приподнимая. Гарри улыбнулся: то, что Снейп назвал его по имени, было очень приятно.
Жидкость оказалась действительно сладкой до отвратительности. Но у Снейпа была просто железная хватка. Он отпустил Гарри только тогда, когда пузырек опустел. Странно, в голове прояснилось. Гарри неожиданно испытал стыд от своего возбужденного состояния. Однако Снейп смотрел на него так…
Гарри почувствовал нежное прикосновение пальцев к затылку: Снейп… Северус бережно перебирал его волосы.
- Пришел в себя? – насмешливо поинтересовался он. – Это было отрезвляющее зелье. Не соизволишь объяснить мне, почему ты так напился?
Гарри мотнул головой. Он отлично помнил, что Люпин притащил ему огневиски, а потом еще и подзуживал пойти к Северусу и разобраться, но зельевару об этом знать было незачем. Гарри сам потом выскажет Ремусу все, что о нем думает.
А сейчас Гарри был ещё достаточно возбужден, чтобы позволить себе глупые поступки. Тем более что он был в постели Снейпа.
Гарри осторожно обнял мужчину, потянулся к нему губами. Снейп ответил, причем достаточно охотно. Гарри почувствовал вкус вина.
- А ты тоже пил, - пробормотал он, отрываясь от мужчины. Снейп ухмыльнулся.
- Я не напивался до такого свинского состояния, как ты, Поттер.
Гарри уткнулся носом в шею Снейпа, чтобы скрыть разочарование в глазах. Опять «Поттер».
Однако все неприятные мысли тотчас исчезли, как только Гарри почувствовал одуряющий запах тела Снейпа. Гарри повернул голову и обнаружил на ключице маленькую родинку. Улыбнулся. Она составляла удивительный контраст с бледной кожей Снейпа. Гарри осторожно прикоснулся к ней губами и ненадолго замер, ожидая реакции. Снейп напрягся и осторожно провел ладонью по спине Гарри, словно позволяя продолжать.
Рождество – время чудес, мелькнула мысль у Гарри, когда он осторожно, но настойчиво потянулся к застежкам мантии Снейпа. Было некомфортно сидеть почти голому рядом с полностью одетым мужчиной, и Гарри собирался исправить это.
- Поттер, что ты творишь? – почти довольно проворчал Снейп. Гарри только прижался к нему сильнее, напористо просунув бедро между ног Снейпа. Тот судорожно вздохнул.
- Поттер, у меня такое ощущение, что ты все еще пьян…
- Тебе не нравится? – Гарри чуть отстранился, Снейп бросил на него раздраженный взгляд: Гарри все еще чувствовал возбуждение мужчины.
- Не задавай глупых вопросов. Просто… - Гарри прервал речь мужчины простым способом: нажав коленом на выпуклость в паху. Снейп задохнулся, прикусил губу и вцепился в плечи Гарри.
Казалось, что все, что происходит сейчас, это очередной эротический сон. Потому что за последний месяц Гарри успел поверить в то, что противен Снейпу, что больше никогда не будет всего этого: поцелуев, прикосновений. А теперь Снейп позволяет ему вести и выгибается от наслаждения в его руках.… Как такое вообще может быть?
Видимо, может.
Гарри спустил мантию с плеч Снейпа. Тот чуть отстранился, снял ее и положил на стул.
- Поттер, ничего больше…
Гарри вздрогнул, как от удара, и отодвинулся. Снейп непонимающе посмотрел на него.
- Тебе что-то не нравится?
- Мне все не нравится! – Гарри от обиды прикусил губу. Снейп что, считает его озабоченным подростком со спермотоксикозом? - Подрочить я и сам в ванной могу! А ты… - Снейп смотрел на него спокойно. – А мне серьезные отношения нужны.
Вот. Он сказал это. Практически признание в любви…
Снейп не пошевелился, только посмотрел как-то странно. Гарри отвернулся и потянулся за штанами.
- Поттер… подожди, - голос Снейпа был глухим и казался абсолютно незнакомым. Гарри замер и обернулся.
Снейп смотрел на него мрачно, как-то безнадежно и невероятно пристально, словно пытался увидеть что-то, чего не замечал раньше. Левая рука теребила ткань простыни.
- Я… Хорошо, Поттер, - Снейп произнес это так обыденно, что Гарри поначалу даже не понял, что он говорит.
- Что?
- Если хочешь, - Снейп заговорил так бесстрастно, что Гарри сразу понял: он невероятно взволнован. – Если ты так хочешь, я готов.
- Я не заставляю… - попробовал перебить Снейпа Гарри, но тот сердито сверкнул глазами.
- Не пытайся казаться глупее, чем ты есть, Поттер. Ты отлично знаешь причины, по которым я старался избежать этого.
Гарри хмыкнул. Если это то, что Гарри все еще его ученик и брат его сына, то тогда да, знает.
- Только одно условие, Поттер, - Снейп отпустил измятую простыню и поднялся. – Я – только снизу.
Гарри уже хотел возразить, но когда Снейп подошел ближе и неожиданно страстно впился губами в его шею. Гарри выгнулся. Прикосновение к обнаженной коже рубашки Снейпа было неприятным, и Гарри потянулся к пуговицам. В вырезе воротника показался верх татуировки, Гарри на секунду остановился, пытаясь разглядеть ее.
Рука Снейпа жестко отстранила его, а потом прекратились и ласки. Мужчина закусил губу и запахнул рубашку.
- Не надо.
- Но…
- Нет, Гарри, - мягко произнес Снейп, застегивая пуговицу.
Гарри прикрыл глаза, наслаждаясь таким редким звуком, звуком своего имени из уст Снейпа. Северуса. Неправильно называть по фамилии человека, с которым собираешься заняться любовью. Было что-то невыразимо интимное в том, чтобы звать его, пусть даже про себя, по имени.
Гарри вновь собрался оспорить решение Северуса, но выяснилось, что пока он стоял, закрыв глаза, и размышлял, мужчина успел снять брюки.
Кровь, похоже, отлила от мозга и устремилась в другое место – по крайней мере, все мысли разбежались, а Гарри отчетливо почувствовал напряжение в том самом вышеуказанном месте.
От созерцания удивительно стройных ног и кусочка трусов, выглядывающих из-под рубашки, его оторвало прикосновение Северуса, который тянул Гарри к кровати.
Поцелуи, прикосновения, горячее тело под ним, руки под рубашкой мужчины – Северус позволил это Гарри. А потом, когда в паху уже нестерпимо ломило, Северус чуть отстранил его и потянулся за палочкой.
- Accio, мазь! – тихо проговорил он, и Гарри готов был поручиться, что его партнер покраснел, когда маленькая баночка выскользнула из кармана чёрной мантии. Неужели Северус готовился к этому заранее?
Гарри поймал баночку раньше Северуса: сработал инстинкт ловца. Она оказалась тяжелой. Внутри была прозрачная мазь с травяным запахом, присущим Северусу. Гарри невольно улыбнулся, но улыбка тут же исчезла с его лица. А чего ждет от него Северус?
- Я,… у меня в первый раз… - Гарри поднял глаза. Снейп позволил себе положить руку на его колено.
- Я знаю, - его тон был успокаивающим. Он снова провел палочкой, теперь над собой, над животом, и произнес длинное, неизвестное Гарри заклинание. Парень интуитивно догадался, что это может быть.
- Это… чтобы не забеременеть?
- Противозачаточное, - кивнул Северус, откладывая палочку на стул, стоящий рядом с кроватью. – Иди сюда.
Вновь нежные ласки, теперь уже неторопливые, успокаивающие. Гарри сам не заметил, в какой момент Северус добрался до его трусов, разрушая последнюю преграду.
- А ты рубашку снимать не будешь? – осторожно поинтересовался Гарри. Мужчина только отрицательно качнул головой, приглашающее раздвигая ноги.
А потом было то, что когда-то казалось Гарри недостижимой мечтой.
Тихие стоны Снейпа, ласковый шепот, направляющие руки. Жаркое внутри, податливое тело. Прикушенные от наслаждения губы и на удивление нежные поцелуи.
И невероятно яркий – Гарри и не знал, что так бывает – оргазм…
Северус кончил буквально через две минуты после него, бормоча что-то невнятное. Гарри только показалось, что он услышал свою фамилию.
А потом Северус притянул Гарри к себе, обняв его за плечи. Шевелиться не хотелось, и Гарри просто лежал, впитывая тепло Северуса.
Он сам не знал, сколько времени прошло, пока сквозь дремоту не почувствовал, как Северус зашевелился.
- Гарри? – негромко позвал он.
Двигаться не хотелось.
Северус осторожно высвободил руку, на которой лежала голова Гарри, сел на кровати, а потом нагнулся и бережно прикоснулся губами ко лбу Гарри.
- Ты все-таки совсем другой, - пробормотал Северус, словно про себя. Кровать скрипнула – видимо, мужчина встал. Закрылась дверь ванной.
Гарри открыл глаза, тупо глядя в потолок.
Все очарование момента смело подчистую, словно это был очередной сон.
В груди что-то горело огнем и хотелось кричать.
В ванной комнате шумела вода. Гарри медленно поднялся, оглянулся в поисках трусов, не нашел и натянул брюки прямо на голое тело. Все равно.
Хотелось уйти, хлопнув дверью, но это было глупо. Он знал, на что идет. Знал, что Северус любит только одного человека, не смотря на то, что тот давно мертв.
А Гарри – чем не замена? Тем более что он так похож…
Хотя все-таки «совсем другой».
Поэтому Гарри вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь, и на несколько минут замер, глядя перед собой безжизненным взглядом. Его не беспокоило, что кто-то мог увидеть его тут. Да и кто это мог быть? Люпин? Он и так догадывается, чем закончилась сегодняшняя встреча Гарри и Снейпа. Сириус? Он не выходит из комнаты. Джеймс?
А какая разница?
Вот только Снейп мог выйти из ванной и не найти Гарри.
До комнаты надо было пройти всего полкоридора, хотя Гарри в этот раз показалось, что он шел целую вечность.
Открыть дверь. Войти. Закрыть, можно даже не запирать, все равно… Раздеться, забраться под одеяло – вдруг станет теплее?
И тихо-тихо, чтобы никто не услышал, заскулить, уткнувшись носом в подушку.


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 19:38 | Сообщение # 33
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
Глава 11

За окном, словно насмехаясь, светило солнце. Гарри отвернулся к стене, засунул голову под подушку. Не помогло.
На то, чтобы успокоиться и внушить себе, что истерику закатывать не стоит, ушло три часа. За это время Гарри не успел решить только один вопрос: как быть со Снейпом. С одной стороны, Гарри, наконец-то, дорвался до того, о чем грезил, уже Мерлин знает, сколько времени, а с другой – как же это оказалось больно…
Гарри почти ничего не знал об отношениях своего отца и Снейпа. Но отчего-то у него была непоколебимая уверенность в том, что в этих отношениях Снейп всегда выполнял пассивную роль, как сегодня с Гарри. Это могло означать только одно…
Не думать, не думать об этом, стучала отчаянная мысль. Гарри вцепился зубами в уголок подушки, чувствуя, как к глазам подступают злые слезы.
В дверь постучали. Гарри торопливо потянулся к палочке и пробормотал запирающее заклинание. Намек был понят ясно: в дверь никто ломиться не стал.
Гарри отвернулся к стене и закрыл глаза. Ну и что, что всего половина четвертого? После выматывающих слез хотелось спать.
И было невыносимо больно от пустоты рядом.
***
Горячая вода вполне органично вписывалась в умиротворенное настроение.
«Поттер,» – я не могу так быстро отвыкнуть от его фамилии. Вот только за все эти годы я почти перестал ассоциировать эту фамилию с его отцом.
Гарри…
Смешно, как он пытался опротестовать мое решение. Но у меня были свои причины. Я никогда не смогу забыть того вечера в начале прошлого года, когда его насиловали на моих глазах. Я не смогу заставить себя прикоснуться к нему так, напоминая об этом кошмаре.
Гарри.
Больше всего я боялся, что он будет напоминать мне Джеймса, но он был другим. И не только физически, хотя, конечно, Джеймс был гораздо опытнее. Но опыт – то, что придет со временем. Теперь можно признать, что я надеюсь на это. Просто именно от Джеймса я хотел когда-то услышать эти слова: «Мне серьезные отношения нужны».
Но то, что я услышал их от Поттера, от Гарри, снова поправил я себя, отчего-то порадовало меня еще больше.
Если бы я умел быть счастливым, я бы сказал, что счастлив сейчас.
«Я влюблен», – наконец признал я. Я пытался избегать этого, как только мог. Я отрицал возникшие чувства, старался не подпускать к себе Поттера, списывал все на похоть… Но где-то в глубине души я все равно понимал, что влюблен в него.
Если бы я только не знал, к какой боли приводит любовь, может, я был бы рад. Но я знаю, что боль и любовь – две части единого целого. Они уравновешивают друг друга.
Только вот почему-то не хочется говорить об этом Потт… Гарри.
Гарри. Я никогда до этого не произносил это имя даже про себя, никогда до тех пор, пока не влюбился, как последний дурак. Но что делать?
Ничего уже не сделаешь. Поттер упрям как баран, и даже если бы я решил в очередной раз отстраниться, хоть я знаю, что у меня вряд ли хватит сил, он не отступился бы.
Я выключил воду, вытерся и набросил на себя большое полотенце: рубашка была грязная, а демонстрировать эту проклятую татуировку я не хотел. Мысль о том, что меня ждет Поттер, пусть даже спящий, грела...
Кровать была пуста.
Я недоверчиво огляделся. Трусы Поттера торчат из-под кровати, футболка висит на стуле. Он что, голышом куда-то ушел?
Брюк нет. Уже радует, значит, не все мозги отшибло….
Я опустился на кровать, невольно выпуская из рук полотенце. Змея насмешливо свернулась кольцом, всем своим видом выражая презрение.
За окном светило солнце.
Я устало откинулся на подушку и натянул на себя одеяло.
«Серьезные отношения» значит.
Было холодно и пусто.
***
Остаток дня Гарри потратил на принятие окончательного и обоснованного решения о том, как ему вести себя со Снейпом. Необоснованные варианты были: например, можно было относиться к нему как раньше. Или наоборот, перейти на более близкий уровень отношений, после того, что произошло, это было бы, наверное, естественно. Можно было обидеться и демонстративно игнорировать его, но тут Гарри останавливало то, что со Снейпом этот номер не прошел бы.
Так что поздним вечером, когда Гарри проголодался и решил спуститься в гостиную, его раздирали местами противоречивые, но по большей части весьма агрессивные пожелания в адрес окружающих, а именно Снейпа и Люпина, который, как вспомнил Гарри, и подтолкнул его к нынешним проблемам.
Впрочем, Снейпа ни в гостиной, ни в кухне не оказалось, что не могло не радовать… или могло?
Люпин листал очередную книгу, на этот раз, похоже, просто кулинарную. Гарри бросил на оборотня злой взгляд, но отношения выяснять не стал: напротив сидел Джеймс, повторяя уже изученные чары и отрабатывая новые. Гарри вздохнул: Джеймс обладал невероятной обучаемостью, эти чары Гарри проходил только в конце третьего курса.
Когда Гарри сел за стол, Джеймс поднял на него изучающий взгляд. Гарри невольно поежился, представив себе, что брат сейчас начнет выспрашивать у него о том, почему Гарри такой мрачный…
- Северус ушел в Хогвартс, у него дела. Вернется завтра, может быть, сегодня вечером, - сообщил Джеймс, все так же сверля Гарри пристальным взглядом, и снова взмахнул палочкой, стараясь перекрасить лежащий перед ним лист пергамента в зеленый цвет.
Гарри кивнул. Странно: Снейп сам просил Джеймса сказать Гарри об этом, или это инициатива его брата. Если первое, тогда чем руководствовался Снейп и что хотел? Если второе… Джеймс никогда не отчитывался перед Гарри в действиях Снейпа, почему тогда…
Ох, черт!
Снейп, кажется, не наложил на комнату Заглушающие чары, а сам Гарри был не в том состоянии, чтобы заботиться об этом…
Гарри покосился на Джеймса, безмятежно рассматривающего результат своей деятельности, светло - салатовый пергамент, на Люпина, делающего вид, что он увлечен чтением кулинарных рецептов. Мелькнула пугающая мысль: «А что, если слышал Сириус?» Хотя вряд ли: комната Сириуса находилась достаточно далеко от гостевых комнат.
Правда, это не утешало. Для того чтобы сгореть со стыда, Гарри было достаточно и Джеймса с Люпином.
Еще один яростный взгляд на оборотня. Люпин осторожно приподнял голову, поймал взгляд Гарри и потупился. Гарри фыркнул и поднялся: ужинать расхотелось. Хотя тарелку Гарри прихватил с собой, справедливо надеясь, что аппетит вернется, как только он останется в одиночестве.
***
- Северус?
Я обернулся. Драко явно не ожидал увидеть меня здесь: после того, как я принял антидот к отвращающему зелью, я сразу ушел, и он явно не думал увидеть меня так скоро.
- Я думал, что ты уйдешь до конца Рождества.
- Я не знал, могу ли оставить тебя одного так, - спокойно ответил я, снова отворачиваясь к огню. Это Люпину я мог не моргнув глазом соврать, что у меня дела в Хогвартсе. Драко знает, что все свои дела я закончил в начале каникул. А я терпеть не могу, когда меня ловят на лжи.
- Я польщен твоей заботой, - фыркнул Драко, осторожно присаживаясь в кресло и искоса поглядывая на меня, не сержусь ли я еще за ту выходку. Но меня сейчас тревожило другое.
Я не понимал, почему Поттер ушел и заперся в своей комнате. Я был уверен, что он останется, что ему захочется какой-то нежности, хоть меня самого это несколько раздражало. Но Поттер был другим: ему, на мой взгляд, не хватало тепла в жизни…
А он ушел.
Здесь могло быть два объяснения: либо я ошибался, либо произошло что-то непредвиденное.
Обычно подобная реакция у него была, когда он обижался на что-то. Но сейчас… Я не знаю, что могло спровоцировать его поведение. То, что я не позволил себе взять его? То, что называл его по фамилии? То, наконец, что сравнил Гарри с его отцом, тем самым сделав ему комплимент, переступив через себя?
Поттер – просто идиот, если не понимает того, что я впервые в жизни забочусь о ком-то постороннем. Забочусь по-настоящему, как я заботился бы о сыне или о… муже.
Дико звучит. И не потому, что я сам мужчина, я даже теоретически не могу предположить, что у меня может быть жена, просто… просто это такой тип отношений, который я никогда не мог себе позволить.
Я потер лоб. Даже о Джеймсе Поттере я никогда не думал так. А вот Гарри…
О нем хотелось заботиться. Хотелось его любить. И это глупое, безрассудное желание выбивало меня из колеи.
Наверное, я хотел этого всегда. Только сейчас, после того, как мы с ним переспали, я, наконец, понял это.
Откуда взялось это глупое, безрассудное чувство? Когда я впервые ощутил его, не понимая еще, что это? Может быть, в тот вечер, когда его насиловали на моих глазах? Когда я впервые не смог отрешиться от происходящего, не смог напомнить себе, что это – Потер, причина всех моих несчастий, то, ради чего Джеймс когда-то бросил меня и моего сына…
Я становлюсь романтическим идиотом.
- Что с тобой будет, если со мной что-то случится? – поинтересовался я у Драко, стараясь отвлечься от мыслей о Поттере. Драко, свернувшийся клубочком в кресле, встрепенулся.
- Если ты будешь жив, то, скорее всего, со мной все будет более или менее в порядке, что бы с тобой ни случилось, – пожал плечами он. – А если умрешь, то проклятие должно найти того, кто первым узнал о нем, чтобы закрепиться снова. В этом случае оно закрепляется само собой. С оборванным проклятием я смогу жить,… ну, полтора-два месяца. Это дольше, чем обычно, потому что ты не приходишься мне моим отцом, и проклятие за время привязки к тебе немного изменилось. Вот только, говорят, все это время мне придется испытывать какие-то неприятные ощущения, чем дальше, тем хуже.
Я кивнул. Отвлечься не получилось. Ведь я же рассказал все о проклятии Поттеру в тот раз, когда он подозревал меня в том, что между мной и Драко что-то есть.
Забавно. Значит, если я умру, Поттеру придется усыновить Драко… да, весьма забавно.
Я вздохнул и встал. На то, чтобы обдумать все это, у меня есть ночь. Утром мне придется вернуться на Гриммаулд Плейс с Антипохмельным зельем: Вытрезвляющее отнюдь не избавляет от последствий опьянения, а только усугубляет их.
***
Гарри мучился похмельем.
Он сам не ожидал, что утром будет так плохо. Ему казалось, что зелье, которое ему дал Снейп, должно избавлять и от похмелья…
За окном шел дождь. Казалось, что капли стучали не по стеклу, а по голове, стремясь пробить мозг.
В дверь постучали, и Гарри вздрогнул. Видеть никого не хотелось, особенно Джеймса: Гарри было бы просто стыдно за свое состояние. Даже говорить было больно, а палочка казалась неподъемной. Гарри смог только спрятать голову под подушку. Дверь оглушительно скрипнула, приоткрываясь.
- Похмелье, Поттер? Что и следовало ожидать, - раздался тихий голос Снейпа. Непривычно тихий. Гарри заскрежетал зубами: он так и не решил, как теперь ему относиться к мужчине.
Впрочем, Снейпу, похоже, было все равно, к какому решению пришел Гарри.
Он осторожно присел на краешек кровати, настойчиво вытащил Гарри из-под подушки и протянул какой-то пузырек.
- Выпей.
Гарри тупо посмотрел на жидкость отвратительно-болотного цвета. Жидкость пахла мятой. Гарри поморщился, но выпил.
Звуки стали тише, дождь теперь не барабанил по мозгам. Зато закружилась голова.
- Это Обезболивающее зелье, - произнес Снейп, доставая еще один пузырек. – После Вытрезвляющего зелья похмелье проходит гораздо тяжелее обычного. Вот это, - он качнул колбочкой с бурой жидкостью, - приведет организм в норму гораздо быстрее.
Гарри безропотно выпил очередное зелье и скривился: оно оказалось неожиданно горьким. Стакан с водой появился кстати: Гарри торопливо выпил воду и только потом понял, что стакан протянул ему Снейп.
- В течение часа лучше посиди здесь и никуда не выходи, - Снейп поднялся. Гарри растерянно взглянул на него. Казалось, что и не было вчерашнего дня.… Почему? Ему не понравилось? Хотя как это вообще могло понравиться, невольно подумал Гарри, ведь у него самого это было в первый раз, он наверняка все делал не так.… Или поведение мужчины – это знак Гарри не подавать вида, что, что что-то было? Может, Снейп просто не хочет продолжения? Гарри торопливо прокрутил в памяти вчерашний день. Говорили ли они о возможном продолжении отношений?
Сам Гарри сказал о «серьезных отношениях», это он точно помнил. Но как понял это Снейп? Что для него «серьезные отношения»? Или он просто решил, что Гарри хочет настоящего, взрослого секса?
Прикусив губу, Гарри вскинул голову, но мужчины уже не было в комнате. Дверь была плотно закрыта. Гарри тихонько застонал, снова опускаясь на постель и утыкаясь носом в подушку.
***
В комнате тихо. Слышно только тяжелое дыхание и скрип кровати. Иногда доносятся негромкие стоны и звуки от соприкосновения обнажённых тел.
Гарри лежит на спине, закрыв от наслаждения глаза, комкая в руках простыню. Он кончает первым, и Северус приподнимается, выпуская его их себя.
- Нравится, Поттер? – тихо шепчет он, укладываясь рядом. Гарри протягивает руку, лениво растирает по ягодицам Северуса свою сперму, вытекающую из его ануса, правой ладонью обхватывает член Северуса. Тот резко подается вперед. Руку Гарри орошает густая белая жидкость.
- Почему ты всегда зовешь меня по фамилии, – спустя несколько минут негромко спрашивает Гарри. – Мне кажется, будто ты представляешь моего отца.
- Неужели ты, наконец-то, научился делать верные выводы? – в голосе Северуса слышна насмешка. Гарри вдруг становится холодно и очень страшно.
- Ты ведь знаешь, что я люблю его, и знаешь, как ты на него похож. Или ты и в самом деле думал, что меня может привлечь глупый неумелый мальчишка?
Гарри отворачивается, на глаза накатывают слезы.
- Я не хочу так, - бормочет он, словно можно еще что-то изменить. Раздаётся скрип кровати: Северус поднимается.
- Твое право. Ты должен был понимать, на каких условиях я позволяю тебе спать со мной.
Он накидывает мантию. Гарри не верит своим ушам. И только когда Северус захлопывает за собой дверь, он отчаянно шепчет:
- Нет… Нет-нет-нет-нет-нет!
Мир распадается на множество маленьких бесполезных осколков, которые уже не собрать обратно. Потому что без Северуса Гарри – ничто, а он уже не вернется, ведь там, за дверь, пустота, откуда нет возврата. И Гарри сам оттолкнул его, сам подписал себе смертный приговор. Северус – это солнце, воздух, глоток воды в пустыне, то, без чего нельзя жить, можно только умирать.
Гарри трясет, на плечах появляются синяки, но он продолжает кричать, глядя на дверь, хотя знает, что Северус не вернется.
Щеку вдруг обжигает огнём. Гарри пытается поднять руки, оттолкнуть от себя боль. Еще одна пощечина. Гарри вздрагивает и вдруг открывает глаза.
Над ним склонился Северус с занесенной для очередного удара рукой.
- Проснулся? – в этот раз рука легла на щеку почти нежно, ладонь прошлась от скулы до подбородка, поглаживая. – Ты опять кричал во сне, я не мог иначе тебя разбудить.
Гарри молча глядит на Северуса. Сон. Это был сон. Настолько реалистичный, что Гарри готов был умереть прямо там. Интересно, а что случится, если он умрет во сне?
Кровать скрипнула, и Гарри ощутимо вздрогнул. Но Северус всего лишь присел у Гарри в ногах.
- Что тебе снилось?
- Неважно, - пробормотал Гарри.
Он никогда не верил в вещие сны. Но сейчас что-то настойчиво повторяло, что если он скажет о том разговоре Снейпу, то опять потеряет его. В этот раз по-настоящему. Что, если Северус и вправду пользуется Гарри как заменителем? Но лучше так, чем совсем без него.
- Поттер, если это опять твоя связь с Темным Лордом… - необычайно мягко заговорил Снейп, - Ты должен понимать, что это…
- Опасно? – раздраженно перебил его Гарри. - Знаю. Только не надо разговаривать со мной как с тяжелобольным.
- И не подумаю, - Снейп резко фыркнул, и Гарри даже немного пожалел, что из голоса Северуса исчезла та мягкость. – Я хотел сказать, что увиденное тобой может оказаться важной информацией для Ордена. И запомни, Поттер, твоя связь с Лордом не болезнь. Если ты разовьешь некоторые навыки, это даже может оказаться преимуществом.
Гарри виновато кивнул: он не хотел срываться.
- Мне просто приснился кошмар, - вздохнул он. - Не связанный с Волдемортом. Просто…
Снейп странно взглянул на него, словно хотел что-то сказать, но промолчал. Вместо этого он поднялся…
Гарри, сам того не желая, вцепился в него.
- Не уходи… - пробормотал он. Снейп негромко фыркнул и высвободил мантию из пальцев Гарри. А потом вдруг взмахнул палочкой, призывая к кровати стул.
Гарри уткнулся в подушку, слушая шорох мантии усаживающегося рядом Северуса. Вообще-то он имел в виду другое, но если Северус не хочет…
Ненавидя себя за слабость, он осторожно взял Северуса за руку, ожидая, что зельевар оттолкнет его. Но нет: Северус только негромко хмыкнул и расположил руку удобнее. Гарри почувствовал осторожное прикосновение к волосам, закрыл глаза от наслаждения.
Он на все был готов, только бы так было всегда.
***
Я сидел у кровати Поттера уже больше получаса. Хотелось спать, но каждый раз, когда мне казалось, что Поттер уснул, и я пытался встать, он поворачивался ко мне и смотрел невыносимо тоскливым взглядом. И я не мог уйти.
Мое терпение закончилось тогда, когда я чуть не свалился, задремав. Я встал, не обращая внимания на Поттера, отодвинул стул к стене и скинул небрежно застегнутую на несколько пуговиц мантию. Под ней у меня была только ночная рубашка. Поттер издал какой-то странный звук.
Я присел на край кровати.
- Может, подвинешься? Судя по всему, ты засыпать не собираешься, а я сегодня встал слишком рано, чтобы позволить себе сидеть возле тебя полночи.
Поттер послушно отодвинулся к стене. Я откинул одеяло и лег рядом с ним.
Он был горячий. Сейчас, лежа рядом с ним, я испытывал такое ощущение защищенности, которого не было никогда. Как я вообще мог сравнивать его с Джеймсом? Гарри был совсем другим. Они были непохожи как лед и огонь. Гарри грел, и рядом с ним было уютно. Я вдруг понял, что так было всегда. Только раньше я не понимал этого, что это, и злился, чувствуя себя незащищенным рядом с ним. Я унижал его, стараясь доказать и ему, и себе, что он слабее меня, и что я всегда смогу защититься от него. А оказывается, от него не надо защищаться. Надо просто жить им…
Поттер нервно шевельнулся и, повернувшись ко мне, неуверенно положил руку мне на талию. Я бесшумно фыркнул.
- Тебе так удобно?
Он промычал что-то невнятное и напрягся, словно ожидая, что я оттолкну его. А мне вдруг захотелось тоже обнять его. Я всегда считал такие эти порывы нежности глупостью и редко позволял их себе даже с собственным сыном. Разум подсказывал, что это слабость, что демонстрировать свою привязанность к Поттеру, по меньшей мере, глупо.
Поэтому я просто удобнее повернулся под его рукой. Он пододвинулся ко мне еще ближе. Я закрыл глаза.
Засыпать было приятно.
***
А вот пробуждение меня не порадовало. Разбудил меня Поттер, ворочающийся во сне и что-то бормочущий. По его виску текла капелька пота. Я невольно убрал со лба мокрые волосы.
Шрам не подавал никаких признаков того, что в сознание Поттера пытается вторгнуться Тёмный Лорд. Обычно после таких снов шрам распухал и краснел, я видел это собственными глазами.
Вот только лоб Поттера был неестественно горячим. Да и все симптомы указывали скорее на высокую температуру и горячечный бред. Этого мне только не хватало… Мерлин великий, за что мне это наказание по имени Гарри Поттер?
Часы Поттера, лежащие на столе, показывали пять утра. Поттер что, не мог выбрать более подходящего времени, чтобы разбудить меня? Это риторический вопрос- сам знаю, что не мог…
Перечное зелье вряд ли поможет, против высокой температуры оно практически бесполезно. Значит, надо Жаропонижающее, Общеукрепляющее…
И желательно не разбудить Драко.
***
Поттер! Мне потребовалось ненадолго отлучиться. В мое отсутствие я КАТЕГОРИЧЕСКИ запрещаю тебе вставать с кровати и предпринимать какие-либо другие активные телодвижения. Хочу напомнить, что если тебе станет еще хуже, возиться с тобой придется мне же. В экстраординарном случае можешь позвать Джеймса или Люпина. Надеюсь, что у тебя еще остались зачатки благоразумия. Северус Снейп.
Гарри отметил, что обычное до этого «С. Снейп» превратилось в «Северус Снейп», что не могло не радовать. Остальное же не внушало оптимизма. Предупреждение Снейпа было излишним: на Гарри накатила такая слабость, что даже чтение записки потребовало титанических усилий, а буквы двоились в глазах. Сесть на кровати он не мог: кружилась голова, а еще накатила ужасная апатия, так, что хотелось просто лечь, зарыться в одеяло и уснуть.
Однако сон, как ни странно, не шел. Гарри оставалось только скучать, разглядывая потолок или незатейливый кусок соседнего дома за окном.
Дверь приоткрылась. Гарри с трудом приподнял голову.
- Давно проснулся? – Снейп осторожно прикрыл за собой дверь.
- Только что, - слабо отозвался Гарри, падая обратно на подушку.
- Как себя чувствуешь? – Снейп, судя по его виду, был готов услышать что-то вроде «лучше некуда» или, на худой конец, «нормально» и уже приготовился опровергать эти утверждения.
- Отвратительно, - признался Гарри. Снейп приподнял бровь, выражая, наверное, удивление, и подошел к столу. Скосив глаза, Гарри наблюдал, как на столе появляется шеренга флакончиков, колбочек и баночек которые Снейп доставал из карманов мантии. Интересно, свои карманы Снейп специально увеличивает изнутри каким-то заклинанием?
Снейп закатал рукава мантии. Гарри рассеянно скользнул взглядом по запястьям мужчины. Они казались очень хрупкими и вызывали странное чувство нежности в замутненном температурой рассудке Гарри.
Снейп взял со стола одну из баночек, другой рукой стянул с Гарри одеяло.
- Холодно, - попытался возразить парень, стараясь отобрать одеяло, но ничего не вышло: здоровый Снейп бы явно сильнее.
- Жаропонижающее зелье оказывает лучший эффект в сочетании с использованием его концентрата снаружи.
- Я не разбираюсь в зельях, - честно признался Гарри. Снейп вздохнул.
- Судя по всему, ты еще и английский язык плохо понимаешь. Эта мазь, - он сунул Гарри под нос баночку, - концентрат жаропонижающего зелья. Им надо натереть твое тело, тогда температура спадет быстрее.
Гарри вздохнул. Снейп, очевидно, принял это за согласие, потому что помог Гарри перевернуться на спину и снять пижамную рубашку. Гарри пытался прижаться к нему, старясь согреться.
Почему-то Гарри вдруг показалось, что так же могла заботиться о нем его мама, если бы…
Если бы все было хорошо. Если бы не было войны. Если бы не было этого проклятого предсказания.
Руки Снейпа оказались удивительно сильными и надежными. Как спасательный круг для утопающего. Как Патронус в толпе дементоров. Гарри закрыл глаза: было до странности спокойно.
А потом Снейп бережно укутал его в одеяло и влил в него не меньше десятка разных зелий. Ну, может и меньше, но ненамного.
Уже засыпая, Гарри ощутил, как Снейп превращает стул в мягкое кресло и садится в него. Рядом с Гарри.


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 19:43 | Сообщение # 34
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
***
Большой зал, первый учебный день после Рождества. Гермиона выглядела неестественно бодрой, Рон ухитрился уснуть и упасть носом в яичницу. Снейп за преподавательским столом выглядел мрачнее обычного.
Сам Гарри чувствовал себя на редкость отвратительно. Чувствовать на себе непривычно нежный взгляд Снейпа оказалось не только приятно, но и больно. А все потому, что Гарри никак не мог понять, кого видит в нем Снейп – самого Гарри или его отца.
Возможно, проще было бы спросить. Но Гарри отчаянно не желал выставлять себя дураком перед Северусом, а, спроси он это, у зельевара точно сложилось бы о нем такое мнение. К тому же Гарри не хотел признаваться, как это важно для него.
А это было жизненно важно. С тех пор, как Гарри приснился тот самый кошмарный сон, Гарри понял, что пойдет на все, только бы Северус был рядом с ним.
Но все было неясно. Стабильно – да, Северус и не мог быть другим. Но неясно.
Снейп провел те несколько дней до конца рождественских каникул на Гриммаулд Плейс. В основном они с Гарри сидели в библиотеке: делать было нечего, и Гарри выбирал заклинания для занятий с ОД. Снейп помогал ему, иногда улыбался – Гарри никогда до этого не видел его улыбку. Но не было ни слова о том, что произошло между ними. Но в то же время отношения уже не были теми, что раньше, когда они словно боялись приблизиться друг к другу. Что-то изменилось, и Гарри не мог понять, что.
В общем, все было настолько сложно, что Гарри потерял всякую надежду разобраться в этом.
Наверное, из-за своих напряженных раздумий о том, что делать дальше, Гарри и позабыл о Рождестве.
Подарки для друзей – в том числе и Джеймса – были приготовлены заранее. Но о том, что Северуса тоже надо будет поздравить с Рождеством, Гарри тогда не думал.
Он понял это только тогда, когда, разворачивая подарки, обнаружил небольшой деревянный амулет на шнурке, выточенный в форме маленькой, чуть больше фаланги пальца, колбы. Внутри колбы была сухая трава – Гарри определил это, долго разглядывая ее под светом. А к амулету прилагалась записка косым, знакомым почерком. «Артефакт, выявляющий приворотные и отворотные зелья и слабые яды. Также является щитом от приворотных чар. Не может выявить Амортенцию и специально скрытые приворотные зелья. Внутри амулета – безоаровый камень, и травы, аналогично прекращающие действия приворотных зелий. Амулет зачарован так, что его можно расколоть, сильно сжав, но при случайном нажатии он останется цел. Пробовать не советую: амулет одноразового действия, никаким Репаро его не починить»
Тогда Гарри целый день сгорал от стыда, что ничего не подарил Северусу. Хотя сам зельевар, казалось, не обратил на это внимания.
И вот теперь Гарри опять время от времени бросал на Снейпа виноватые взгляды. Снейп не замечал его, с отвращением разглядывая учеников. Ясно было, что одна мысль о начале уроков ввергала его в состояние глубочайшей депрессии.
С обычным шумом в зал влетели совы. Гарри невольно отметил, что почта не вызывала уже того волнения, как пару недель назад. Видимо, все уже свыклись с постоянным напряжением, как бы это ни было дико…
Гарри поймал газету, краем глаза отметил, что Гермионе пришло письмо – она аккуратно отложило его в сторону, тоже взяв вначале Ежедневный Пророк.
Одно массовое нападение в каком-то городке, название которого Гарри ничего не говорило. Два убийства магглорожденных волшебников. Какие-то легкомысленные статьи, на которые Гарри не обратил внимания: больше ничего нет. Только три нападения.
Гермиона рядом сидела неестественно прямая, уставившись в одну из статей невидящим взглядом. Гарри отбросил газету, подозревая худшее, и осторожно потряс подругу за плечо.
- Да? – она словно проснулась. – Знаешь, давай уйдем отсюда… Разбуди Рона, - она взяла письмо и встала. Гарри заметил, что она чуть шатается. Толкнув Рона, он поддержал ее. Гермиона отрешенно кивнула.
Гарри чувствовал на себе сотни чужих взглядов. Они привлекали внимание: до конца завтрака было еще много времени.
- Идем, - повторила Гермиона, хотя в этом не было необходимости. Рон неуклюже выбрался из-за стола и догнал их.
- А что произошло? – недоуменно поинтересовался он. Гарри бросил на него яростный взгляд. Гермиона промолчала.
Только когда они вышли из Большого зала, Гарри заметил, как подозрительно блестят глаза подруги.
Рон, наверное, тоже заметил это. По крайней мере, он явно проснулся и теперь растерянно глядел то на Гермиону, то на Гарри, словно забыв о своей вражде.
Они остановились около класса. Гермиона присела на подоконник и протянула газету. Рон торопливо взял ее.
- На седьмой странице, - бесцветным голосом пояснила она.
Газета и письмо. Только сейчас Гарри понял, что произошло. Закусив губу, он осторожно присел рядом с девушкой, обнимая ее за плечи. Гермиона тяжело вздохнула и дрожащими руками неловко распечатала конверт.
Несколько минут растянулись для Гарри в вечность. Рон уже отложил газету и неуверенно подошел ближе. А Гарри ждал, внимательно следя за лицом Гермионы.
Наконец листок выскользнул из ее рук. Гарри почувствовал, как девушка расслабилась. Из-под закрытых век потекли слезы.
Рон обнял Гермиону, натолкнувшись руками на руки Гарри. Гарри бросил на друга взгляд.
Гермиона тихо плакала в его плечо, вцепившись в ладонь Рона.
Спокойный кивок, словно знак примирения. Словно – или это он и есть?
Гарри осторожно отстранился, наклонился за письмом.
…Мама случайно оказалась в месте нападения… она знала, что происходит, ей почти удалось уйти… случайное проклятие… Круциатус… отправили в вашу больницу Святого Мунго, говорят, что она оправится через пару недель… Не волнуйся. Отец.»
Когда Гарри поднял голову, плечи Гермионы уже не вздрагивали так судорожно. Гарри сложил письмо и засунул его в сумку Гермионе – вряд ли она в таком состоянии помнила об этом.
Класс был открыт. Гарри оглянулся на друзей и зашел, оставляя их одних.
***
После Рождества прошло всего две недели, а Гарри казалось, что не меньше полугода. Казалось, он никогда так не уставал. Даже на пятом курсе. По крайней мере, тогда ему не приходилось два раза в неделю заниматься с группами неорганизованных раздолбаев. Кажется, он начинал понимать преподавательскую систему Снейпа. Может быть, если бы он мог снимать баллы, было бы легче наводить порядок?
Снейп тоже не облегчал жизнь. С зельеварением у Гарри до сих пор были проблемы, и Снейп продолжал назначать отработки с прежней частотой. Отработки проходили по той же схеме, что и в прошлом году: нужно было варить зелье до тех пор, пока не получался верный вариант. Снейп обычно был рядом, занимаясь своими делами, а Гарри в такие моменты испытывал целую бурю разнообразных чувств от ненависти и обиды до безнадежности и тоски.
Еще тяжелее стало, когда Гарри почувствовал, что ему неприятно находиться в Гриффиндорской башне.
Он не знал, отчего это. Оттого ли, что он опасался Джинни и Симуса, или оттого, что не разговаривал с Роном, или просто потому, что привык к тишине подземелий. Но это было так, будто он лишился дома. Теперь все свободное время Гарри просиживал в библиотеке или в Выручай-комнате.
Можно было, конечно, пойти к Северусу. Теоретически. Потому что на практике перед Гарри вставало множество препятствий.
Во-первых, Малфой. Гарри не мог не заметить, что ещё в прошлом году хорек стал относиться к нему,… по крайней мере, нейтрально. Проще говоря, стал избегать конфликтов. Это было на руку Гарри, особенно если учитывать то, что инициатором их столкновений всегда был Малфой. Однако относиться друг к другу лучше они явно не стали, и терпеть слизеринца так близко Гарри не хотел.
Во-вторых… опять Малфой. Гарри отлично знал, что Северуса тоже не устраивает наличие Гарри и Малфоя в непосредственной близости друг от друга. А также при Малфое Снейп и с Гарри вел себя более сухо.
Еще Гарри ожидал неприятностей и со стороны своих однокурсников. Кто-нибудь мог узнать, где пропадает Гарри. Если в прошлом году это можно было объяснить тем, что в комнатах Снейпа жил Джеймс, то в этот раз такое оправдание не годилось. А если, например, Гермиона начнет выяснять, что происходит…
Хотя странно, что до сих пор она не замечает, что Гарри изменился. Или, может, замечает, но просто не обращает внимания? Или, еще хуже, догадалась? Нет, в таком случае она наверняка бы решила поговорить с ним.
Но главной причиной того, что Гарри не решался приходить к Северусу, было то, что он сам до сих пор боялся своих чувств.
Не хотелось показывать этого. И Гарри, оставалось, только молча страдать.
Хотя и на страдания-то времени почти не оставалось.
В среду между последним уроком, трансфигурацией, и очередным выматывающим занятием ОД у Гарри был час, чтобы отдохнуть. Отдыхал он всегда в Выручай-комнате, благо она предоставляла ему все возможности для этого: мягкое кресло и тишину. Гарри не отказался бы и от горячего чая с тостами, но этому препятствовал какой-то закон трансфигурации, о котором ему как-то раз рассказывала Гермиона.
Как всегда, время пролетело слишком быстро. Первой, как обычно, пришла Джинни – Гарри пришлось изобразить бурную деятельность, каллиграфическим почерком выписывая на доске пять разновидностей отталкивающего заклинания, и периодически вежливо отвечать на вопросы о квиддиче. После того матча со Слизерином Гарри категорически запретили полеты, благо они уже не входили в школьную программу, и Джинни в очередной раз пришлось искать нового ловца. Хотя Гарри уже не сожалел об этом, если бы ко всему прочему ему пришлось еще ходить на тренировки, он бы просто не выдержал нагрузки.
Через десять минут пришли Рон с Гермионой. Рон бросил на сестру, а затем на Гарри мрачный взгляд. Гермиона утомленно вздохнула, заметив это. Гарри уже было все равно.
- Сегодня будем тренировать Отталкивающие чары, - сообщил он, указывая на доску. – Сначала пробуйте на манекенах, потом, когда сможете регулировать силу удара, разделитесь по парам.
Гарри никогда не ждал, пока соберутся все, чтобы начать занятие. Учитывая, что Рон и Джинни всегда приходили в числе первых, такой подход значительно разряжал атмосферу.
Деревянный амулет на шее Гарри начал пульсировать. Гарри даже заподозрил, что у Джинни в кармане припрятан очередной пузырек с приворотным зельем. Опять… значит, следует быть аккуратнее.
Еще через десять минут к ним присоединились Невилл, Дин и оба Криви. Гарри, сам успевший поработать с этим заклинанием раньше, наблюдал за ними. У Невилла, как обычно не получалось: манекен от его заклинания лишь слегка покачивался.
- Подожди, ты неправильно делаешь. Сила удара зависит от амплитуды взмаха, так что смелее маши палочкой. Здесь не зельеварение, ничего не взорвется, - Гермиона отвлеклась от своего манекена, объясняя Невиллу его ошибку. Парень кивнул и немного нервно, на взгляд Гарри, взмахнул палочкой. Манекен дернулся так, что от него отлетела голова, ударилась в стену и упала на подушки. Невилл сглотнул.
- Ну.… Если бы это был реальный бой, добивать врага было бы не надо, - хмыкнул Гарри. – Гермиона, можешь встать в пару… с Роном или Дином. Джинни, ты слышала, что Гермиона только что сказала Невиллу? Делай взмахи поменьше.
Джинни, у которой манекен в очередной раз отлетел и ударился о стену, фыркнула.
Выручай-комната постепенно заполнялась людьми. Заклинание, лечащее синяки, которое Гарри показывал на прошлом занятии, оказалось весьма кстати. Следить за теми, кто тренировался в парах, Гарри поручил Гермионе: разорваться пополам он никак не мог.
Джинни все так же возилась с манекеном. Если Невилл взмахивал палочкой слишком коротко, то Джинни никак не могла остановить руку в нужный момент. Гарри тяжело вздохнул и подошел ближе.
- Джинни, делай взмах короче, - Гарри твердо, чтобы ни у кого, в частности у самой Джинни или Рона, не возникло мысли о чем-то личном, обхватил кисть девушки и показал движение. Джинни, казалось, даже не заметила этого. Гарри отпустил ее руку и отступил.
- Поняла?
Джинни выглядела изумленной. Амулет на шее нагрелся. Казалось, что в нем находится маленькое, отчаянно бьющееся сердце.
- Джинни, - окликнул ее Гарри. Она нахмурилась и кивнула.
- Да, ясно.
- Повтори, - терпеливо попросил Гарри, проклиная все на свете за эту пытку.
Джинни рассеянно взмахнула палочкой, явно думая о чем-то своем. Манекен ощутимо дернулся и остался на месте. Гарри устало вздохнул.
- Хорошо. Тогда встань в пару с Луной, и начинайте отрабатывать друг на друге. Не забывайте, что это заклинание пробивает обычное Протего, поэтому лучше использовать Протего Максима, заодно повторите его.
Джинни и Луна послушно отошли в другой конец комнаты, чтобы никого не задеть, а Гарри продолжил наблюдать за немногими оставшимися.
Вскрик Гермионы через несколько минут оказался полной неожиданностью. Гарри резко развернулся и бросился туда, где уже собиралась толпа.
По полу разметались знакомые рыжие волосы. Гарри прикусил губу от злости.
- Она не успела поставить щит. Я, наверное, просто не рассчитала силу удара… - негромко произнесла Полумна, когда Гарри подошел к ней.
- Все в порядке, - Гермиона, стоящая рядом с Джинни на коленях, провела над ней палочкой. – Я не очень хорошо знаю Диагностические чары, но если бы было что-то серьезное, я бы заметила. Надо на всякий случай обратиться к мадам Помфри…
Джинни зашевелилась, открыла глаза и жалобно взглянула в сторону Гарри. Он невольно вздрогнул и в свою очередь страдальчески посмотрел на Гермиону. Девушка незаметно для других кивнула ему.
- Рон, помоги, пожалуйста, - попросила она. – Гарри, ты останься: тебе надо вести занятие.
Гарри попытался сдержать облегченную улыбку. Похоже, это у него не получилось: на него устремились удивленные взгляды.
- Продолжайте, - нахмуриться ему удалось без труда. – Еще десять минут, и начнем раскидывающие чары, а они сложнее.
У манекенов теперь никого не осталось, и Гарри опустился на пол рядом с ними, внимательно наблюдая за отработкой заклинаний. Результаты радовали.
Полумна, оставшаяся без пары, подошла к нему и села рядом. Гарри с некоторым беспокойством покосился на нее.
- Ты в порядке? – немного неуклюже поинтересовался он. Наверное, это звучало глупо, но других слов Гарри не мог найти. Не спрашивать же: «Ты не беспокоишься из-за того, что огрела Джинни заклинанием?»
- Да, - безмятежно ответила Полумна. – Я думаю, Джинни в порядке. Мне показалось, что она специально не удержала щит.
Гарри кивнул. Он и сам предполагал это.
Странно, как изменились в последнее время его взгляды на людей. Когда-то он искренне считал, что все гриффиндорцы прямые, честные и благородные. И только проблемы с Симусом и Джинни заставили его задуматься о том, что это не так.
Впрочем, это естественно. Вне Хогвартса дети же не делятся на четыре четко обозначенные категории. А, попадая сюда, они не становятся другими. А значит, нельзя их мерить по одному факультетскому лекалу.
Ведь взять того же самого Петтигрю, хотя его очень не хотелось вспоминать. Но нельзя считать, что он единственная паршивая овца во всем гриффиндорском стаде. Наверняка были и другие. Может, не такие подлецы, но все же… не слишком хорошие люди. Даже…
Даже Джеймс Поттер.
Снейп всегда говорил Гарри правду об его отце. Другое дело, что сам Гарри не хотел в это верить, заведомо возводя своего отца чуть ли не в ранг святых.
А ведь можно сказать, что Гарри видел своего отца и сам. Вот только неизвестно, остаются ли мертвые такими же, какими они были при жизни, или меняются? Потому что если Джеймс Поттер действительно был таким, каким предстал перед Гарри…
- Мне кажется, ты ее боишься, - негромко сообщила Луна, рисуя палочкой на полу какие-то узоры. Гарри даже вздрогнул: он успел забыть не только о том, что они говорили о Джинни, но и о том, что сейчас занятия с ОД в самом разгаре.
- А что мне еще делать, - вздохнул Гарри. Полумна пожала плечами.
- Не знаю. Я вообще сейчас ее не узнаю.
Гарри кивнул и поднялся. Продолжать разговор не хотелось.
- Переходим к разбрасывающим чарам. Они могут отбросить не одного, а нескольких противников в указанном направлении, но неудобны в гуще схватки, где вы можете попасть в своих. Заклинание то же самое, но изменяется движение палочки…
Сегодня вечером надо все-таки зайти к Северусу. Гарри не сомневался, что профессор сможет ответить на его вопрос об отце.
***
Я с большим удовольствием перечеркнул красными чернилами работу Уизли-младшей и вывел аккуратную «О» на полях. Хотя для Уизли такая отметка была редкостью: она обычно балансировала где-то между «Слабо» и «Удовлетворительно». В моей оценке, конечно, не было ничего личного. Профессия и личная жизнь находились на разных полюсах моей жизни. Даже отношение к Поттеру я не изменил. Почти. Разве что перестал срывать на нем свое раздражение, как это было раньше.
Следующая работа – Криви. Слабо….
В дверь класса постучали. Я оторвался от стопки пергаментов и выпрямился. Спина болела. Это было мой проблемой: мази у меня неплохие, но изогнуться так, чтобы намазать себе спину, я не могу, а идти к Помфри…Бр-р! Нет, лучше я потерплю, спина сама собой пройдет. Рано или поздно.
- Alohomora! – произнес я вместо ответа. За дверью мялся первокурсник. - Я слушаю, - сообщил я, поднимаясь.
- Профессор, вас просит зайти директор, и еще мадам Помфри просит у вас… э-э… - первокурсник развернул бумажку, которую теребил в руках, и прочитал по слогам, – белладонно - папоротниковую эссенцию.
Я приподнял бровь, но от других проявлений удивления воздержался. Странно. Белладонно - папоротниковая эссенция используется для приведения в порядок внутренних органов в случае легкой встряски или профилактики подобных ситуаций. Что могло случиться?
- Можете идти, - процедил я. Первокурсник облегченно вздохнул и умчался. Я вышел за ним и запер класс: готовая эссенция была у меня в личных комнатах как лабораторный образец: ее проходили на седьмом курсе. Одного флакона должно хватить.
Интересно, что нужно от меня Дамблдору...
В больничном крыле было пусто, только кровать в дальнем углу была отгорожена ширмой. Из-за нее доносились знакомые голоса: Уизли-младшая и Грейнджер. Интересно, кто из них пострадал?
В любом случае, ни одну, ни другую видеть мне не хотелось. Можно было оставить флакон с зельем на тумбочке и уйти, но тогда мне целую неделю придется снова слушать недовольное ворчание разобиженной Помфри. Придется подождать.
Я присел на стул возле одной из кроватей и от нечего делать прислушался к голосам за ширмой.
- Послушай, а самой-то тебе не надоело? – в голосе Грейнджер явственно слышалось раздражение. – Мне бы на твоем месте было бы просто стыдно! И перед ним, и перед другими! Ты же сама себя унижаешь, неужели неясно?
- А я люблю его, - на мой взгляд, абсолютно нелогично ответила Уизли.
- Джинни, извини, конечно, но неужели тебе непонятно, что ты ему не нужна?
- А ты это точно знаешь, да? – в голосе Уизли была насмешка.
- Знаю! Джинни, ну присмотрись к нему сама, ты же не слепая! У него же… кто-то есть.
Я напрягся. То, что речь идет о Поттере, это ясно: Уизли только к нему клеится с неприличной инициативой. Интересно, что известно Грейнджер? И откуда ей это известно?
- Кто она? – Уизли, похоже, не понравилась новость. Грейнджер только хмыкнула в ответ. – Впрочем, неважно. Вот увидишь, рано или поздно у меня получится!
- Вряд ли, - мне кажется, или Грейнджер действительно весело? – Знаешь, я думаю, что Гарри,… ну, не интересуется девочками.
Дверь за моей спиной скрипнула, и я поднялся со стула прежде, чем вошла Помфри. Коротко кивнул на ее улыбку и молча протянул пузырек с зельем.
Слова Грейнджер заставили меня задуматься.
Есть два варианта: либо Грейнджер сделала неверные выводы из своих наблюдений за Поттером, что вряд ли возможно. Либо наши с Поттером отношения до такой степени явные.… Хотя все же никто кроме нее и не заметил их. Грейнджер простительно: у нее нездоровая тяга к знаниям и чужой личной жизни, хотя стоит признать, что секреты хранить она умеет. Это редкое качество: до сих пор я не встречал женщин, которые могли удержать важную информацию о чужой личной жизни вдали от публики.
К тому же Грейнджер знает Поттера достаточно хорошо, чтобы, в самом деле, заметить изменения в нем, которые, кстати, у него на лбу написаны…
- Сахарные мышки, - демонстративно поморщившись, сообщил я пароль каменной горгулье. Статуя послушно сдвинулась в сторону, освобождая проход.
Кабинет Дамблдора был открыт: видимо, он ждал меня.
- Здравствуй, мой мальчик, - вздохнул он. – У меня к тебе серьезный разговор.
Я кивнул.
- Судя по всему, неприятные новости. Что-то в Ордене? – я сел в кресло у камина. Дамблдор невесело хмыкнул.
- Нет, Северус. В этот раз наш разговор будет касаться твоей личной жизни.
Мерлин! Этого только не хватало. Я вцепился левой рукой в ручку кресла так, что стало больно.
- Мне казалось, что моя личная жизнь – это мое личное дело, - сухо проговорил я.
- Да, мой мальчик, но не тогда, когда она становится достоянием общественности.
Я медленно повернул голову, глядя на Дамблдора.
- Неужели я пропустил тот счастливый момент, когда в Ежедневном Пророке опубликовали все подробности моей жизни? – несмотря на внешнее спокойствие, я был в бешенстве.
- Успокойся, Северус, - Дамблдор, как обычно, почувствовал мое состояние. – Все гораздо хуже, чем ты думаешь.
Я сердито фыркнул, но промолчал, давая Дамблдору возможность высказаться.
- Я прошу тебя честно ответить на мой вопрос. Поверь, Северус, мне необходимо это знать. Ты действительно состоишь в связи с Гарри?
Я отвернулся к огню. Я не сомневаюсь, что Дамблдору действительно важно это знать. К тому же, это нужно ему только для того, чтобы помочь мне же.
О чем я только думал, когда связывался с Поттером?
- Да.
- И как давно?
- С Рождества, - я ответил честно. В интимной связи с Поттером я действительно состою,… состоял один раз в рождественские каникулы.
- Разумно…
- Я бы так не сказал.
Дамблдор улыбнулся в ответ на мое замечание.
- Дело в том, Северус, что сегодня с утра ко мне пришла мисс Скитер.
Я поморщился. Одно упоминание Скитер вызывало у меня нервный тик и чесотку за правым ухом.
- Я не знаю, как ей стало известно о ваших отношениях. По крайней мере, для меня ее вопросы оказались, мягко говоря, неожиданными. Но надо сказать, что ее желание узнать, что об этом думаю я, оказалось весьма кстати, - Дамблдор сделал паузу, видимо ожидая, что я переспрошу. Я молчал. – Мне пришлось стереть ей память и поставить несколько ускользающих блоков. К сожалению, источник её информации мне неизвестен…
- У нее не было воспоминаний? – прямо поинтересовался я. Конечно, официально несанкционированная легилименция была запрещена, но только для тех, кто не может скрыть своего вторжения.
- Хуже, Северус. Ей прислали анонимное письмо. Ты же знаешь, что Скитер обожает непроверенные слухи.
Я фыркнул. Да, к сожалению знаю…
- Вот, взгляни.
Я машинально взял протянутую записку.
Не узнать этот почерк было невозможно.
- На письмо наложены Маскирующие чары, - понимающе кивнул я. Дамблдор нахмурился.
- Почему ты так решил, Северус?
Я удивленно поднял голову. Да, я не чувствую ни следа магической ауры, но Дамблдор гораздо сильнее меня…
- Это почерк Люциуса Малфоя.

***
Субботнее утро было для Гарри благословением.
На завтрак он пришел достаточно поздно, чтобы в Большом Зале осталось много народу, но достаточно рано, чтобы застать там Снейпа.
Снейп был мрачен. Впрочем, в этом состоянии он находился с четверга. Наверняка этим обуславливалось и резкое увеличение количества снятых баллов со всех четырех факультетов. В том числе и со Слизерина, другое дело, что изменения в слизеринской копилке были не столь радикальными.
Гарри повезло, под раздачу он не попал. Причем не по каким-то личным причинам, а по причинам вполне объективным: ни в четверг, ни в пятницу уроков зельеварения у седьмого курса Гриффиндора не было.
Бросив на Снейпа короткий взгляд, Гарри негромко вздохнул и направился к гриффиндорскому столу.
На столе, рядом с местом, где обычно сидел Гарри, устроилась небольшая пестрая сова с привязанным к левой ноге письмом. Увидев Гарри, сова подлетела к нему. Гарри отвязал письмо, точнее записку. Развернул и невольно покраснел.
«Сегодня после двух у меня. С.
PS: Будет лучше, если тебя не заметят»
Гарри быстро взглянул на Снейпа. Тот умело делал вид, что не имеет к письму никакого отношения, то есть, полностью игнорировал Гарри. Всё как обычно.
Гарри бережно свернул записку и засунул в карман.
Осталось не так уж много времени. Всего два с половиной часа.
***
Я был взбешен. И именно поэтому сидел сейчас в гостиной с Поттером. Он прижимался к моему плечу и, казалось, дремал. А я напряженно смотрел на огонь.
Все было правильно. Поттер уже совершеннолетний. А по Единому Своду Правил высших магических школ, есть и такой, сексуальная связь преподавателя с совершеннолетним учеником разрешена во внеучебное время при условии, что на уроках преподаватель будет относиться к ученику объективно. При необходимости все это без труда выяснялось с помощью Веритасерума.
При одной мысли, что это положение может быть применено по отношению ко мне, я готов был удушить голыми руками первого же, кто полезет ко мне с Веритасерумом.
Но в то же время…
Я привык к препятствиям, которые ставила мне жизнь. Я привык преодолевать их любой ценой. Раньше я сам запрещал себе быть с Поттером, и тому было множество внутренних причин. А сейчас, как только мне попытались помешать, я тотчас же захотел доказать, что я в силах победить.
У меня не было сомнений в том, кто виноват. Чтобы подделать почерк, надо было иметь образец письма. Письма Люциуса и личный мотив были только у Драко.
Поттер повернул голову и задышал мне в шею. Я невольно прижал его крепче. Он почему-то вздрогнул.
Я бросил взгляд на часы на его руке. Без пяти десять.
- Иди спать, - мягко отстранил его я. Поттер жалобно нахмурился.
- Северус…
- В мою спальню, - продолжил я. У Поттера чуть глаза на лоб не вылезли от удивления. – Я скоро приду.
- А…
- Можешь остаться на ночь, - я растянул губы в улыбке. Поттер просиял и неуверенно обнял меня.
Когда он вышел из гостиной, было уже десять.
Почему-то это было немного больно и очень обидно. Словно я обманываю самого себя. Но ведь я не обманываю? Я, в самом деле,… неравнодушен к нему. Я, в самом деле, хочу провести с ним эту ночь, чувствуя его тепло. А то, что я доказываю этим что-то,… какое это имеет значение?
Имеет.
За фотографиями, стоящими на камине, была спрятана баночка с приготовленным мною на рождественских каникулах любрикантом. И Джеймс, и Драко знали, что эти фотографии почти святое для меня, и не трогали их. Больше никто сюда не заходил.
Сейчас я даже не подумал о том, чтобы взять эту баночку с собой в спальню. Потому что все это не может происходить ВОТ ТАК. Это и будет то самое осквернение святыни.
А то, что я делаю сейчас с нашими отношениями, это не осквернение? Я ведь демонстрирую их перед Драко, доказывая, что мне не важны его попытки помешать мне, что у него ничего не получится.
Я действительно хочу быть с Поттером. Только…
Схватило спину, в очередной раз за эти три дня. На меня будто кто-то порчу наслал. И такое было, правда, давно, еще на пятом курсе…
Я встал с дивана, взмахом палочки потушил огонь в камине, заметив, как грустно на меня с фотографии смотрит мама. Обычно она улыбалась.
***
- Поттер, подожди меня еще немного, - взгляд Северуса странный, словно он, Северус, а не взгляд, разрывается пополам. Гарри кивнул, грустно посмотрев на него. Северус, видимо, истолковал его взгляд как-то иначе: он подошел ближе и почти нежно прикоснулся губами к губам Гарри.
- Подожди, - повторил он.
Дверь ванной бесшумно закрылась. Гарри с тоской уставился на нее.
Сегодня все было как-то не так, и чем дальше, тем больше. Сперва Северус просто предложил ему посидеть рядом, пока он заканчивал проверять работы. Малфой бесился, Гарри чувствовал себя немного неловко, но не отказывался.
Потом они молча сидели в гостиной. Северус все так же хмурился. Гарри не рискнул спрашивать, в чем дело: его до сих пор периодически мучили кошмары, и он стал невероятно мнительным.
Но обстановка располагала к спокойствию. Горячий чай, который заварил ему Северус, уже какой-то знакомый огонь в камине и теплая рука на бедре – как знак того, что что-то кардинально поменялось в жизни Гарри.
А потом – спальня Снейпа, в которой он уже был совсем при других обстоятельствах, и странное чувство надежности…
Северус вышел из ванной, как обычно, в ночной рубашке. Впрочем, иного можно было и не ожидать: Гарри уже знал, что Северус невероятно упертый, и если он что-то решит для себя, то это надолго.
Гарри старательно отогнал от себя странное чувство, что с Северусом что-то не так. Разве сам Гарри не этого хотел? Чувствовать губы Северуса на своем лице, его руки – на талии…
- Что-то не так? – почему Гарри кажется, что в его глазах не только забота, но и неуверенность и даже… отстраненность?
Впрочем, чему удивляться? Если Северус сейчас и в самом деле думает не о нем, то все это вполне закономерно.
- Все в порядке, - Гарри очень старался ответить убедительно, но, похоже, Снейп не поверил ему.
- Ложись.
Под одеялом тепло. Гарри лежит спиной к Северусу. Одна рука мужчины обхватила его снизу за талию, вторая по-хозяйски обосновалась на бедре. Слишком уверенно.
Это и есть то самое неправильное. Гарри не понимает, что именно. Но это грызет его изнутри, не давая расслабиться, закрыть глаза и довериться. Потому что все это слишком напоминает то, что было в сентябре прошлого года.
Гарри осознает это только тогда, когда рука Снейпа начинает двигаться к его промежности, и он сам не понимает, откуда берутся взялись силы…
Судорожно дернувшись - Северус не удерживал его - Гарри свалился на пол. Мужчина привстал на локте, глядя на него расширенными глазами, словно не видя Гарри. В комнате повисло молчание.
***
Дементор меня подери, какой же я идиот…
Забыть обо всем, что случилось с ним, позволить себе самоутверждаться за его счет…
Давно я не чувствовал себя таким подонком, мелькнула мысль.
Постель еще хранила тепло Поттера, а я глядел сквозь него, чувствуя непреодолимое отвращение к самому себе.
Поттер, однако, повел себя странно. Вместо того чтобы собраться и уйти, как и следовало сделать, он неуклюже поднялся и снова сел рядом со мной, пробормотав что-то, подозрительно похожее на… извинение?
Я тяжело вздохнул. У Поттера точно мозги набекрень. Зато мне теперь извиняться не нужно, это, по меньшей мере, глупо…
- Прости, - вопреки своим умозаключениям произнес я. Поттер молчал. Я сдержал еще один вздох. – У меня… неприятности.
Ненавижу оправдываться. Но сейчас….
- Из-за меня, да? Ты из-за этого…?
Поттер – идиот. Но идиот чуткий. Мерлин, какая же это гремучая смесь…
Не удержавшись, я осторожно обнял его за плечи. Поттер грустно вздохнул и прижался ко мне.
Он прижимался ко мне все время, пока я рассказывал ему суть вышеназванных неприятностей. В конце концов, они и к нему тоже относятся. Поттер трагически молчал. Да, я и не думал, что этот вечер так закончится…
- Мне уйти?
Внутри все содрогнулось. Ну, конечно. Для него это лучший вариант.
Хотелось ответить «да», чтобы покончить с этим, чтобы чувствовать себя инициатором разрыва – я был уверен, что он хочет уйти, по крайней мере, его отец поступил бы именно так. Но где-то глубоко в душе мне казалось, что Поттер все же имеет в виду не то, о чем я думаю.
- Если хочешь, можешь остаться, – я повернулся к нему спиной. Может, и к лучшему, если он уйдет. Я ведь даже не подумал о том, что у друзей Поттера наверняка возникнут вопросы, где он пропадал, и виноват в этом буду я…
Кровать скрипнула, ко мне привалилось теплое тяжелое тело, а на шее я ощутил горячее дыхание.
Промелькнула мысль о том, что сам себе я такое поведение не простил бы, но я отогнал её подальше.
- Спокойной ночи, - пробормотал Поттер, утыкаясь лбом в мой затылок. Я закрыл глаза.
- Тебе того же.
***
Тихо. Прохладно. Пахнет кофе.
По всем параметрам на гриффиндорскую спальню это место не походило. Как и на спальню Северуса: о кофе в постель было даже подумать кощунственно…
Гарри открыл глаза и с удивлением убедился, что он действительно находится в спальне Снейпа. И на стуле действительно стоит поднос с кофе и бутербродами.
От неожиданности Гарри окончательно проснулся. Зная Северуса, можно было предположить, что это попытка Малфоя отравить его. Но это вряд ли, амулет на шее не подавал признаков существования.
Северуса не было. Приглядевшись к подносу, Гарри увидел свернутый клочок пергамента.
«Меня не будет весь день. Уходя, постарайся не попадаться на глаза Драко. А то боюсь, мне опять придется выхаживать одного из вас в Больничном крыле»
И все. Гарри даже почувствовал легкую обиду: разве так разговаривают с любовником? Они с Северусом ведь любовники? Или то, что было на Рождество, ничего для него не значит? Неужели Северус не вспоминал об этом ни разу…
Впрочем, опыт показывал, что над отношениями с Северусом Гарри лучше не задумываться, так как это чревато неприятностями.
Поэтому Гарри просто потянулся к чашке с кофе и устроился удобнее в кровати.
Уходить сразу он не собирался.
Здесь ему было гораздо комфортнее, чем на факультете. К тому же хотелось кое-что обдумать. А конкретно, то, что ему рассказал вчера Северус.
Значит, теперь Дамблдор знает об их отношениях. Это было… неприятно. Гарри очень не хотел, чтобы об этом было известно, кому бы то ни было. И дело не в том, что он стыдился, нет. Просто он не хотел, чтобы его, или упаси Мерлин, Северуса осуждали, а только этого и можно было ждать от окружающих. Пока ему везло: почти все, кто знал о них, относились к этому спокойно. Но в силах Дамблдора было пресечь их отношения на корню…
Или нет?
Северус упоминал вчера, что официально ему сделать ничего не могут. Но если их отношения станут известны широкой общественности, Гарри боялся даже предположить, что будет.
А ведь, оказывается, возможность этого была так близка, что становилось страшно.
Северус так и не сказал, кто мог прислать Скитер то анонимное письмо. Хотя он, по меньшей мере, догадывался, это Гарри видел точно. Обычно по лицу Северуса ничего нельзя было прочесть, вчера же он, видимо, потерял самообладание.
Впрочем, Гарри это ничуть не помогло.
В дверь постучали, и, прежде чем Гарри успел что-то ответить, то есть через полминуты, дверь открылась, и в комнату проскользнул Джеймс. Сообразив, где он находится, в каком виде, и что Джеймс может о нем подумать, Гарри покраснел.
- Доброе утро, - Джеймс присел на кровать рядом с Гарри и бросил удивленный взгляд на поднос. – Ух, ты? И что он вчера натворил?
- В смысле? – не понял Гарри. - Кто «он»?
- Ну, Северус, - Джеймс вел себя естественно до неестественности, на взгляд Гарри. Потому что держаться так непосредственно, обнаружив в спальне своего отца своего же брата в недвусмысленном положении, было невозможно. Во всяком случае, Гарри так всегда считал. До встречи с Джеймсом… - Он обычно так извиняется за что-то, - пояснил Джеймс. – Совершает поступки, несвойственные для него. Не обижайся, но я до сих пор и представить не мог, что он кому-то кофе в постель приносит…
- Да тут и обижаться не на что, - немного рассеянно пожал плечами Гарри. Он уже догадался, за что Северус мог извиняться. – А тебе от него что-то надо? Его сегодня целый день не будет.
- Нет, я к тебе, - Джеймс улыбнулся. – Предупредить хотел, что тебя в башне уже дожидается эта… Джинни, кажется. Рвет и мечет. Стремится узнать, где ты пропадал всю ночь, и кто такая «С».
Гарри побледнел. Записку, присланную Северусом, он оставил в кармане джинсов, которые, в свою очередь, остались в спальне.… Вот только что Джинни понадобилось в спальне мальчиков, а еще конкретнее, в вещах Гарри?
- Она меня придушит голыми руками, и сбудутся все пророчества Трелони за шесть с половиной лет, - мрачно сообщил Гарри. – И неважно, что плевал я на Джинни с Астроно


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 19:43 | Сообщение # 35
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
***
Стоя у портрета Полной Дамы, Гарри всерьез прикидывал, а не сбежать ли ему куда-нибудь… подальше отсюда.
- Молодая мандрагора, - буркнул он пароль и как можно незаметнее прошел внутрь.
Гостиная оказалась почти пустой. Гарри огляделся и торопливо направился в спальню…
И понял, что Джеймс точно что-то скрывал. Потому что нельзя было в процессе обычной мальчишечьей возни натворить с его вещами такого.
Угол сундука был обуглен. Вещи, прежде лежащие аккуратной стопкой на покрывале, раскиданы, зеленая майка торчала из-под кровати. Подушка лежала косо, а сама постель выглядела так, будто на ней как следует попрыгали. Или занимались… кое-чем другим.
Главное, не делать поспешных выводов, - напомнил себе Гарри, поворачиваясь к Невиллу, который читал какую-то книжку по гербологии.
- Слушай, а ты не в курсе, что здесь вчера произошло? – поинтересовался он. Невилл повернул голову, оглядел хаос на кровати Гарри так, словно видел его впервые, и нахмурился.
- Тут Симус дуэль устроил. С этим парнем из Рейвенкло, который только в этом году поступил. Ну, ты его знаешь.
Гарри медленно кивнул.
- А по какому поводу? – осведомился он. Если бить морду Финнигану, надо же знать, из-за чего…
Невилл пожал плечами.
- Не знаю. Я как раз пришел, когда они тут все разносили. Чуть пожар не устроили.… А, Дин тут был, - вспомнил он. – Можешь у него спросить.
Гарри кивнул.
- Спасибо.
Он даже предположить не мог, из-за чего между Джеймсом и Финниганом могла разгореться дуэль, но в любом случае собирался пресечь возможности повторения такой ситуации в будущем.
Дина Гарри обнаружил через два часа шатания по Хогвартсу и окрестностям. Джеймс и Финниган исчезли в неизвестном направлении, и Гарри решил, что пока не найдены первоисточники, можно узнать ситуацию из вторых рук. Дин на вопрос ответил охотно, хоть и перемежёвывал ответ вопросами не по теме.
- …А к тебе вчера Роберт пришел, тебя не оказалось,… где ты был, кстати? Тебя не было, и Симус решил развести его хотя бы на поцелуй. Ну, от тебя же ему тогда не досталось, ты же девушек предпочитаешь? Джинни, кстати, не в твоем вкусе, да? Ну вот, а Роберт сопротивлялся. А ближе всего к ним твоя кровать была,… а чего ты такое зверское лицо делаешь? У вас что, что-то с Робертом…? Нет? Ясно.… Ну вот, а Роберт тогда достал палочку и без предупреждения по Симусу шарахнул…
Ясно. Значит, в этот раз поспешные выводы Гарри оказались не так уж далеки от истины…
***
Явление утром в мою спальню Драко, помрачневшего от вида Поттера у меня под боком, предвещало скверный день. Хотя вчера вечером я и рассчитывал продемонстрировать ему неземную страсть к Поттеру, которой даже он не способен помешать. Однако за ночь мои планы резко изменились, и созерцать недовольное лицо Драко мне пришлось безо всякого удовольствия.
- Доброе утро, - сообщил Драко, не заходя. Поттер зашевелился рядом.
- Что-то важное? – негромко спросил я. Он кивнул.
- Дамблдор…
- Подожди меня в кабинете, - перебил его я. Драко закрыл за собой дверь.
Я оделся за три минуты, бросил на Поттера короткий взгляд. Он спал, будить его не хотелось. Он был… очаровательный.
Не хотелось и уходить, оставляя его одного. Желание остаться с ним, снова лечь рядом, чувствовать его тепло, прижимаясь целовать его, казалось непреодолимым. Но я не привык бросать все свои дела ради прихотей.
- Дамблдор просил передать тебе, - Драко протянул мне свиток пергамента. – Говорит, тут какое-то задание, которое надо выполнить сегодня.
Орден Феникса. Темный Лорд. Я и не думал, что меня оставят в покое только потому, что у Лорда теперь отдельные счеты со мной.
В Хогсмиде меня ждет портключ во Францию. А во Франции меня не ждали несколько темных магов, цели которых мне требовалось выяснить.
Портключ настроен на двенадцать часов утра. У меня еще есть время.
***
Никогда не любил портключи. Они вызывали у меня тошноту и головокружение, как во время беременности.
В свои комнаты я спускался с чувством облегчения. После изматывающего марш-броска по нескольким мелким городам Франции под действием Оборотного зелья и завершающей короткой схватки с участием Шеклбота, Грюма и еще нескольких авроров на моей стороне и группы из семи Пожирателей я чувствовал себя, мягко говоря, выжатым, как лимон. И уж конечно мне не доставило радости сообщение Помфри о том, что я срочно понадобился ей, причем безо всяких зелий. Это внушало опасения по поводу…
Мои опасения оказались верными. В Больничном крыле я действительно нашел Джеймса с ожогом на плече и устрашающих размеров ссадиной на боку.
- У него синяков было гораздо больше, я залечила их мазью, а на эту, как видишь, не действует. Магией я не рискнула лечить, - сообщила мне Помфри. – А Противоожоговой мази у меня нет: я же обычно заклинанием ожоги лечу. Так что бери его, Северус, я снимаю с себя всю ответственность.
Я кивнул и уже собирался уйти вместе с Джеймсом, когда он, натягивая рубашку, поинтересовался у Помфри:
- А как Гарри?
Я понял, что отдых мне не светит.
- Заклинание уже снято, сейчас он выпьет Восстанавливающее зелье и может быть свободен, - проворчала Помфри. Джеймс кивнул, старательно избегая моего взгляда.
Поттер явно не ожидал увидеть меня. Я сердито посмотрел на него. Поттер выглядел весьма потрепанно: несколько ссадин на лице и ободранные костяшки пальцев. При виде меня он смущенно потупился.
Разговаривать здесь, при Помфри, не хотелось. Я развернулся и направился к выходу, оставляя Поттеру выбор. У лестниц я обернулся. Вид Джеймса и Поттера, идущих за мной с одинаково опущенными головами и смущенно рассматривающих каменный пол, радовал сердце…
Я не злился. Злиться не было сил. Пока я заваривал чай, внутри словно рождалось что-то новое.
Сейчас, когда в двух шагах от меня сидели Джеймс и Поттер, я осознал это новое ощущение: меня ждали. Этого никогда раньше не было. Джеймс всегда сидел дома, не зная, когда я приду навестить его. И возвращаться мне, по сути, было некуда. Меня не ждали. А я и не замечал пустоты в моей жизни…
- Что произошло, Поттер? – поинтересовался я. - Откуда все это? – я кивнул на ссадины, - и почему Помфри это не вылечила?
Поттер, естественно, предпочел ответить на последний вопрос.
- Побочный эффект Отменяющего зелья. Ну, нельзя принимать никакие другие в течение часа.
Я кивнул. Отменяющее зелье снимает действие слабых проклятий, но действительно дает такой вот эффект…
- Так что произошло? Поттер тяжело вздохнул и вцепился в кружку с чаем.
- Ну,… Финниган к Джеймсу приставал…
Джеймс ткнул Поттера локтем в бок. Я хмыкнул.
- И что Финниган? Живой?
- К сожалению, да. – Поттер придвинулся поближе. Я постарался незаметно отстранить его.
- Я пойду уже, скоро отбой, - Джеймс поднялся. – До завтра.
Дверь закрылась. Я перевел хмурый взгляд на Поттера.
- И чем ты думаешь, позволь поинтересоваться? - беззлобно проворчал я. Он покраснел и отодвинулся на другой конец дивана.
- Я просто,… а где ты был? – он поднял на меня взгляд.
Это было странно: зеленые глаза на лице Джеймса. Гарри был так похож на своего отца, и от этого почему-то становилось не по себе.
- Очередное задание Ордена Феникса, - объяснил я. Поттер кивнул. Я откинулся на спинку дивана и закрыл глаза.
- Мне уйти? – негромко спросил Поттер. Я отрицательно покачал головой, не открывая глаз.
- Я тебя не гоню. Я просто устал.
Тишина в комнате была блаженством. Тихие шаги – Поттер прошел по комнате. Скрипнул и прогнулся диван – он снова сел рядом со мной. Я почувствовал, как он укрывает меня пледом, и невольно улыбнулся.
- Ты не спишь? – Поттер напрягся.
- Нет.
Он робко прислонился к моему плечу, а я невольно задумался сквозь дремоту: чего он боится? Он ведь действительно ждет чего-то от меня. Чего-то, чего ему совсем не хочется. Опасается, что я оттолкну его?
Поздно, Поттер. Поздно. Я уже подсел на тебя, как на наркотик. И избавиться от тебя уже вряд ли получится. Потому что без тебя я умру, как умирал тогда без твоего отца. И не думаю, что мне что-нибудь поможет.
К моей щеке робко прикоснулись теплые пальцы. Я чувствовал все четко, но уже накатила дремота, и не хотелось двигаться.
Пальцы переместились к губам, задержались на пару секунд, скользнули к подбородку и к шее. Я почувствовал, как Поттер нежно – сердце сжалось от этой нежности – убрал прядь моих волос за ухо, как осторожно – он, видимо, считал, что я сплю – дотронулся губами где-то возле уха, там, где начинается щека. Я невольно вздохнул: у меня там всегда было чувствительное место, но Поттер не заметил этого. Он так отчаянно прижимался ко мне, словно у него не было больше никого в этом мире. А может, так оно и есть?
Не стоит думать об этом.
Засыпать не хотелось, хотелось вечно лежать в этой полудреме, чувствуя на себе дыхание Поттера и прикосновения его рук, ощущать, как он перебирает мои волосы
Но, увы, от меня это не зависело.
Драко разбудил меня через два часа. Поттера уже не было, зато болело все тело от неудобной позы.
***
- Ослабляющее зелье. Длительность и сила действия - в зависимости от концентрации и дозы. Полностью или частично блокирует магию волшебника. Рецепт в учебнике на странице триста пятнадцать. Приступайте к приготовлению. – Я окинул класс безразличным взглядом.
Поттер, прикусив кончик пера, уставился в учебник, словно не понимая чего-то. Уизли рядом смотрит в свой учебник. После каникул все ученики готовили зелья самостоятельно, а не по парам.
Малфой пристально разглядывает Паркинсон. Финниган, в свою очередь, смотрит на Драко. Сам Финниган вниманием со стороны однокурсников обделен, зато, почувствовав на себе мой тяжелый взгляд, рассыпает порошок из засушенных жабьих шкурок. Драко на мои взгляды не реагирует - к процессу приготовления зелья приходится возвращать его вручную: настойчиво положить руку на плечо. Намек понят.
Лонгботтом недовольно мнется у своего котла: его зелье ярко-красное, хотя должно быть серебристым. Какое-то время я даже заключал сам с собой пари: взорвет он свой котел на очередном уроке или нет.
В классе тихо. Нарушать дисциплину на моем уроке – себе дороже, этого не знают только первокурсники в первой половине учебного года.
Ближе к концу урока стало понятно, что с приготовлением зелья справились немногие. Только у Джеймса, Поттера и Буллстроуд оно получилось нужного серебристо-перламутрового цвета. У Поттера, правда, цвет был немного темнее, чем положено по рецепту, но, видимо, он просто превысил концентрацию. У Грейнджер в котелке плескалась мутно-белая жидкость – она немного не дотянула до нужного результата. В котел Лонгботтома я вообще заглядывать боюсь, еще приснится, упаси Мерлин. У Паркинсон в этот раз зелье было ненамного лучше, чем у Лонгботтома…
- Все, у кого физические свойства сваренного зелья совпадают с описанными в учебнике, могут попробовать действие зелья на себе. Действовать оно будет пять минут, ровно до конца урока.
Это одно из тех зелий, которые разрешалось проверять на учениках по той причине, что при малейшем нарушении рецепта оно резко меняет цвет, консистенцию или запах.
Поттер смело потянулся за черпаком. Я успел заметить странный блеск в глазах Паркинсон и поначалу даже не понял, зачем Драко поднимает палочку.
- Stupefai! – шок от голоса Драко оказался не хуже удара от заклинания. Поттер отлетел к стене, его котел перевернулся. Грейнджер и Уизли одновременно выхватили палочки, я успел выставить щит перед Драко, о который ударилось заклинание более несдержанного Уизли.
- Двадцать баллов со Слизерина и Гриффиндора, - процедил я, бросая взгляд на Поттера. Живой и относительно здоровый. Потирает ушибленное об угол парты плечо. Очки улетели куда-то в угол.
Я заметил, как Драко побелел и выронил палочку. Постарался успокоиться: видимо, почувствовав мою ярость, заклинание решило наказать его без моего вмешательства.
- Все свободны. Мистер Малфой, Поттер, задержитесь, - я окинул класс пристальным взглядом. Паркинсон зло сверкала глазами на Драко. Странно…
- В чем дело? – сухо поинтересовался я у Драко, когда дверь закрылась.
- Это было не Ослабляющее зелье, - холодно ответил он. Я приподнял бровь.
- Даже если так, неужели было необходимо применять такие радикальные меры?
- Я не был уверен, - фыркнул Драко.
- Это было Ослабляющее зелье! – возмутился Поттер. – Я все делал правильно!
- В Ослабляющее зелье не входит желтоцвет сушеный, - со скрытым самодовольством ответил Драко. – Я наблюдал за твоими действиями весь урок. Ты не положил ни одного нужного ингредиента.
Я нахмурился.
- Поттер, дай сюда твой учебник.
Он обиженно поморщился, но послушно протянул мне книгу. «Ослабляющее зелье. Побеги мандрагоры, желтоцвет сушеный, порошок белладонны…» Мерлин.
- Откуда это у тебя? – поинтересовался я, перелистывая страницу. Следующий рецепт верный…
- Из магазина. Я по нему весь год учусь, - проворчал Поттер. Я положил учебник на парту и присел на корточки возле лужи разлитого зелья.
Так и есть.
Серый оттенок, слегка поблескивает на солнце. Легкий, едва различимый лимонный запах.
- Знаешь, что ты сварил по этому рецепту, Поттер? – я поднялся, на всякий случай, не уничтожая остатков зелья. – Разновидность яда Парацельса. Он резко понижает сокращения сердечной мышцы и замедляет все реакции организма. Безоар не действует на этот яд, потому что он не убивает, а но вводит человека в состояние комы, из которого фактически невозможно выйти. По крайней мере, известен только один случай, когда маг после него смог вернуться к жизни.
Только произнеся все это, я осознал, что Поттер был невероятно близок к… не к смерти, конечно, но состоянию очень близкому к ней. Словно со стороны я услышал, как быстрее забилось сердце. Только это могло выдать сейчас мое волнение: годы шпионажа научили меня хранить спокойствие при любой ситуации.
Поттер пристально разглядывал Драко, словно видел его в первый раз.
- Оба сейчас пойдете со мной к Дамблдору, - приказал я, взмахом палочки собирая разлитое зелье в мензурку и уничтожая при помощи Эванеско остатки. Драко хмыкнул.
- Думаю, имеет смысл пригласить для беседы еще Панси.
- Паркинсон? – я развернулся к нему.
- Ты знаешь еще какую-то Панси? – Драко осторожно присел на парту. Я с беспокойством взглянул на него. Может, дать ему укрепляющее зелье? Хотя вряд ли оно поможет от последствий проклятия.
- Думаешь, это она виновата в этом? – поинтересовался я. – Это серьезное обвинение.
- Она весь урок следила за Поттером, - пожал плечами Драко. – Мне показалось, что что-то не так.
Поттер молчал, хмуро уставившись в пол. Я несколько секунд разрывался между желанием подойти к нему и рациональным решением не выставлять наши отношения напоказ перед Драко. Рационализм победил.
- Идем. С Паркинсон я разберусь позже.
***
Драко в очередной раз удивил меня. И, пожалуй, не только тем, что оказался прав на счет Паркинсон.
Я снова прокрутил в голове разговор, который произошел вечером.
«Видишь ли, Северус, в этой войне мне по любому придется занять сторону Поттера, хочу я этого или нет. А это, как ты понимаешь, включает в себя то, что я должен желать его победы. А я сомневаюсь, что ему удалось бы победить Лорда, находясь в коме…... Видишь ли, я верю в то, что у него есть реальные шансы победить. Ты сам знаешь, он еще, когда сопляком был, ухитрялся выжить против Лорда. Это немало, впрочем, ты и сам знаешь»
То, что Драко сказал мне тогда, не могло не радовать. Впрочем, я так и не понял: примет ли Драко так называемую Светлую сторону или предпочтет занять нейтралитет. Хотя терять ему уже нечего: Нарцисса успела вовремя уехать из Англии, а больше у Драко никого нет.
А на счет Паркинсон…
После того, как у нее на руке обнаружили Метку, вопрос о законности применения Веритасерума отпал сам собой. Дамблдор вызвал авроров – причем двое из трех оказались членами Ордена Феникса. Ей не оставалось ничего, кроме как признаться.
План и в самом деле был идеальным. Тонизирующий напиток, подлитый Поттеру за завтраком, позволил не наделать ошибок в приготовлении. Страница в учебнике умело подменена дистанционными чарами иллюзии. Весь урок Паркинсон прикрывала Отвлекающими чарами действия Поттера, чтобы никто не заметил неувязок.
Единственная ее ошибка – чтобы не тратить магические силы, Паркинсон настроила Отвлекающие чары на меня и гриффиндорцев. Весь Слизерин, похоже, был в курсе.
Она забыла лишь о Драко.
До суда – суд должен был состояться в следующий вторник – Паркинсон позволили остаться в Хогвартсе с ограничением на магию.
При обыске у нее обнаружили темный артефакт, позволяющий творить невербальные заклинания, думоотвод с несколькими воспоминаниями, касающимися нас с Поттером, я и не думал, что тот ночной поцелуй перед тем, как я вошел в Арку за Блэком, мог кто-то видеть, и письмо Люциуса Малфоя, адресованное Драко.
Очевидно, Паркинсон старательно готовилась к интервью.
Сработали Сигнальные чары, и сразу после этого раздался громкий и довольно нахальный стук в дверь. Слизерин, седьмой или шестой курс: больше никто на такое не осмелится.
Я устало поднялся и направился к дверям.
- Вы хотели меня видеть, мистер Забини? – сухо поинтересовался я, открыв дверь. Забини выглядел не лучшим образом: словно подрался с толпой гриффиндорцев.
- Да, сэр, - судя по тому, как он тяжело дышал, он либо бежал, либо… мое первое предположение было правдой. – Драко Малфой в медпункте. Я думал, вы захотите об этом узнать.
Знать об этом мне абсолютно не хотелось, но и проигнорировать данный факт я не мог.
- Что произошло? В каком он состоянии?
- В плохом. Я нашел его в подземельях…
- И, несомненно, вы нечаянно ударились лицом обо все попадавшиеся на пути углы, пока тащили его в больничное крыло, - перебил я. – Мистер Забини, будьте так добры, не делайте из меня дурака.
Забини только фыркнул.
- Ну,… его просто избили. После того случая с Панси и Поттером.
Я кивнул и вышел в коридор. Хотелось удостовериться, что с Драко все в порядке, то есть его состояние было стабильно, потому что другого «в порядке» в данной ситуации быть не может.
Забини проводил меня довольным взглядом. Если можно было говорить о дружбе между ним и Драко, то они были друзьями. Несмотря на то, что отец Драко был Пожирателем, а мать Забини решительно отвергала политику Темного Лорда, они были достаточно близки. Какое-то время, кажется, на пятом курсе, они даже были любовниками. К моему удивлению, расставшись, они не потеряли хороших отношений. Это заставило меня даже испытать какое-то уважение к Забини, учитывая то, что инициатором их разрыва был Драко.
Впрочем, я не люблю анализировать чужие отношения. В любом случае меня это не касается.
- Северус? – Помфри явно не ждала меня. – Ты уже знаешь о том, что случилось с мистером Малфоем? Ужасно, просто ужасно… Раз ты здесь, дай мне, пожалуйста, ту мазь.… Кажется, это произошло из-за того, что случилось на твоем уроке, ты со мной согласен? Будь так добр, дай мне бадьян – он в маленьком шкафчике на второй полке слева.
Я послушно протягивал ей необходимые настойки. Драко был без сознания, невероятно бледный. Впрочем, из бесконечного монолога Помфри и поданных ей зелий я понял, какие повреждения были нанесены Драко: несколько переломов – левая рука и ребра, несколько рваных ран от заклинаний, внутренние повреждения, судя по всему, от ударов, и два проклятия. К счастью, я пришел вовремя: одно из них Помфри, как ни старалась, снять не могла, получилось это только у меня, а, как я понял, оно уже начало действовать, отравляя кровь Драко. Вполне возможно, приди я позже, оно успело бы если не убить, то парализовать его.
Нападающих я так и не вычислил. Забини решительно отказался отвечать на мои вопросы, что, впрочем, было понятно. Хотя сейчас он вряд ли разделит участь Драко, разве что проведет остаток учебы в атмосфере стойкой неприязни, но это не так страшно.
Можно попробовать выяснить это у самого Драко, а точнее применить легилименцию. Я знаю, что добровольно он ничего не скажет. Но для этого придется подождать, пока он очнется.

***
После происшествия на уроке Зельеварения Гарри до конца недели отправили на Гриммаул Плейс – «во избежание несчастных случаев», как выразился Дамблдор. Так что Гарри не оставалось ничего, кроме как учиться и размышлять над тем, что случилось.
Учиться не хотелось. Гарри спустя рукава сделал домашнее задание: пролистал параграфы по гербологии и трансфигурации, отработал пару заклинаний по чарам и устроился в библиотеке.
Там почти все было так же, как и во время рождественских каникул. Стопка книг по Защите, из которых Гарри копировал некоторые заклинания, разбросанные книги по лечебным зельям, толстый том «Артефактная магия», рядом – сломанный думосброс, который пытался исправить Джеймс. Гарри взял его в руки, рассмотрел почти незаметные руны по краям. Ничего не указывало на то, что думосброс был починен, и Гарри поставил его на место.
Хотелось отвлечься от тревожных мыслей, и Гарри направился вглубь библиотеки, вдоль стеллажей, сам не зная, что он хочет найти.
Поступок Малфоя, который фактически спас его тогда, надолго выбил Гарри из колеи. Он думал, что слизеринец, как обычно, настроен против него. Об этом говорило все: и такое же, как и прежде, поведение Малфоя, и то, как старательно он стремился заставить Гарри держаться подальше от Северуса.
Однако, было похоже, что после смерти своего отца Малфой резко изменил взгляды на деятельность Волдеморта. Это не было положительным качеством: предав одну сторону, Малой мог так же спокойно предать и другую, но Гарри почему-то сомневался, что он сделает это. Хотя бы потому, что он уже здорово насолил Волдеморту и вряд ли будет надеяться, что тот помилует его. Впрочем, не стоит думать, что Малфой вдруг резко переменит свое отношение к Гарри. И вообще не стоит ему полностью доверять: может, глобальных неприятностей он и не будет создавать, но вот относительно мелкие, портящие личную жизнь Гарри – вполне.
Однако еще больше Гарри удивил Рон.
Несмотря на то, что несчастье Гермионы несколько сгладило их отношения, Рон все так же не разговаривал с Гарри. Гарри отчетливо видел, что Рон продолжает злиться на него из-за Джинни, хотя Гермиона как-то говорила, что Рон отлично знает, что происходит с его сестрой.
Возможно, Рон и в самом деле понимал, и Гарри не исключал того, что он мог и сочувствовать где-нибудь в глубине души. Но того, что при малейшем намеке на опасность Рон бросится защищать его да еще атакует Малфоя на глазах у Снейпа, которого Рон бояться не перестал, Гарри никак не ожидал…
Остановившись перед одной из полок, Гарри вгляделся в корешки книг. «Темномагические ритуалы». В библиотеке Блеков – самая привычная книга. Что привлекло внимание Гарри? Он сам не мог сказать. Может то, что на полке, где она стояла, не было пыли, а может то, что эта книга была выдвинута…
Гарри вздохнул, отвернулся и направился дальше.
***
Субботним утром Джеймс неожиданно вывалился из камина.
- Привет, - он казался невыспавшимся и уставшим. – Северус разрешил мне сегодня к тебе зайти. Как ты?
- Скучно тут, - пожал плечами Гарри. – А у тебя как дела? Что-то ты плохо выглядишь…
Джеймс тяжело вздохнул, устраиваясь в кресле.
- Да так… У Северуса дела, он к суду готовится. Я его и не вижу почти. Драко в больничном крыле.
- А что случилось? – поинтересовался Гарри.
- Северус говорит, на него напали в коридоре.
Гарри кивнул. Он мог догадаться, и кто это был, и что спровоцировало нападение. Может, стоит сходить к Малфою и узнать, как он там? Заодно и поблагодарить, чтобы ни у кого не было повода обвинить Гарри в неблагодарности.
- Слушай, а…можно задать тебе один вопрос? – Джеймс поёрзал в кресле, бросив на Гарри смущенный взгляд.
- Можно, - Гарри, думая о Малфое, ожидал от Джеймса обычного вопроса по поводу учёбы, и поэтому то, что он услышал, шокировало его.
- Слушай, а что делать, если мне понравился… один человек?
Гарри даже вздрогнул и перевел озадаченный взгляд на Джеймса. Тот старательно делал вид, что вопрос этот самый что ни на есть обычный.
- Э… я так понимаю, ты хочешь узнать, как… обратить на себя его… или ее внимание? – Гарри чувствовал себя неловко, но, с другой стороны, он был даже немного польщен – судя по всему, брат доверял ему.
- Его, - ответил Джеймс, внимательно разглядывая пятно на ковре.
- Я и предположить боюсь, кто это, если ты вспомнил о нем по ассоциации с Малфоем, - пробормотал Гарри, стараясь, чтобы Джеймс не услышал его. Мелькнула мысль, что это может быть и сам Малфой, но Гарри мгновенно отбросил эту мысль. – Ну, знаешь,… честно говоря, если бы это была девушка, может, я бы тебе и подсказал что-нибудь… - Гарри ненадолго призадумался. Если вспомнить, то у него самого в свое время отношения с девушками не складывались и, возможно, именно потому, что Гарри не умел с ними обращаться…
- В общем, извини, но думаю, что ничем не могу тебе помочь, - Гарри вздохнул. – А может, спросишь у Снейпа?
Джеймс энергично замотал головой.
- Нет, и ты ему не говори, хорошо? Я не хочу, чтобы он знал…
Гарри бросил на брата удивленный взгляд.
- Почему?
Джеймс потупился.
- Понимаешь,… он подумает, что это… неправильно. Ну, что мне… девочки не нравятся, - стесняющийся Джеймс – это было что-то новое, Гарри никогда раньше не видел его таким. Но, возможно, именно это заставляло его понимать, насколько брат доверяет ему. Было ли это из-за того, что у Джеймса не было близких друзей, или из-за того самого Зова крови, о котором ему когда-то рассказывал Северус?
- Он говорил когда-то об этом со мной, - продолжал Джеймс. – Говорил, что лучше будет, если я буду… нормальной ориентации.
Гарри тяжело вздохнул. На его взгляд, Снейп тогда поступил по-идиотски. И вообще, непонятно чем думал…
- Ты, главное, не переживай, - успокоил он Джеймса. – В конце концов, вряд ли он будет так уж сильно против,… если что, ткни его носом в зеркало и скажи, что он подал тебе пример…
Джеймс улыбнулся.
- То есть, ты будешь на моей стороне?
Гарри только пожал плечами.
***
Казалось, что на подготовку к экзаменам в этом году отводилось гораздо меньше времени. Правда, возможно, это было обусловлено занятиями ОД.
Ближе к экзаменам Гарри пришлось резко сократить время занятий. Правда, он компенсировал это усиленными темпами – заодно ученикам представлялись возможности отрабатывать лечащие заклинания. Сильных повреждений, с которыми пришлось бы идти в медпункт, не было, а вскоре и слабые стали редкостью.
Снейп был постоянно занят: в преддверии экзаменов он начал проводить контрольные и проверочные работы почти на каждом уроке, и все время у него уходило на их проверку, а редкие свободные часы он проводил, принимая отработки.
Джеймс наоборот проникся весенне-романтическим настроением, целыми днями сидя возле озера и о чем-то мечтая.
На выходные Гарри продолжал уходить на Гриммаулд Плейс. По большей части он сидел в библиотеке, готовясь к экзаменам: там было гораздо тише, чем в Хогвартской библиотеке.
В эту субботу Северус, как обычно, работал в кабинете. Услышав звук открывающейся двери, он кивнул, не оборачиваясь.
- Заходи. Подожди меня в гостиной.
- Хорошо, - Гарри послушался. Он каждый раз удивлялся, как Северус всегда узнает его. В Хогвартсе говорили, что у Снейпа глаз на затылке, но Гарри считал, что все дело в настроенных на него чарах.
Конечно, Гарри был уверен, что, отправляясь на Гриммаулд Плейс через камин, никакой опасности не подвергается, а значит и сопровождение Снейпа ему не нужно. Но Дамблдор почему-то думал иначе, и Гарри приходилось слушаться – он боялся, что ему вообще запретят навещать Сириуса.
Снейп вошел в гостиную минут через пять. Судя по недовольному выражению лица, он в очередной раз проверял чьи-то «бездарные эссе». Он первым шагнул в камин…
… и мгновение спустя торопливо вернулся. Гарри не успел даже взять летучий порох.
- В чем дело? – он встревожился. Снейп фыркнул.
- Твоему крестному в очередной раз что-то не понравилось, и он снова разносит дом. Кажется, второй этаж. Может, зайдешь к нему в другой раз?
Гарри мотнул головой.
- Сомневаюсь, что он может сделать мне что-то плохое, - объяснил он, – и вообще, мое присутствие его успокаивает. Такое уже было.
Снейп усмехнулся.
- Напомни мне добавить в его зелье Умиротворяющий бальзам, - пробормотал он. – Иди туда один, сомневаюсь, что встреча с Блеком в таком настроении принесет что-то хорошее.
Гарри кивнул и нерешительно замер. Они с Северусом очень редко разговаривали так просто – почти никогда. Гарри даже не мог припомнить ни одного такого случая. Нахлынула непривычная нежность, захотелось обнять мужчину, но, судя по всему, желание Гарри в данный момент было безответным.
- Чего ты ждешь, Поттер? – Снейп посмотрел на него как-то странно. Не как на ученика, а как на равного. Еще одно необычное явление.
- Я… - Гарри опустил голову. Эти отношения все еще были такими непривычными…
- Если вернешься не очень поздно, можешь до отбоя посидеть здесь, - спокойно предложил Снейп. Гарри быстро взглянул на него, но зельевар уже вышел в кабинет.
Гарри тяжело вздохнул и шагнул в камин.
Гостиная была пуста. На ковре красовалось большое прожженное пятно. Сверху слышался грохот и сдержанный мат Сириуса, который, похоже, разговаривал о чем-то с Люпином. Люпина слышно не было.
Гарри решительно поднялся по лестнице. Деревянные перила в двух местах были обуглены, а бронзовый канделябр на стене в коридоре изрядно покорежен, живо напомнив Гарри о том, что творилось в начале этого лета в библиотеке. Кстати, кажется, Сириус в этот раз бушевал именно там, и Гарри ускорил шаг, стремясь спасти свой любимый талмуд по защите от темных сил.
Из библиотеки пахло горелым. Гарри всерьез обеспокоился вопросом, что же все-таки произошло. Нет, понятно, что это бушует Сириус, но из-за чего?
Смело открыв дверь в библиотеку, Гарри прошел вглубь комнаты.
- Я же говорю тебе, все в порядке. Ты думаешь, я мог допустить это? – негромкий, успокаивающий и уже немного раздраженный голос Люпина.
- Дементор тебя поимей, Рем, да подумай ты своей башкой… - Сириус резко замолчал, увидев Гарри. Люпин обернулся к нему.
- Привет, - как ни в чем не бывало поздоровался он. – Хорошо, что ты пришел. Сириус хотел тебе кое-что сказать. – Люпин улыбнулся ему и скрылся за стеллажами. Хлопнула дверь. Похоже, он был чем-то рассержен…
- Э… Привет, Гарри, - Сириус выглядел на редкость обескураженным. Гарри оглядел приведенную им в порядок этим летом библиотеку и тяжело вздохнул.
- Привет. Что случилось, что ты решил полдома разнести?
Сириус тяжело вздохнул и покосился на робко высовывающийся из-под шкафа поломанный думосбор. Гарри терпеливо ждал. И дождался…
- Ты, правда, спишь со Снейпом?
Гарри с ужасом уставился на Сириуса; он был вынужден облокотиться на шкаф, чтобы не упасть. Откуда он мог узнать? Люпин не сказал бы: он наверняка догадывался, как Сириус отреагирует на такую новость. Рон? Но до сих пор он хранил то, что знал о Гарри и Снейпе, в секрете. К тому же даже Рон не знал, как далеко зашли их отношения. Кто еще?
Впрочем, это как раз было неважно. Гарри не верил, что Сириус сможет даже просто смириться с этим. А значит, Гарри придется либо расстаться с Северусом, либо потерять крестного…
Гарри медленно сполз на пол, сжался и закрыл лицо ладонями.
- Ну что ты… - Сириус опустился рядом. – Ну, не переживай так… Он тебя заставил? Напоил Приворотным зельем? Наложил Империус?
Гарри, не сдержавшись, хихикнул, представив себе, как Снейп подливает ему Приворотное зелье. Сириус замолчал, видимо, подумав, что Гарри свихнулся от горя.
Наконец, решившись, Гарри поднял голову.
- Сириус, понимаешь… дело в том, что я его на самом деле люблю.
Сириус чуть отодвинулся и окинул Гарри таким взглядом, словно сомневался в его дееспособности.
- Ты в этом уверен? – получив в ответ утвердительный, энергичный кивок, Сириус решил зайти с другой стороны. – И как давно… это с тобой происходит?
- С середины прошлого года.
- Но, может…
Гарри, тяжело выдохнув, уткнулся лбом в колени.
- Сириус, повторяю. Это не Чары, не Приворотное зелье и не Империус, - было несложно догадаться, что крестный хочет сказать. В библиотеке повисло тяжелое молчание.
- И он тебя не заставлял? – с какой-то странной надеждой спросил Сириус. Гарри даже засомневался, какой ответ тот хочет услышать: отрицательный или все-таки положительный.
- Нет, - терпеливо ответил он. – Наоборот. Это я к нему приставал.
Сириус резко поднялся и зашагал взад-вперед по узкому проходу между стеллажами. Гарри краем глаза наблюдал за мелькающими перед ним туда-сюда ногами, не поднимая головы. Было на редкость паршиво.
- Мне уйти? – негромко спросил Гарри минут через пять, когда мелькание ног ему начало надоедать. Ноги остановились прямо перед ним.
- А? – судя по удивленному тону, Сириус успел забыть о его присутствии. – Что? Нет, конечно.
Гарри тяжело вздохнул. Ноги снова исчезли из поля зрения. Гарри почувствовал, как Сириус осторожно садится рядом.
- Нет, я не против того, что тебе нравятся не девушки, но… - чуть нервно заговорил он. – Почему именно Снейп?
Гарри неопределенно повел плечом. Ответ на этот вопрос он и сам хотел знать.
- Ясно, - глубокомысленно протянул Сириус. Гарри вопросительно приподнял брови. Жест остался без ответа, поскольку Гарри предпочел все так же сидеть, уткнувшись лбом в колени.
- А он?
- Что? – Гарри, не удержавшись, взглянул на Сириуса.
- А он как к вашей связи относится?
Гарри ошеломленно молчал.
- Хотя, если бы он был против, ты бы его только под Империусом и смог бы заставить… - сам себе ответил Сириус и замолчал.
- А откуда ты узнал? – через какое-то время спросил Гарри. Реакция Сириуса была… странной. Гарри ожидал бурного скандала. Но, видимо, всю энергию Сириус потратил на истерику перед Люпином.
Хорошо еще, Северус вовремя вернулся и не стал выяснять, что происходит. Иначе не обошлось бы без серьёзных травм.
- Вон на ту штуковину наткнулся, - Сириус кивнул в сторону думосбора.
- Он же сломан! – удивился Гарри. Сириус невесело хмыкнул.
- Люпин рассказывал, что Роберт что-то с ним сделал. Он теперь исправен, но не до конца. Забирает самые сильные воспоминания у человека, который дотрагивается до него. Судя по всему, это были либо твои воспоминания, либо Снейпа. Слишком уж они были, - Сириуса передёрнуло, - личными.
- В смысле? – не понял Гарри.
- В прямом. Сомневаюсь, что вы стали бы трахаться на глазах у кого-то.
Гарри покраснел и отвернулся. Он уже сам был не рад, что спросил. Взгляд снова упал на думосбор, и Гарри потянулся за ним. Сейчас у него было непреодолимое желание надрать Джеймсу уши за эксперименты с неясным финалом и разбрасывание предметов, столь компрометирующих окружающих. Главное – спрятать этот думосбор так, чтобы воспоминания больше никому не попались. В озере, что ли утопить? Вряд ли гигантский кальмар будет так же шокирован этим зрелищем…


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 20:27 | Сообщение # 36
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
***
Поттер вывалился из камина через полтора часа после своего ухода. Я поднялся с дивана и направился к шкафчику с чаем.
- Будешь чай? – поинтересовался я, заранее догадываясь об ответе.
- Да, - подтвердил мои догадки Поттер. Я услышал жалобный скрип дивана. Похоже, Поттер был не в духе…
- Сириус все про нас знает, - печально сообщил он. Я замер с чайником в руке.
- Вот как.
Молчание. Поттер никак не комментировал свою новость. Я медленно поставил горячий чайник на стол.
- Значит, прощальная сцена, - тихо самому себе сказал я.
Мне следовало ожидать, что рано или поздно Блек узнает о наших отношениях. И он точно не позволит любимому крестнику находиться под моим пагубным влиянием, если не решится убить меня голыми руками. Зная его буйный темперамент, я искренне мог сказать, что мне повезло, что я не попался ему под горячую руку.
А еще я даже не сомневался, кого выберет Поттер, если ему придется выбирать между нами.
Остается только подождать, пока Поттер сообщит мне, что нам лучше расстаться.
И я ждал, застыв, глядя в невидимую точку на стене перед собой. Боль была такая, словно мне резали грудь. Хуже Круциатуса. Словно сердце остановилось, не давая сделать вдох.
Я почти забыл об этой боли…
***
«…Прощальная сцена…»
- Что? – Гарри не поверил своим ушам. Сейчас, когда Сириус почти примирился с тем, что Гарри любит Снейпа, получить от Северуса такое… как удар в спину.
Напряженная до этого, спина Снейпа как-то постепенно расслабилась, но мужчина все так же стоял, не двигаясь. Гарри поднялся с дивана и подошел к нему, осторожно прикоснулся к плечу Снейпа.
- Кажется, я ошибся, - с непривычной полуулыбкой пробормотал Северус. Гарри от волнения прикусил губу, не зная, что Северус хочет этим сказать. Но мужчина только резко повернулся к нему. В объятиях Северуса оказалось тепло…
Два взмаха палочкой – не выпуская Гарри из объятий, Северус наложил на комнату Запирающие и Заглушающие чары. Гарри тяжело выдохнул и решительно начал расстегивать пуговицы на мантии Северуса. Мужчина почти ласково хмыкнул и осторожно, но настойчиво поцеловал его. Гарри почувствовал его ладони на ягодицах, невольно напрягся и ощутил, что движения языка Северуса у него во рту стали более скованными. Ладони тоже пропали, соскользнув на внешнюю сторону бедер, где эти ласки казались не такими откровенными.
В чем дело, задал себе вопрос Гарри. И тут же, как ему показалось, догадался об ответе.
Северус был слишком заботливым…
- Ты это из-за того, что видел… все это в прошлом году? – Гарри поднял голову, чтобы заглянуть Северусу в глаза. Мужчина был немного выше его.
- Я не хочу, чтобы все это вызывало у тебя неприятные воспоминания.
Гарри пожал плечами.
- Это не вызывает у меня никаких воспоминаний. Я вообще почти ничего не помню из-за того зелья, - признался он. Северус странно посмотрел на него.
- Как хочешь, - пробормотал он. – Но то, что я сказал тебе на рождественских каникулах, остается в силе.
Гарри только вздохнул. Впрочем, его немного отвлекло то, что Северус успел снять мантию. Гарри переключился на рубашку, точнее попробовал переключиться. На третьей пуговице мужчина перехватил его руки.
- Нет. Неужели ты еще не запомнил?
Гарри только обиженно вздохнул, но решил не настаивать.
Еще несколько жадных поцелуев - и Гарри сам не заметил, как они очутились на диване. Северус ненадолго оторвался от Гарри, чтобы снять брюки и ботинки. Гарри последовал его примеру. Мысли проносились в голове как бешеные: казалось, Северуса что-то выбило из колеи, настолько необычным было сейчас его поведение.
Додумать Гарри не успел. Северус, раздевшись, лег на спину, потянув Гарри на себя. Лежать сверху было приятно. Но Гарри сейчас больше хотел почувствовать на себе тяжесть Северуса, и к тому же…
- Я лежу на твоих пуговицах, - недовольно поерзав, сообщил он. Северус фыркнул.
- Предлагаешь мне надеть рубашку задом наперед?
- Предлагаю тебе ее снять, - проворчал Гарри, заранее зная, что его предложение останется нереализованным.
Так и есть…
- У меня другое предложение, - мужчина приподнял бедра, вжимаясь ими в Гарри. Тот тихо застонал от возбуждения.
- Может, начнешь уже решать вставшую проблему? – выдохнул Северус на ухо Гарри. Привстав, Гарри бросил на любовника тоскливый взгляд. Северус был каким-то необъяснимо другим, словно был сейчас не с ним…
- Гарри, - Снейп приподнялся на локте, обнимая Гарри. Тот охотно прижался к нему, жмурясь от удовольствия. – Ну что опять не так?
- Все так… - пробормотал Гарри куда-то в шею Северуса и почувствовал, как мужчина направляет его руку к своему паху. Затем, дотянувшись до палочки, Северус негромко произнес:
- Accio, любрикант.
Гарри даже вздрогнул, когда маленькая баночка подлетела к нему с каминной полки, свалив одну из фотографий. Северус был готов заранее? Интересно, как долго она уже тут стоит?
Впрочем, когда Северус приглашающее раздвинул ноги, все мысли вмиг вылетели из головы….
Диван оказался достаточно широким, чтобы можно было устроиться на нем вдвоем, не свалившись, но особого комфорта не ощущалось. Однако это было последней вещью, о которой Гарри сейчас мог думать.
Он почти успел забыть, каким Северус бывает, когда открывается так, и, войдя и замерев, давая ему привыкнуть к себе, с волнением смотрел в глаза мужчины.
Северусу понадобилось всего несколько секунд, и он решительно толкнулся к Гарри бедрами, давая понять, что можно продолжать.
Гарри наслаждался тяжелым дыханием Северуса почти так же, как и глубокими движениями, поэтому и не сразу заметил, что огонь в камине окрасилcя в зеленый цвет…
Молниеносное движение – Северус дотянулся до палочки, молча взмахнул ею, а другой рукой зажал Гарри рот – всё заняло доли секунды. Гарри, замерев от ужаса, увидел, как в камине появилась голова Сириуса…
- Снейп! – громко позвал Сириус, оглядывая гостиную. Гарри посмотрел на него уже не со страхом, а с недоумением, и только потом перевел взгляд на Северуса, который лежал тихо и неподвижно.
Какое-то заклинание? Реакция у Северуса, конечно, невероятная…
Гарри уже хотел спросить, полагая, что заклятие звуконепроницаемости распространяется и на камин, но Северус, очевидно, поняв это, нахмурился и слегка нажал на губы Гарри, давая понять, чтобы он молчал.
- Снейп! – еще громче крикнул Сириус, видимо, думая, что зельевар в кабинете. Северус в это время резко потянул Гарри на себя, заставив коснуться лбом его лба, и уставился в глаза любовника.
«Он нас не видит», - почти услышал Гарри. Это что, мысли Северуса? Но как?
«Контактная легилименция», - еще одна явно чужая мысль. Гарри и не знал, что такое возможно…
Северус на секунду устало прикрыл глаза, потом снова посмотрел на Гарри.
«Молчи. Слишком много магических сил…» - промелькнул последний обрывок чужой мысли. Гарри и сам понял, что Северусу это давалось тяжело: он побледнел и нахмурился.
- Что? – Сириус в камине обернулся, глядя куда-то вглубь пламени. – Нет, кажется, его нету.… Ну, не так уж я орал.… Ну ладно, потом, - он еще раз оглядел гостиную – Гарри снова испуганно сжался, когда взгляд крестного скользнул по нему, и пропал.
В ту же секунду Северус взмахнул палочкой, каким-то неизвестным Гарри заклинанием заставляя пламя в камине полыхнуть белым.
- Я заблокировал камин, - вздохнул он, откидывая голову.
Гарри неожиданно нервно прыснул, чувствуя, как уходит напряжение. Ему и так было неловко, когда он узнал, что Сириус видел его воспоминания, а если бы Северус не успел…
- Гарри, - Северус сжал анус, напоминая о себе. Гарри задохнулся от неожиданности.
- Да…
***
- Поттер, - я потряс его за плечо. Поттер недовольно заворчал что-то, пытаясь удобнее устроиться у меня на груди, уже не обращая внимания на пуговицы. Как жаль, что эту татуировку не скрыть Маскирующими чарами…
- Поттер, если хочешь спать, пойдем в спальню.
Не реагирует. Уже уснул.
Я осторожно вылез из-под Поттера, взял с кресла плед. После недолгих раздумий применил к Поттеру Очищающие чары, они немного неудобные: стягивают кожу, но не тащить же его голышом в душ через кабинет! Тогда Драко не только Поттера придушит от злости, но и меня отравит. Исключительно из благих побуждений…
Я осторожно укрыл Поттера пледом и разблокировал камин. Все-таки служба у Темного Лорда выработала у меня невероятную реакцию. Интересно, что от меня понадобилось Блэку.
На столе стоял думоотвод, принесенный Поттером. С тем воспоминанием. Я осторожно провел ладонью по толстому стеклу. Стекло оказалось теплым, почти горячим.
Я решил, что Джеймсу не следует продолжать свои эксперименты, поэтому убрал думосбор. Не хватало, чтобы он попал еще в чьи-нибудь руки.
А Блек… Можно ведь и самому наведаться туда, тем более, что будить Поттера не хочется. Кстати, нужно еще проверить реакцию его крови на экспериментальное зелье…
Спустя десять минут – одеться, привести себя в порядок и оставить на всякий случай на столе записку – я взял горсть летучего пороха.
- Гриммаулд Плейс, двенадцать!
Блэка искать не пришлось: он сидел в гостиной, развалившись в кресле, и разглядывал бутылку огневиски, как я заметил, нераспечатанную.
- Снейп? – он явно не ожидал увидеть меня.
- Как видишь, - холодно кивнул я. – . – Ты уже пил?
- Нет. А что, хочешь присоединиться?
Я бросил на него презрительный взгляд.
- Избавь меня от этой неприятной процедуры. Просто тебе не советовал бы: во-первых, зелье, которое ты принимаешь, может среагировать не самым приятным образом, а во- вторых, мне надо взять у тебя кровь, и посторонние вещества могут помешать анализу.
Блэк кивнул и закатал рукав мантии: это для него стало привычным делом, усовершенствования Восстанавливающего зелья я проводил уже в пятый раз.
Специальная игла с обезболивающим эффектом, комплект которых я позаимствовал у Помфри, была гораздо удобнее, чем заклинание: она не повреждала тканей, как это могло сделать неаккуратное заклинание, не оставляла следов и регулировала количество взятой крови. Блэк с интересом смотрел на стекающую по стенкам мензурки кровь.
- Кстати, Снейп, я хотел с тобой поговорить…
- Знаю, - кивнул я, немного неловко вынимая иглу. Блэк поморщился.
- Осторожнее, дементор тебя через колено…
- Не уверен, что у дементоров есть колени, - я сел в кресло рядом с Блэком. Странно, что сейчас мы могли общаться вполне цивилизованно. Хотя и у него, и у меня теперь были причины не нападать первым: он был у меня в долгу, а я, во-первых, не хотел создавать неприятностей Поттеру, а во-вторых, боялся, что Джеймс Поттер снова начнет являться ко мне с какими-нибудь глупыми претензиями.
- Да, и мне как-то не представилось возможности проверить…
- Они такие застенчивые? – я приподнял бровь, Блэк расхохотался, но тут же резко замолк.
- Я хотел с тобой поговорить, Снейп.
- Я догадался, - сухо информировал я.
- Помолчи, будь добр, - Блэк поморщился. – Это… насчет Гарри.
Я кивнул. Что я и ожидал.
- Он будет жить с тобой? Ну, после Хогвартса?
Я покачал головой.
- Сомневаюсь, - к моему сожалению, кроме Поттера у меня были еще Джеймс, который помехой не являлся, и Драко, с которым, несмотря ни на что, Поттер так и не поладил. Может, они теперь и не поубивали бы друг друга, но я все равно опасался. Иначе,… наверное, пригласил бы Поттера к себе. Если бы нашел нужные слова и мужество…
- Ясно… Я надеюсь, что ты серьёзно относишься к этим отношениям? – грозный взгляд Блэка только насмешил меня. Увы, свою палочку Блэк потерял за Аркой, а для того, чтобы изготовить новую, ему как минимум пришлось бы выйти из дома…
- Достаточно серьёзно, - я кивнул. – Это все, о чем ты хотел мне сказать?
Раздумья и короткий кивок. Блэка явно обрадовало то, что я не собираюсь звать Поттера к себе. Впрочем, это понятно…
Когда я вернулся к себе в гостиную, Поттер спал. Впрочем, не так уж долго меня не было.
Я откинулся в кресле. Когда я с ним, порой мне кажется, что мне снова семнадцать…
***
Гарри свернулся на бордовом диване, лениво разглядывая суматоху, творившуюся творящуюся в гостиной Гриффиндора. ТРИТОНы позади – они уже выпускники.
И, пожалуй, впервые Гарри чувствовал себя так беспомощно.
Слишком много произошло в его жизни за последние два года, чтобы он мог позволить себе задумываться о будущем.
Он всегда хотел стать аврором. Но оказалось, что это желание было каким-то абстрактным. Гарри понял это только вчера, во время разговора с Гермионой. Только от нее он узнал, что существует Высшая Школа Авроров, в которую надо сдавать экзамены. На его счастье, туда собиралась поступать и сама Гермиона – он не удивился, когда узнал, что девушка решила сдавать экзамены сразу в четыре университета. Гермиона была твердо уверена, что провалится как минимум в трех, Гарри же ни минуты в ней не сомневался. Все, казалось бы, как обычно…
Но все же сейчас шли последние дни старой жизни. Жизни, в которой были его однокурсники и учителя. В которой был Северус.
Гарри не знал, собирается ли Северус продолжать их отношения и дальше. Он не спрашивал именно потому, что боялся ответа. И Джеймс ничего не говорил, по этому поводу. Будут ли они видеться после того, как Гарри уедет из Хогвартса? Он даже не знал, есть ли у Северуса место, где можно будет жить летом, потому что вряд ли Северус вновь переехал бы на Гриммаулд Плейс, когда там живет Сириус.
Вот только война не кончится с окончанием Хогвартса, и теперь Гарри было еще страшнее. Все же Хогвартс был достаточно защищен, чтобы он чувствовал себя в безопасности. И к тому же Гарри все так же продолжал считать его своим домом…
А вернется ли он когда-нибудь сюда?
Пожалуй, единственное, с чем у Гарри не возникало вопросов, это место, где он будет жить. Они с Сириусом даже не говорили об этом: Гарри и без слов знал, что крестный всегда будет рад видеть его.
Результаты ТРИТОНов и дипломы должны были выдать сегодня на выпускном балу. На следующий день все разъезжались. Экзамены в Школу Авроров состоятся почти через месяц. А потом…
А вот что будет потом, Гарри и сам не знал.
- Гарри, ты чего тут разлегся? Ты уже выбрал себе костюм? А кто твоя партнерша? – Невилл, плюхнувшийся на диван рядом с Гарри в опасной близости от его ног, пребывал в несвойственном ему возбуждении.
- Не знаю. Может, Луну приглашу, если она захочет, - пожал плечами Гарри, на всякий случай, отодвигаясь от Невилла подальше: перед балом ноги должны быть целыми, даже если он не собирается танцевать. – А костюм у меня всего один, так что и выбирать особо не из чего.
Невилл понимающе кивнул.
- Слушай, а галстука запасного у тебя не найдется? А то мой кто-то пожевал…
Гарри покачал головой. Невилл скорбно вздохнул, огляделся и направился к Симусу, спорящему о чем-то с Лавандой и сестрами Патил. Прислушавшись, Гарри понял, что они обсуждают прически и платья, и даже не удивился.
Из дальнего угла гостиной доносилось нестройное пение. Гарри покосился туда: Рон, Дин и неизвестно что тут делающий Захария Смит обмывали окончание Хогвартса сливочным пивом. Пели Дин и Смит, и Гарри порадовался, что Рон, судя по всему, напиться не успел: от его пения шарахались даже гиппогрифы.
- Гарри, у тебя нет запасного галстука? А то галстук Невилла…
- Кто-то пожевал, - кивнул Гарри на вопрос Гермионы, невольно вспоминая первый курс. – Нет.
- Безобразие, правда? – возмущенно ответила ему Гермиона, и Гарри повернул к ней голову. Оказывается, Гермиона комментировала действо в углу. – Просто безобразие! А ведь он староста, и ему еще со мной сегодня танцевать… Ты же знаешь, самые лучшие ученики открывают бал. А Рон предложил мне пойти с ним, - Гермиона неожиданно нежно улыбнулась.
- Тогда напои его Отрезвляющим зельем, - предложил Гарри. – Он и так танцевать не умеет, а в таком состоянии еще и рухнет на кого-нибудь.
- Да, ты прав.… Как ты думаешь, я мог Роберта попросить? Мы с ним, конечно, писали вместе работу, но…
- Можешь, - решительно кивнул Гарри. – Если найдешь.
Симус передислоцировался из компании девчонок в угол, развязно обнял Смита, видимо, Финнигану наконец-то улыбнулось счастье в личной жизни, и присоединился к песне, больше напоминающей вопли мартовских котов. Гермиона поморщилась.
- Так, все, - она решительно направилась туда. – Если вы сейчас же не прекратите…
Гарри тяжело вздохнул.
Последний день…


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 20:27 | Сообщение # 37
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
***
Рон выглядел счастливым до неприличия: он еще не знал, что ждет его следующим утром. Хотя Джеймс снабдил Гермиону и Антипохмельным, и Обезболивающим. Гарри, подпирающий стенку, невольно наблюдал за ними и Гермионой. Они танцевали – Рон не очень умело, Гермиона намного лучше – и смотрелись на удивление гармонично, словно были созданы друг для друга.
А может, это только казалось Гарри.
В конце концов, шесть лет они были для него самыми близкими людьми.
Гарри опять потянулся за кувшином с отвратительно кислым вином. То, которым его угощал когда-то Северус, было гораздо лучше.
- Они хорошо смотрятся, правда? – Гарри обернулся на голос Луны и кивнул. Луну, как оказалось, пригласил какой-то хаффлпаффец, и Гарри так и пришел без пары. Впрочем, на это не обратили внимания: шуму сегодня наделал Финниган, который пришел со Смитом…
- Если люди любят друг друга, они всегда кажутся вместе очень красивыми, - продолжила Луна и взяла с подноса чистый бокал. Гарри, не задумываясь, налил вина и ей.
- Спасибо. Жалко, что ты уходишь.
- Мне тоже, - Гарри бросил взгляд на другую сторону зала, где сидели учителя.
- Ты был хорошим учителем. А что ты будешь делать дальше?
- Пойду в школу авроров, - Гарри оторвался от поисков знакомой черной мантии и перевел взгляд на собеседницу.
- Ты будешь нам писать?
Гарри недоуменно нахмурился.
- Кому «вам»?
- Тем, кто у тебя учился, - пояснила Луна. – Мы решили, что будем продолжать тренироваться и учить младшие курсы, если снова будут не очень хорошие преподаватели.
- А Форст? – Гарри ничего не слышал о том, что он собирается уходить. Очевидно, у Луны было больше информации.
- Ему запретили преподавать в Хогвартсе. У нас на втором курсе его сын учится, - Луна ненадолго замолчала. – Ну, так будешь писать?
- Буду, - Гарри опять взял кувшин. За то время, пока Луна лишь едва прикоснулась к бокалу, он выпил все. Впрочем, может оно и к лучшему – не надо думать о неприятном… - Если хочешь, я вам еще заклинания присылать буду. У Сириуса такая библиотека…
Луна кивнула.
- Знаешь, я хочу сама стать учителем.
- А проклятия не боишься? – усмехнулся Гарри. Луна с мягкой улыбкой покачала головой.
- А я в него не верю. Знаешь, чтобы не бояться проклятия, надо всего лишь не верить в него.
- А если все-таки сбудется? – Гарри в очередной раз потянулся за кувшином, но на этот раз Луна перехватила его руку.
- Ты слишком много пьешь. Я давно на тебя смотрю. Не надо.
Гарри кивнул, в очередной раз посмотрел в толпу – и ему вдруг показалось, что он видит взгляд черных глаз…
- Извини, - он поставил бокал на столик, - я…
Слов не нашлось. Гарри просто решительно пошел вперед, изредка наталкиваясь на танцующие парочки.
В голове чуть-чуть шумело, но это было даже приятно.
Северус стоял в стороне от остальных преподавателей, как, впрочем, и всегда. В этом углу было достаточно темно, чтобы Гарри мог надеяться, что его не увидят рядом с Северусом. Впрочем, это последний день, и кому какое дело…
- Привет, - немного робко поздоровался он. Северус кивнул в ответ. – Ты не танцуешь?
- Прости, что? – Северус оторвался от созерцания толпы и пристально взглянул на Гарри. Тот потупился.
- Я хотел пригласить тебя на танец…
- Проще было бы дать интервью в Пророк. – Северус огляделся. – Пойдем, сядем, Поттер.
Гарри тяжело вздохнул и последовал за ним.
- Ты меня стыдишься? – будь Гарри трезв, он никогда не задал бы такой вопрос. Это, видимо, понял и Северус.
- Ты пил эту гадость, которую все называют вином? – Гарри кивнул, - У тебя плохой вкус, Поттер. А я просто не люблю видеть в газетах свое имя.
Повисло молчание.
«И ни слова о том, что будет, когда я уеду отсюда…»
- А давай пойдем к тебе! – вдруг не выдержал Гарри. – Я завтра уезжаю, и неизвестно когда…
Северус холодно качнул головой.
- Нет.
Гарри вздрогнул, словно его ударили. Северус, заметив это, вздохнул.
- Поттер, сейчас всего пять часов. Выпускной бал продлится еще три часа. А потом все разбредутся по пустым классам и чужим спальням, и поверь, что никто не обратит внимания, что тебя нет целую ночь. А теперь, будь добр, иди в компанию своих друзей, потому что профессор Флитвик уже пять минут смотрит на нас и не верит своим глазам. И не пей больше. Джеймс стащил последний флакон Отрезвляющего зелья, а я не хочу,… чтобы ты был пьяным.
***
Он лежит на мне: такой горячий, тяжелый и до странности родной. Водит пальцами по моему голому плечу.
Мы никогда не лежали так вот с Джеймсом. Кровати в нашем распоряжении оказывались очень редко и всегда ненадолго. И точно никогда мы не лежали так вдвоем в постели в полной темноте, зная, что впереди целая ночь. Что мы вместе заснем, вместе проснемся…
А что дальше?
Поттер нервничал, и я это видел. Но, признаться, не понимал причин. А их может быть предостаточно…
Он осторожно скатывается с меня, прижимается к моему плечу, гладит большим пальцем мой сосок. Ему явно нравится, когда я снимаю рубашку, но не всегда можно находиться в такой вот темноте.
Чувствую, как по груди щекотно скатывается капелька. Морщусь, поднимаю руку и стираю ее, и только тогда понимаю, что только что здесь лежала голова Поттера.
Слеза?
- Ты будешь жить у Блэка? – негромко спрашиваю я. Поттер беспокойно зашевелился.
- Да. А… что?
- Джеймс, полагаю, захочет видеть тебя.
Тихий вздох рядом.
- У меня этим летом будет много дел, - продолжил я. – А у тебя, я полагаю, экзамены.
- Да.
Режущая боль в сердце отдалась щипанием в глазах.
Я резко перевернулся, навис над ним и наклонился над его губами. Поттер отчаянно ответил на поцелуй. Как в последний раз.
- Как только я подключу дом к каминной сети, сообщу тебе адрес, - прошептал я в его раскрытые губы.
- Спасибо…
Опять благодарит ни за что…
- Спи. Завтра рано вставать, тебе еще вещи собирать. Присмотришь за Джеймсом в поезде, их с Малфоем с вокзала аппарирует домой Тибби.
Неясное шевеление рядом.
- Спокойной ночи, Северус…
Плотнее укрываю его одеялом. На душе тяжело от грядущего расставания. Так же, как и на том выпускном, когда мы были с Джеймсом вместе в последний раз.
- Спокойной ночи, Гарри.


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 20:28 | Сообщение # 38
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
Глава 12

«Любимый!...»
«Дорогой Северус!...»
«Северус! Как твои дела? Я очень скучаю…»
«Северус! Как твои дела? Как там Джеймс? Они с Малфоем еще не поубивали друг друга? У меня все хорошо. Готовлюсь к поступлению в Школу Авроров. Недавно заходили Рон и Гермиона, они уже наметили дату помолвки на начало августа, когда будут известны результаты экзаменов…»
Гарри еще раз перечитал начало письма и тяжело вздохнул. Он старательно вычеркнул все, что относилось к его чувствам: все «люблю», «скучаю» и «приезжай, пожалуйста, скорее». Но без всего этого оказалось, что писать Северусу абсолютно не о чем.… Да и информация о Роне с Гермионой, если подумать, тоже лишняя. Вряд ли Северусу это интересно. Это же не его друзья…
Гарри скомкал очередной кусок пергамента и бросил его на пол, где на него увлеченно накинулся Живоглот. Гермиона попросила Гарри присмотреть за ним: ее родители уехали на время из Англии, чтобы мать Гермионы могла оправиться, а она сама жила у Рона, где Живоглот решил начать сезон охоты на пушистика Джинни Арнольда. После нескольких скандалов и долгого воркования и Джинни, и Гермионы над перепуганным до полусмерти, еле живым пушистиком, Гермиона решила прибегнуть к помощи Гарри.
Живоглот, впрочем, никаких проблем не доставлял, и вообще напоминал о своем существовании достаточно редко. По большей части, он спал в комнате Сириуса, с которым еще четыре года назад нашел общий язык.
Шла уже вторая неделя, и Гарри уже шесть дней пытался сочинить письмо Северусу. И все эти шесть дней он только пополнял коллекцию игрушек Живоглота…
С грустью окинув взглядом мусор на полу, состоящий из скомканных пергаментов и двух обломанных перьев, Гарри решительно пододвинул к себе учебник по Зельям
Для поступления в аврорскую школу требовалась оценка «Превосходно».
***
Очередное неприятно-холодное утро. Холодное, потому что рядом не было Северуса.
Люпин наверняка заметил, что Гарри теперь перебрался в ту комнату, где на каникулах жил Северус. Но Гарри было все равно: уж кто-кто, а Люпин точно бы не стал его осуждать. Хорошо еще, что Сириус поверил в то, что в бывшей комнате Гарри тоскливый вид из окна и дует по ночам.
Гарри плотнее закутался в одеяло, вспоминая тот самый день, когда сбылись его мечты.
От размышлений его оторвал звук шагов в коридоре.
На размышления ушло всего несколько мгновений. Это не может быть Сириус, потому что ему незачем спускаться ночью в этот коридор, не может быть Люпин, потому что он не ходил бы так, таясь, и не может быть Живоглот, потому что стук каблуков никак не походил на кошачьи шаги.
Гарри вскочил, стараясь двигаться как можно более бесшумно, схватил палочку и выбежал в коридор.
Кто-то бежал вниз по лестнице. Гарри бросился следом.
Может, он и успел, если бы не услышал звук открывающейся двери. На то, чтобы понять, что он просто разбудил Люпина, ушло несколько секунд. Гарри только успел увидеть невысокую хрупкую фигурку и промельк длинных густых волос – он даже не различил цвета: спросонья его ослепил свет в гостиной.
А потом полыхнуло пламя камина. Когда Гарри вбежал в гостиную, там уже никого не было.
- Что случилось? – за ним в комнату торопливо вошел Люпин. Гарри беспомощно обернулся.
- Здесь кто-то был. Можно как-нибудь отследить, куда отправился человек через камин?
Оборотень нахмурился.
- Можно попробовать, но это долго.… В Министерстве можно получить информацию обо всех перемещениях по каминной сети, но я думаю, что на это уйдет день-два.
Гарри прикусил губу. Теперь он не чувствовал себя здесь в безопасности как раньше.
- А вообще можно как-то проникнуть сюда, минуя защиту дома? Я думал, что это невозможно.
- Я сам так думал. А ты уверен, что тебе не показалось?
- Что? – Гарри возмущенно уставился на Люпина. – Нет, конечно! Это была девушка, невысокая и с длинными волосами…
Люпин кивнул.
- Я сегодня же свяжусь с Дамблдором.
Гарри бросил взгляд на часы. Восемь утра. Завтракать не хотелось…
- Я пойду в библиотеку, - сообщил он. Люпин кивнул.
***
В библиотеке горел огонь в камине. Странно: Гарри всегда гасил его, прежде чем уйти.
Все книги по защите, с которыми работал Гарри, все так же лежали неаккуратной стопкой у дивана. Но Гарри не покидало острое ощущение того, что что-то тут неправильно. Он прошел вдоль стеллажей, надеясь понять, в чем дело.
Просвет виднелся на одной из полок, и Гарри остановился перед ней, пытаясь вспомнить, какая книга стояла тут: он мог и сам взять из шкафа книгу, а может, её взяла отсюда неизвестная злоумышленница.
Справа – «История возникновения Запрещенных заклинаний», слева – «Темномагические ритуалы, том второй»
Второй том?
Точно. Здесь стояла та самая выдвинутая книга, которая насторожила его тогда, когда его чуть не отравила Паркинсон…
Конечно, стоило спросить у Сириуса и Люпина, но Гарри был твердо уверен, что они не брали эту книгу.
Его интересовал только один вопрос: неужели ее можно было только украсть из этой библиотеки? Гарри сомневался, что, будь это какой-нибудь темный маг, он не нашел бы иного, более простого способа достать книгу, чем пробираться в такой защищенный дом. А значит…
- Гарри, иди завтракать! Того и гляди, переучишься, и голова распухнет! – весело заорал снизу Сириус, прогоняя забрезжившую мысль. Гарри вздохнул, погасил огонь в камине и направился к выходу.
***
Люпин пропадал в Министерстве уже третий день, стараясь добиться разрешения на доступ к данным. Гарри видел его только поздно вечером, часов в одиннадцать. Все эти три дня им с Сириусом пришлось питаться бутербродами и печеньем: Гарри раньше как-то не замечал, что готовил именно Люпин.
На четвертый день жутко недовольный Люпин вернулся домой раньше обычного, всего в восемь. Гарри, привычно устроившийся у камина с учебником, поднял голову в ожидании новостей.
- Привет! Ну что, узнал что-нибудь?
Люпин только махнул рукой и рухнул в кресло.
- Ничего. В Министерстве отслеживают камины только в домах тех, кто замешан в каком-нибудь преступлении. А этот дом у них, оказывается, вообще числится как нежилой – впрочем, я мог бы догадаться. Правда, я был у Дамблдора, на днях он зайдет, чтобы обновить защитные заклинания. Он говорит, что последний год этот камин связан только с Хогвартсом, Норой и несколькими защищенными от посторонних каминами членов Ордена. Да, еще камин специально открывали, чтобы попасть на Косую Аллею.
- То есть, кто-то посторонний сюда может попасть только через Хогвартс? – переспросил Гарри. Люпин покачал головой.
- Еще Нора. Она защищена не слишком хорошо. Я был там, за последние дни никто не заметил вторжений, заклинания в порядке.
- Гарри нахмурился. Это говорило только о том, что маг, проникший сюда, был слишком сильным и умелым, чтобы оставить следы. Еще можно было предположить, что неизвестный просто сумел пройти через заклинания, не взламывая их…
Но Гарри предпочитал первый вариант.
***
«Здравствуй, Поттер.
Я полагал, что смогу зайти к тебе на днях, но непредвиденные обстоятельства, а именно несанкционированное проникновение ночью в Имение Блэков посторонней личности, заставило меня поменять планы.
Джеймс с Драко, к моему великому удивлению, еще не поубивали друг друга. Они даже вместе решили поступать в Университет Зельеварения во Франции на заочное отделение. Джеймс не хочет поступать на дневное из-за своего возраста и, насколько я знаю, собирается после окончания Университета получать еще одно высшее образование. Сейчас они оба целыми днями пропадают у меня в лаборатории, причем взорвали всего один котел за две недели. Зато они ухитрились разбить колбу с осьминожьей слизью, и Драко до сих пор не может отмыться.
Честно говоря, я надеюсь, что они хоть немного подружатся, потому что мои запасы ингредиентов не бесконечны, как и нервы.
Мы с Дамблдором решили, что лучшей защитой для моего дома станут чары Фиделиус. Хранителем Тайны я собираюсь сделать Люпина. Кстати, к вопросу о Люпине, будь добр, передай ему, что если он опять будет вмешиваться в чужие дела, которые отчасти являются и моими, я отработаю на нем несколько замечательных заклинаний, которые не внесены в список Темномагических лишь потому, что были забыты около трех-четырех веков назад.
Хочу предупредить тебя, что на письмо наложено несколько охранных заклинаний, так что можешь оставлять его с кучей другой макулатуры на виду у всех. Искренне надеюсь, что вышеупомянутый Люпин в очередной раз пожелает сунуть нос в твои бумаги. В этом случае его будет ожидать неприятный сюрприз.
Надеюсь, у меня все-таки найдется свободное время.
До встречи.
Северус»
Гарри дважды прочитал письмо, просто наслаждаясь знакомым языком, косым вытянутым почерком. Он даже невольно потянулся к металлическому S-образному медальону, снова висящим у него на шее. В Хогвартсе Гарри не носил его после Рождества, боясь, что снова неправильно истолкует чувства Северуса и потеряет его. Или наоборот – правильно истолкует.… В общем, лучше было оставаться в неведении.
И только в третий раз перечитав письмо, Гарри понял, о чем говорилось в двух последних абзацах.
Когда смятые черновики писем пропали из его комнаты, он был твердо уверен в том, что это прошелся по поместью Люпин, в очередной раз обуреваемый жаждой чистоты. Но Гарри и представить не мог, что Люпин мог прочитать эти письма, а тем более взять и отправить все это Северусу…
Северус не успеет отработать на Люпине свои заклинания, мстительно подумал Гарри, аккуратно складывая письмо и засовывая его в карман. Гарри сам его придушит.… Если голыми руками не получится, то подушкой… во сне…
Из гостиной слышались тихие голоса, и Гарри сбавил шаг. Дверь была приоткрыта.
Картина, которую он увидел, мгновенно прогнала все агрессивные мысли и заставила его застыть.
Сириус сидел на полу, облокотившись о кресло, а между его ног, прижимаясь к груди Сириуса спиной и откинув голову на его плечо, устроился Люпин.
Они молчали, но Гарри отлично понимал, что только что произошло между ними. Об этом кричало все: расстегнутая рубашка Люпина и отсутствие оной у Сириуса, растрепанные волосы обоих, небрежно застегнутые брюки оборотня. И характерный терпкий запах.
- Рем, - негромко позвал Сириус. Люпин повернул к нему голову. Гарри торопливо отпрянул.
Хорошо, что он не ворвался в гостиную как обычно. Его явно не рассчитывали увидеть там: в это время Гарри сидел в библиотеке…
Ему вдруг стало неудобно находиться в этом доме. Он вспомнил фотографии Сириуса, на которые наткнулся когда-то в его комнате. Значит, они с Люпином уже давно любят друг друга. И скрывают это от него.
Стало немного обидно. Совсем чуть-чуть. Гораздо сильнее Гарри хотелось оставить их вдвоем в этом доме, дать им возможность не скрываться. Потому что наверняка это доставляло им много трудностей, тем более что Гарри до сих пор ничего не замечал…
Идея пришла неожиданно. Адреса Северуса, чтобы пройти через каминную сеть, Гарри не знал, но зато у него было письмо. А по нему можно задать аппарационные координаты.
Собрал вещи он быстро. Часть одежды пришлось оставить, впрочем, здесь она не пропадет. Ее место заняли книги: Гарри справедливо решил, что Сириус не станет возражать. Еще через пару часов была сочинена записка, объясняющая причины ухода Гарри и сообщающая, где его можно найти в экстренном случае.
Ужин прошел в необычно напряженной атмосфере. Сириус ничего не замечал. Люпин подозрительно хмурился. Живоглот, забравшись на стол, опрокинул бутыль с вином.
В двенадцать часов ночи Гарри оставил записку на столе в кухне, зная, что именно сюда первым делом направится утром Люпин, и, выйдя из дома, торопливо аппарировал.
***
Не расщепило.
Это была первая адекватная мысль после нескольких витиеватых ругательств. До этого Гарри аппарировал только в Большом зале, из одного обруча в другой, и не знал, что аппарация на больших расстояниях по ощущениям напоминает протаскивание через пожарный шланг.
Главное, что его не расщепило. В этом Гарри был уверен твердо: не было ни боли, ни крови, ни какого-либо дискомфорта.
Поставив рядом с собой чемодан, Гарри огляделся, стараясь понять, который из окружающих его домов – дом Северуса.
Это оказалось непросто. Ближе всего Гарри находился к старым развалинам, у дома, который когда-то здесь был, уцелела только правая часть, прикрываемая истлевшей крышей. Слева сохранился только фундамент, почти не видный за разросшимися старыми деревьями и бурьяном. Ограда была погнута, калитка заржавела в полуоткрытом положении.
Справа от руин стоял маленький домик с большими окнами. Сквозь них были видны светлые шторы в веселенький цветочек и большой белый холодильник, у которого иногда появлялся человеческий силуэт с явно женскими формами. Слева находился достаточно роскошный – не будь он таким обветшалым – особняк с небольшим, заросшим тиной прудиком. Рядом можно было различить в полутьме кресло-качалку, укрытую старым пледом, и намокшую газету на траве.
Гарри осторожно направился влево, стараясь различить, какие дома находятся дальше. Голос, прозвучавший за спиной, застал его врасплох.
- Какого пьяного Мерлина ты тут делаешь, Поттер?
Оглянувшись, Гарри с удивлением понял, что Драко Малфой, а это был именно он, пытался протиснуться на улицу из-за заржавевшей калитки. Где он мог быть раньше, Гарри не понимал. Не в доме же, который того и гляди обрушится!
После недолгого молчания, на протяжении которого Малфой все так же безуспешно пытался пролезть через щель в калитке, Гарри фыркнул.
- Что, Малфой, ты так растолстел, что в калитку не пролезаешь?
В ответ он получил высокомерный взгляд.
- Я так понимаю, Поттер, ты пришел к Северусу, а значит, тебе самому придется пролезть в эту дыру. Предупреждаю, что это маггловский район, и колдовать здесь нельзя. Так что вперед. Все претензии по поводу неудобного входа выскажешь Северусу, когда он вернется.
Гарри только пожал плечами. Не похоже, чтобы слизеринец жил на развалинах. Значит, либо на это место наложены Маскирующие чары, либо из него можно попасть в приличное жилище. Поэтому, подождав, пока Малфой отступит подальше от забора, он с некоторым трудом перекинул на ту сторону чемодан, одновременно вспоминая, нет ли там хрупких вещей, и легко перелез через ограду сам, благо она была не слишком высокая и с множеством выступов: в детстве Гарри преодолевал и не такие преграды.
Предположение Гарри оказалось верным: на дом действительно были наложены Маскирующие чары. Как только он оказался за забором, он сразу увидел небольшой двухэтажный дом, окруженный неряшливым, заросшим садом. В окнах на первом этаже горел свет.
- Если честно, я надеялся не увидеть тебя как можно дольше, - сообщил Малфой, поворачиваясь к Гарри спиной и направляясь к дому. – Веди себя тихо, Поттер, Джеймс уже спит. Северуса еще нет, можешь подождать его.
- А где, интересно, он шляется в такое время, - недовольно поинтересовался Гарри. Перспектива сидеть вдвоем с Малфоем его отнюдь не прельщала.
- Я передам ему твой вопрос, – довольно усмехнулся Малфой. – Поттер, ты что там застрял?
Гарри, чемодан которого попал в довольно внушительную выбоину на дорожке, задохнулся от возмущения.
- Что? Ну, знаешь… Черт, Малфой, лучше бы помог!
- Vingardium Leviosa, - после недолгих наблюдений за мучениями Гарри Малфой взмахнул палочкой. Гарри немного растерянно взглянул на вырвавшийся у него из рук чемодан.
- Ты же говорил, что тут нельзя колдовать…
- Я не говорил, что нельзя колдовать за защитным щитом, - Малфой выглядел на редкость счастливо.
- Гадюка слизеринская… - прошипел Гарри, следуя за Малфоем, который продолжал левитировать его чемодан к дому. В ответ раздалось только негромкое хмыканье.
Изнутри дом никак не походил на тот, в котором, по мнению большинства, должен был жить мрачный зельевар. Гарри, впрочем, быстро нашел этому оправдание: во-первых, Северус недавно поселился здесь, а во-вторых, Гарри был уверен, что сам знает его не так уж хорошо. В конце концов, гостиная Снейпа когда-то тоже оказалась не такой, какой ее мог представить Гарри курсе на пятом…
Осторожно поставив чемодан на пол, Малфой молча прошел из прихожей в одну из дверей. Немного подумав и заглянув на всякий случай за вторую, там оказалась кладовка, Гарри пошел следом.
Комната была относительно небольшой, учитывая то, что она являлась одновременно гостиной и столовой. У дальней стены стоял потертый диван с нелепой обивкой в разноцветную полоску, у камина – два изящных белых кресла, совсем не сочетающиеся с этим диваном, которые, похоже, были новыми. Малфой опустился в одно из них, и Гарри, не раздумывая, направился к дивану.
Над камином висели часы, такие же старые, как и большинство предметов в этой комнате, и, судя по всему, маггловские. Гарри чувствовал беспокойство, глядя на них. Половина первого – где же может быть Северус?
Впрочем, Малфой был абсолютно спокоен. Это вселяло надежду, что все идет так, как и должно.
- Тибби приветствует молодого хозяина, - от раздумий Гарри отвлек тихий хлопок и тоненький голос эльфа. Странно, до этого эльф никогда не заговаривал с ним. Но еще больше обескураживало обращение. – Молодой хозяин голоден?
- Э… нет, спасибо. Тибби, а почему ты назвал меня «хозяином»?
Малфоя судя по тому, с каким любопытством он обернулся, тоже интересовал этот вопрос.
- Тибби – старый эльф, - Гарри показалось, что домовик посмотрел на него с осуждением. – Тибби помнит традиции рода Снейпов. И молодой хозяин не должен извиняться, - домовик коротко поклонился и исчез.
- Чтобы ты знал, ты его оскорбил, Поттер, - сообщил Малфой, снова отворачиваясь. – Я прекрасно понимаю, что до этого у тебя не было особого опыта в общении с приличными эльфами. Но некоторые из них всерьез могут обидеться на подобные проявления вежливости. Да, и извиняться я тебе тоже не советую. Это не входит в «традиции рода Снейпов».
- А ты такой знаток традиций домовых эльфов? – ехидно поинтересовался Гарри.
- Сразу видно, Поттер, что ты ничего в этом не смыслишь, - Малфой все так же сидел к Гарри спиной, что, конечно же, злило. - В отличие от многих чистокровных родов, в роду Снейпов существует кроме обычных традиций еще и специальный кодекс поведения с домовиками. Все вежливые слова и отношения на равных оскорбляют не только домовика, но родовое имя Снейпов. Насколько я понял, домовикам также запрещено разговаривать с людьми, не относящимися к семейству Снейпов.
- А разве Севе… Снейп так придерживается традиций? – не удержался от вопроса Гарри. Странно, но ему вдруг показалось интересным то, что рассказывал Малфой.
- Нет, конечно. Северусу на это, грубо говоря, плевать, - в отличие от Гарри Малфой явно не стеснялся называть Снейпа по имени. – Да и вообще этот эльф – единственный, кто чтит традиции рода Снейпов за последние двести лет.
- Двести? – не поверил Гарри. – Сколько же ему тогда?
- Около двухсот пятидесяти, - охотно просветил Малфой. – Эльфы стареют еще медленнее, чем маги. Этот, я думаю, переживет еще два-три поколения.
Гарри кивнул.
- А я думал, что Се… Снейп – полукровный маг в первом поколении…
- Это действительно так, - терпеливо продолжил Малфой. – Достаточно часто бывает так, что маги перестают следовать родовому кодексу, но продолжают хранить чистоту крови. Кстати, в их число входили и твои предки.
Гарри быстро поднял голову, надеясь, что Малфой не замолчит на этом месте.
- Поттеры всегда были одной из самых богатых чистокровных семей. Насколько я знаю, тебе досталась меньшая часть наследства. Старший брат твоего отца женился на какой-то итальянке. А она через полгода после свадьбы отравила его и унаследовала половину состояния Поттеров. Впрочем, она наслаждалась богатой жизнью недолго: через какое-то время половины состояния Поттеров ей показалось мало, и она решила таким же образом присвоить деньги Малфоев.
- И что? – Гарри неожиданно заинтересовался этой историей.
- А ничего. Она не знала характера моего отца. А для него смешать английскую кровь с какой-то итальянской – это высшее оскорбление. К тому же до него дошли слухи о кончине ее предыдущего мужа. В общем, через пару месяцев эта итальянка тихо умерла у себя на родине якобы от остановки сердца, а на самом деле – от медленного яда….
Хлопнула входная дверь, и Малфой замолчал. Гарри невольно напрягся: ему вдруг идея приехать сюда показалась не такой уж и хорошей…
- Драко, - раздался знакомый голос из прихожей, - ты почему до сих пор не спишь… Поттер? - Северус замер на пороге. Гарри невольно съежился. – Что-то случилось? Как ты вообще сюда попал?
- Аппарировал, - ответил Гарри на самый безопасный вопрос. Северус нахмурился.
- Как ты прошел через защитные чары?
- Я его провел, - сообщил Малфой. Северус бросил на него такой взгляд, будто только сейчас о нем вспомнил.
- Марш к себе, - резко бросил он. Малфой, к великому удивлению Гарри, послушался. Северус следил за ним взглядом до тех пор, пока Малфой не скрылся наверху.
- Я… - попытался как-то оправдаться Гарри, но Северус неожиданно мягко перебил его.
- Идем на кухню. Будешь чай?
***
Гарри разглядывал вид из окна. Хотя и разглядывать было особо нечего: заросший бурьяном дворик, посреди которого возвышалось одинокое сухое дерево.
- Поттер, - нарушил повисшее молчание Северус, ставя перед Гарри чашку чая и садясь напротив него на старый табурет, – ты не мог бы сообщить мне причины, по которым ты оказался здесь, причем в столь неурочное время и с вещами?
Гарри прикусил губу.
- Ну.… Это из-за Сириуса и Люпина…
Северус хмыкнул.
- Интересно. Я мог бы понять, если бы ты сбежал оттуда потому, что не хотел, чтобы кто-то рылся в твоих письмах, но при чем тут Блэк…
Гарри покраснел, представив, что Северус читал все, что он писал в этих черновиках, но нашел в себе силы ответить.
- Нет, это… ну… просто я узнал, что они… вместе, - оказалось, что сформулировать эту мысль так, чтобы она не звучала пошло, было довольно непросто.
Северус какое-то время молчал, видимо, пытаясь понять, что Гарри имеет в виду. Затем кивнул.
- Ясно. Я так понимаю, ты сюда надолго?
Гарри кивнул.
- Если ты не против.
- Не против.
Опять молчание. Гарри задумчиво выводил кончиками пальцев круги на кружке, отдергивая руки, когда становилось слишком горячо. Северус разглядывал занавески на окне, заштопанные, в голубую клетку. Гарри тоже невольно посмотрел на них.
- Ужасное зрелище, не правда ли? – Северус поймал его взгляд. Гарри согласно кивнул. – Это осталось от предыдущих хозяев. Как и почти вся мебель в этом доме. Я только выбросил кое-какую маггловскую технику, потому что Тибби постоянно ворчал, и освободил от хлама чердак.
- А кресла в гостиной? – почему-то спросил Гарри. Северус кивнул.
- Да, я купил их недавно. В начале каникул, - Гарри показалось, что голос Северуса как-то изменился. Впрочем, это могло быть следствием усталости.
- Ты всегда так поздно приходишь? – робко поинтересовался Гарри. Северус покачал головой.
- Нет. Я собирался вернуться сегодня в десять, но мы не могли договориться о цене с клиентом. Летом я в основном зарабатываю тем, что варю зелья на заказ. Сегодня один человек потребовал от меня интересное темномагическое зелье, а по моим расценкам они стоят дороже. К тому же у меня нет необходимых ингредиентов, а значит мне надо очень постараться, чтобы их достать, а это требует определенной надбавки.
Гарри слушал голос Северуса с удовольствием. По большей части, ему было даже все равно, что он говорил.
- Мне кажется, или ты действительно спишь? – в голосе Северуса послышались насмешливые интонации. Гарри торопливо поднял голову.
- Нет!
Тяжелый вздох.
- А я почти сплю. Допивай свой чай.
Потом они молчали. Гарри думал о том, как долго они не видели друг друга. Почти три недели…
Для Гарри эти недели превратились в вечность.
Северус разглядывал его. Гарри готов был поклясться, что сегодня он был другим, не таким, как всегда. Каким-то открытым. Может быть, просто позволившим себе чувствовать и показывать чувства, не скрывать свою уязвимость. Позволившим себе быть искренним.
Гарри уже видел его таким несколько раз. Вечерами в Хогвартсе, когда он допоздна засиживался в комнатах Северуса…
- Идем, - Северус поднялся с табуретки. – Оставь чашку. Тибби уберет.
- Он сегодня назвал меня «молодым хозяином», - вспомнил вдруг Гарри. – Сказал, что это какая-то традиция рода Снейпов. О чем он говорил?
Ему показалось, или Северус и в самом деле напрягся?
- Понятия не имею, - холодный голос. Точно что-то не так.
Переспрашивать Гарри не решился.
На втором этаже, куда его привел Северус, Гарри разглядел четыре двери, самая дальняя из которых была прикрыта переливающейся всеми цветами радуги занавеской явно магического происхождения. Его это немало удивило, если здесь жили магглы, то откуда у них могла взяться эта вещь? На то, что ее купил Северус, было не похоже…
- Поттер, - мужчина остановился и обернулся. – Я хочу тебя попросить и очень надеюсь, что ты выполнишь мою просьбу. Будь добр, ни при каких обстоятельствах не заходи в дальнюю комнату, - после короткой паузы он объяснил, - там до сих пор остались вещи прежних хозяев. Я не хотел бы, чтобы кто-то даже просто видел их.
Гарри кивнул.
- Я не запирал эту комнату, - продолжил Северус, - потому что Джеймсу я доверяю, а Драко не сможет ослушаться моего приказа. Надеюсь, с твоим появлением мне не придется жалеть об этом, - Северус открыл ближайшую дверь. – Заходи.
Обстановка в спальне была на удивление скудной. Слишком узкая даже для односпальной кровать, шкаф, письменный стол у окна и обеденный стул, три таких же Гарри заметил внизу в гостиной-столовой.
- Ванная там, - Северус показал на дверь рядом со шкафом, которую Гарри сначала не заметил. – Хотя боюсь, что ты уснешь и захлебнешься, так что не думаю, что сегодня стоит рисковать… - он подошел к шкафу, открыл его и принялся рыться на полках. Гарри решился проявить инициативу и снял с кровати покрывало, аккуратно свернул его и положил на стул.
- А кровать не слишком узкая? – с сомнением поинтересовался он. Снейп обернулся. Гарри увидел у него в руках стопку постельного белья и теплый плед и почувствовал неладное.
- Если ты не ворочаешься во сне, то не упадешь, - уверил его Северус. – Если хочешь, могу подложить тебе подушки на пол.
Гарри растерянно молчал. Это что, значит, что Северус будет спать отдельно?
Заметив растерянность Гарри, Северус слегка усмехнулся, положил постельное белье на стол и сел рядом с Гарри, как-то слишком осторожно обнимая его за талию. Гарри не удержался и прижался к его плечу щекой.
- Я скучал, - тихо признался он.
- Знаю, - Северус зарылся лицом в его волосы так, что тяжелые черные пряди, пахнущие травяным шампунем, перемешались с волосами Гарри. Парень невольно потянулся к пуговицам на рубашке Северуса и тут же пожалел об этом: мужчина отстранился.
- Не сейчас, Поттер. Я очень устал и хочу спать, а завтра мне рано вставать.
Гарри тяжело вздохнул.
- Может, все-таки ляжешь здесь? – робко поинтересовался он.
- Нет, - Северус быстро дотронулся губами до губ Гарри и поднялся. – Завтра с утра меня не будет, я вернусь к двенадцати. Спокойной ночи.
Дверь закрылась. Гарри еще несколько секунд сидел неподвижно, а потом быстро разделся, погасил свет и забрался под одеяло.
Подушка пахла травяным шампунем. Одеяло, казалось, было пропитано теплом Северуса.
Все хорошо, верно?


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 20:29 | Сообщение # 39
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
***
Выйдя из собственной спальни, я остановился на секунду, прижимаясь спиной к закрытой двери и наслаждаясь одной мыслью о том, что Поттер рядом.
Никто не знал, что творилось у меня в душе после той выпускной ночи, когда он уехал из Хогвартса навсегда. Когда я каждый день, сам не желая признать этого, ждал его письма, зная, как он несдержан в эмоциях. Когда мне казалось уже, что я ошибся.
Словно вернулись те подростковые чувства, которые когда-то заставили совершить самую большую ошибку в моей жизни.
Я был счастлив, когда мне пришла целая стопка измятых черновиков, в которых нашли отражение его искренние чувства. И, пожалуй, еще больше меня порадовало то, что он не решился присылать их мне. Я ценил сдержанность, а порывистость, свойственная обычно Поттеру, раздражала меня.
Кажется, мы оба с ним ведем себя как два влюбленных бестолковых барана.
Сегодня, когда я увидел его, я вдруг понял, как же скучал по нему. Скучал так, что опустился до ненавидимой мной нежности. И кто знает, что было бы, если бы у нас оказалось больше времени? Он был слишком теплым и близким, а его губы – слишком горячими, чтобы я мог сдержаться.
Но в то же время где-то глубоко-глубоко внутри меня грызли давно забытые сомнения, и я готов был поручиться, что скоро они усилятся.
Слишком страшно было впускать его в свою жизнь. Слишком страшно было зависеть от него.
А сейчас все эти отношения выходили на другой уровень. Теперь между нами почти не было преград, и это, как ни странно, пугало.
А может, этот страх был потому, что оставшаяся преграда была непреодолимой?
Потому что Джеймс все еще был братом Поттера, как бы то ни было. И мне оставалось только выбирать, кого я люблю больше - сына или любовника. Потому что я был уверен в том, что совмещать это невозможно.
В спину мне уперлась завитушка на двери. Свою спальню я устроил в бывшем кабинете, только поставил туда кровать. Хотелось, конечно, устроить там лабораторию, но комнат не хватало, и под свое рабочее место пришлось обустроить чердак.
Под дверью погас свет. Я направился к лестнице.
Старый диван был на редкость неудобным, хотя и достаточно просторным, чтобы я мог свободно на нем поместиться. Я отвернулся к спинке и закрыл глаза.
Именно промелькнувшая мысль о Джеймсе заставила меня спать отдельно от Поттера. И еще – страх. Потому что я чувствовал, что стоит мне лечь спать с ним – сегодня, завтра, послезавтра – как все изменится. Станет слишком стабильным, чтобы надеяться на то, что я смогу спокойно пережить расставание.
Он хочет серьезных отношений. Я боюсь их, но в то же время не желаю больше мимолетных увлечений. А как можно назвать то, что сейчас происходит между нами?
Мы словно медленно приручаем друг друга. Хотим, чтобы доверяли нам, и боимся доверять сами. Кто уступит первым? Или не получится у нас ничего?
К тому же, я так волнуюсь из-за того, что между нами стоит Джеймс. А еще – мой возраст. Я гожусь ему в отцы. А он… он еще подросток, неожиданно понял я. И даже если эта его любовь серьезна, кто знает, с кем сведёт его жизнь в дальнейшем. Кого он еще сможет полюбить. Это я, человек, который почти не знал ласки в жизни, полюбил первого, кто дал ее мне, пусть немного, редко, пусть неправильно…
Засыпал я, раздираемый сомнениями.
***
Гарри проснулся оттого, что кто-то зашел к нему в комнату. Ах, да, не к нему, а в спальню Северуса.
- Дбрутро… - пробормотал он, стараясь открыть глаза.
- Спи, Поттер, еще рано. Всего семь часов, - раздался в ответ холодный голос Северуса. – Мне просто понадобилась ванная.
Вместо того чтобы послушно повернуться к стене и снова уснуть, Гарри приоткрыл глаза.
- Куда ты в такую рань? – невнятно из-за сдерживаемого зевка поинтересовался он.
- Не твое дело, Поттер, - отрезал Северус, скрываясь в ванной и захлопывая за собой дверь.
Возмущенный таким тоном, Гарри даже сел на кровати. После вчерашнего вечера этот тон Снейпа оказался похлеще ледяного душа.
Хотя не стоило и надеяться на то, что Снейп будет вести себя с Гарри так же нежно, как и вчера ночью. Гарри не знал, чем вызвано было его вчерашнее поведение. Конечно, была надежда, что Северус просто соскучился по нему и был рад его видеть.… Но Гарри, хоть и хотел верить в это, не мог себе позволить такой роскоши, потому что помнил, как бывает больно, когда рушатся надежды.
Дверь ванной снова открылась. Северус был уже одет в свою обычную черную мантию. Воротник был расстегнут, и Гарри различил белую рубашку.
- Ты все-таки решил встать? – Северус окинул Гарри пристальным взглядом. – В таком случае не буди Джеймса, будь добр. Если захочешь есть – обратишься к Тибби. На чердаке моя лаборатория - не вздумай туда заходить, как и в ту комнату, которую я показал тебе вчера. На улицу не выходи, можешь погулять в саду, там тебя не увидят. Да, сегодня должен зайти Люпин, так что будь готов к разговору с ним, - закончив сухую речь, Северус вышел из комнаты, мантия знакомо взметнулась.
Гарри тяжело вздохнул и потянулся за футболкой. Может быть, сидеть на Гриммаулд Плейс вдали от Северуса было бы проще?
***
- Гарри! – радостный вопль Джеймса заставил Гарри, уютно устроившегося в кресле, уронить книгу из библиотеки Сириуса и поставить большую кляксу на пергамент с кратким конспектом. Конспект был настолько кратким, что клякса закрыла почти половину текста. Гарри бросил на нее грустный взгляд, потом посмотрел на Джеймса и вовремя сорвался с кресла, чтобы поймать его: мальчик ухитрился споткнуться на ступеньке.
- Хорошо, что тебе лететь было недалеко, - пропыхтел Гарри, попавший в беззаботные, но очень крепкие братские объятия. – И что комната такая маленькая, а то бы я до тебя добежать не успел.… Задушишь же, пусти…
- Ничего страшного! – Гарри уже хотел возмутиться, но следующая реплика Джеймса дала понять, как он относится к собственному здоровью. - Я уже падал с лестницы, и нормально! Только один раз руку сломал…
- Не знаю как руки, но шея у тебя одна. И у меня тоже, - Гарри осторожно высвободился. – Ты что, так соскучился?
- Ага…
Гарри не сдержал улыбку. Джеймс направился к камину.
- А что ты тут писал?
- Готовился к экзамену, - Гарри заметил чернильное пятно на ковре и мысленно выругался. Джеймс перехватил его взгляд.
- Не волнуйся, это старый ковер. Северус и так рано или поздно его поменяет. Может к середине лета, когда будут деньги. А куда ты поступаешь?
- Я тебе разве не говорил? – Гарри никак не мог оторвать взгляд от пятна. Ему все равно было неудобно, даже притом, что ковер старый, а в резком движении Гарри виноват, по сути, Джеймс. – В Высшую школу Авроров.
- А ты собираешься работать в аврорате? – Джеймс, судя по всему, удивился. Гарри кивнул.
В последнее время, обдумывая этот вопрос, ему все чаще приходила мысль, что он идет туда только потому, что больше некуда. Потому что все окружающие курса с пятого, наверное, подталкивали его к этому решению. Потому что Гарри ждала война, и рано или поздно ему пришлось бы выйти против Волдеморта. И лучше, если Гарри при этом будет знать весь аврорский набор заклятий и иметь хоть какой-то опыт за плечами. Но, конечно, Джеймсу Гарри об этом не сказал.
- Северус рассказывал, что там не очень хорошая обстановка, - мягко сообщил Джеймс. Гарри только пожал плечами.
- А ты? Северус писал, что ты поступаешь в какой-то университет зельеварения вместе с Малфоем. Как так получилось?
- А Северус писал тебе? – в голосе Джеймса послышалась обида. - И мне ничего не сказал? Вот… - он немного помолчал, подбирая слово, не нашел ничего подходящего, вздохнул и вспомнил, наконец, о вопросе, заданном Гарри. – Понимаешь, Драко с самого начала каникул закопался в учебники и целыми днями пропадал в лаборатории Северуса. Ну, а мне стало интересно, что он делает, он мне рассказал об этом университете, и…
- Рассказал после шестнадцатого повторения одного и того же вопроса, беспрестанного мельтешения под ногами, прожженной рабочей мантии, двух разбитых пробирок, рассыпанного порошка лунного камня и угрозы не отставать до тех пор, пока я не скажу всего, что его интересует, - сообщил голос позади. Гарри хмыкнул, судя по сконфуженной физиономии Джеймса, Малфой говорил правду. – Поскольку у меня недалеко стояла колба с драконьей кровью, я решил, что молчание – золото, которое придется платить за новые ингредиенты, поэтому мне пришлось рассказать ему все, чего он добивался.
- Доброе утро, Малфой, - как можно более миролюбиво сказал Гарри, не желая устраивать здесь драку по нескольким причинам: не хотелось расстраивать Северуса, разносить чужой дом, а еще случайное заклинание могло попасть в Джеймса. Ну, и такие мелочи как то, что Малфой однажды спас его, тоже накладывало на Гарри определенные моральные ограничения.
Малфой, как ни странно, вел себя довольно мирно. Подойдя ближе, он всего лишь сделал замечание, о том, что Поттер изгадил ковёр, а затем сел прямо на пол, прислонившись к креслу, в котором устроился Джеймс, и вытянул ноги в мохнатых домашних тапочках к огню. Гарри не сдержал смех.
- А это он у меня стащил, - чуть обиженно объяснил Джеймс. – Сказал, что ему как раз по размеру, а я их все равно не ношу….
- А ты не отвлекайся, - Малфой не обратил внимания на смех Гарри, - Мне тоже интересно узнать, почему ты вдруг надумал поступать в университет со мной.
Джеймс почему-то покраснел.
- Я уже говорил! Я не хочу весь этот год сидеть на шее у Северуса без дела! – судя по упрямому выражению лица Джеймса, эта тема обсуждалась не в первый раз. И, казалось, Гарри что-то упустил.
- Ну, конечно! А то, что ты варишь зелья для Мунго и Хогвартса, тоже считается «сидением на шее»?
- Что? – Гарри не поверил своим ушам. Джеймс смущенно повернулся к нему.
- Ну… понимаешь, Северус летом всегда готовил зелья для Хогвартса, а еще приходят заказы на его фальшивое имя из больницы Святого Мунго.… Ну, и Северус считает, что эти зелья слишком легкие. И отвлекаться на них все равно, что стрелять из пушки по воробьям. Ну, и получилось так, что под именем Северуса я готовлю зелья уже четыре года…
- Что? – повторил Гарри, - и никто не заметил подмены?
Джеймс только отрицательно покачал головой
- То есть, в больнице Святого Мунго лечат твоими зельями?
- Да, Поттер, неужели не понятно, - поморщился Малфой, листая брошенную книгу. – Кстати, тут у тебя неплохие заклинания есть… даже не темные… почти…
- Дай сюда, - буркнул Гарри, отбирая у него книгу. Малфой только презрительно хмыкнул.
***
Вчерашний несговорчивый заказчик, старуха, раза в два старше Дамблдора, изображающая физическую немощь и частичную умственную неполноценность, похоже, за ночь поняла, что рассказами о несчастной жизни, неблагодарных праправнуках и одинокой старости меня не разжалобить. Поэтому сегодняшний визит к ней носил сугубо деловой характер. Я не спрашивал, где ей удалось достать несколько ингредиентов, за каждый из которых я без сомнения отдал бы года три моей жизни, как и не интересовался, для каких целей будет использоваться Разрывающее зелье, которое мне надо было готовить. Это было одно из условий, на которых я готовил запрещенные зелья за такие большие деньги. Кроме меня было не больше десятка зельеваров во всей Европе, которые соглашались варить такие зелья. В Англии, насколько я знал, я был единственный.
Это положение давало кроме денег еще одно преимущество: положение в определенных кругах. Меня знали, и я почти без труда мог купить любой ингредиент.
Однако сейчас я думал вовсе не об этом. Дома остались Джеймс, Драко и Поттер, и я никак не мог проконтролировать эту ситуацию. Оставалось только надеяться, что все будет хорошо.
Я закончил свои дела немного раньше, чем ожидал, и в половину одиннадцатого был уже дома. Пролез в полуоткрытую калитку. Дом был целым, не был сожжен неосторожным заклинанием, затоплен чересчур сильным Агуаменти и не дрожал от воплей, сопровождающих ссору или дуэль.
В коридоре тоже было тихо. Только стоял чемодан Поттера. Я приоткрыл дверь в гостиную и онемел.
Драко сидел у камина рядом с Поттером, оба наклонились, увлеченно о чем-то споря. Джеймс лежал рядом, растянувшись на боку и глядя в камин.
- Да не понимаю я, какого черта тут вообще нужна эта дурацкая белладонна! Она же должна замедлять реакцию, которая по условию должна идти пять минут, никак не получается…
- Поттер, если ты не положишь белладонну, то порошок лунного камня в сочетании с трехлетней настойкой мандрагоры приведет к тому, что первое же помешивание сработает как детонатор, и от тебя останутся только кишочки, разбросанные по углам. Думай, что надо добавить, чтобы нейтрализовать замедление реакции!
Молчание в ответ, кажется что еще чуть-чуть, и будет слышно, как скрежещут от усилий мозги Поттера.
- Толченый грифоний коготь? – осторожное предположение. Я бесшумно ухмыляюсь: грифоньи когти, несомненно, стоят первым номером в списке катализаторов, но…
- А как он отреагирует на белладонну, Поттер? – терпеливо спросил Драко. Опять молчание.
- Сорвет к чертям всю реакцию, - подсказал Джеймс, Драко пихнул его локтем.
- Следи за языком, будь так добр, - я вошел в гостиную, Джеймс смущенно отвернулся: при мне он никогда не позволял себе такие выражения.
- Что-то ты рано, Северус, - Драко поднял на меня взгляд. Я только пожал плечами. Перед ним я отчитываться не собирался.
- Люпин не приходил?
Джеймс покачал головой. Поттер, который немного оживился, когда увидел меня, теперь снова уткнулся в лист пергамента, исписанный его каракулями и мелким почерком Драко.
- Если понадоблюсь – я в лаборатории, - я направился к лестнице.
Было приятно, что Поттер и Драко, наконец, нашли общий язык. Но в то же время это настораживало. Я знал характер Драко и привычку Поттера делить мир на черное и белое, и они, на мой взгляд, не могли прийти к взаимопониманию. Разве что оба пошли бы на определенные уступки, но какие могут быть на это причины?
Моя рассеянность исчезла только тогда, когда я пролил настойку асфоделя. Давно со мной такого не случалось…
Устроившись у камина, Гарри занимался тем, что ему никогда не нравилось: подсчитывал соотношения ингредиентов, количество стадий в приготовлении зелья и их порядок. Странно, что он не помнил того, что теория зельеварения была и в школьном курсе. Хотя если это было в начале шестого курса, когда они только начали проходить сложносоставные зелья…
За зельеварение он не брался с начала каникул, так как после получения письма Гермионы с примерным списком заданий, решил, что будет учить его последним. На самом деле, он в глубине души надеялся на помощь Северуса или, на худой конец. Джеймса…
Но с Малфоем творилось что-то непонятное.
Впервые Гарри узнал невыносимого слизеринца с аристократичными замашками, помешанного на чистоте крови, с другой стороны. Это еще не были дружеские отношения, но исчезла и вражда. А за неожиданный урок следовало скорее благодарить Джеймса: именно его Гарри попросил помочь с подготовкой, но Джеймс, взглянув на задания, сказал, что в теории разбирается плохо и, поскольку в лабораторию Северус запретил Гарри заходить, посоветовал обратиться к Малфою. Малфой, сидящий рядом, не удержался от любопытства, сунул свой нос в список вопросов, а потом Гарри просто не удалось отвертеться от его помощи.
Гарри не сомневался, что, помогая ему, Малфой преследовал какую-то свою цель. Хотя, судя по всему, он уже догадался, что Гарри обосновался в этом доме надолго, а обеспечение себе мирного существования с бывшим врагом – чем не цель?
Пламя в камине взметнулось, окрасилось зеленым, и из камина вышел Люпин. Гарри прикусил губу.
Он все утро не мог решить: стоит ему дожидаться встречи и разговора с Люпином или поддаться желанию спрятаться в спальне, прикинуться занятым и не выходить. Победило чувство долга: Гарри был уверен, что он должен поговорить с оборотнем.
Но сейчас, когда на лице Люпина при виде юноши отразилось беспокойство, облегчение и, наверное, смущение, Гарри почувствовал непреодолимую тягу к побегу…
Но вместо этого он отложил в сторону кусок пергамента и учебник.
- Гарри! – от искренней радости Люпина стало не по себе. – Как я рад, что увидел тебя! Послушай, зачем ты так сбежал?
Гарри попытался смущенно поковырять тапочком ковер, но сидя делать это было неудобно.
- Я же писал…
Люпин усмехнулся.
- Я не спрашиваю почему, хотя не считаю причину уважительной…
- А я считаю, - перебил Гарри.
- …Я спрашиваю, почему именно так, никого не предупредив, ночью и тайком, - не дал себя сбить с мысли Люпин. – Ты представляешь, какой скандал мне утром Сириус устроил? Сначала кричал, что тебя под Империусом заставили написать записку и украли, потом, что тебя надо срочно бежать спасать, потом, когда я напомнил ему, что случилось, когда он спасал тебя в прошлый раз, он решил срочно созвать для твоих поисков весь Орден Феникса… Потом, когда я провел демонстративный анализ записки на применение темной магии и ничего не нашел, он стал орать, что это я специально придумал для того, чтобы тебя прогнать.
Гарри тяжело вздохнул. Люпин сел в соседнее кресло.
- Почему нельзя было просто поговорить, прежде чем так уйти?
- Мне было неудобно, - признался Гарри. – Вы же с Сириусом помиритесь?
Люпин улыбнулся.
- Уже помирились. Он предлагает тебе вернуться.
Гарри покачал головой.
- Нет. Понимаешь, я думаю, это было только поводом приехать сюда. Я ведь давно этого хотел. Может, мне просто прийти и поговорить с ним? – это, конечно, тяжело, но все же надо успокоить Сириуса…
Люпин рассмеялся.
- Сириус наверняка до сих пор жаждет крови, так что не советую тебе попадаться ему на глаза в ближайшие дни. А тем более Снейпу. Кстати, как у тебя с ним…?
Гарри снова тяжело вздохнул, но ответить не успел.
- Это не твое дело, Люпин. Поверь, если я доверяю тебе свою жизнь, это еще не значит, что ты можешь совать в нее свой чересчур любопытный нос.
Гарри быстро оглянулся и покраснел: почти за его спиной стоял Северус.
Интересно, когда он подошел? Гарри надеялся, что он не слышал его предыдущей реплики. Ведь если бы Северус узнал, что Гарри приехал к нему не только из-за отношений Люпина и Сириуса, он наверняка сказал бы что-нибудь язвительное по этому поводу. Значит, не слышал…
- Поттер, освободи, пожалуйста, гостиную, - продолжил тем временем Северус уже мягче, что не могло не радовать. – Если тебе понадобится для подготовки лаборатория, можешь присоединиться к Драко и Джеймсу.
Гарри, удивленный тем, что Северус допустил его в свою святыню, кивнул, забрал учебник и пергамент, на котором делал задание, и пошел в спальню Северуса – в лабораторию ему, на его взгляд, было еще рано.
***
Гарри не спалось.
Холодная кровать, пахнущая травяным шампунем подушка, все напоминало о Северусе. А Северус спал в гостиной на диване.
Гарри не знал, чем вызвано это желание Северуса быть подальше. Тоскливые мысли подкреплял и тот факт, что, судя по рассказам, Северус и с отцом Гарри никогда не спал вот так, в одной кровати…
Подозрения усугублялись еще и тем, что Северус за все это время почти не разговаривал с Гарри и уж тем более не выказывал никакого желания близости.
Невыносимо хотелось расплакаться от обиды и разочарования. Но плакать Гарри разучился еще в шесть лет.
Вместо этого он на ощупь вытащил из чемодана какую-то книгу и сел за стол: сидеть в этой постели было почти физически больно.
Маггловкая настольная лампа не работала: то ли не было тока, то ли перегорела лампочка. Судя по всему, она стояла на столе только как украшение. Гарри пробормотал: «Люмос!»,- и осторожно засунул палочку с крохотным огоньком на конце между двумя завитушками в абажуре лампы.
«На основе Зелья Асклепия было создано больше пятидесяти модификаций внутренних и около тридцати – наружных лечебных зелий. Большая их часть различается лишь некоторыми тонкостями в приготовлении, и только для двух надо кардинально изменить рецепт на шестой стадии…»
Этой ночью Гарри удалось уснуть только в шесть утра прямо на столе, опрокинув на себя недопитую чашку с кофе. Рядом стояли еще четыре пустые чашки: всю ночь Гарри безжалостно эксплуатировал Тибби, боясь, что своей возней на кухне разбудит Северуса.
Проснулся Гарри буквально за пять минут до того, как услышал шаги. За это время он успел убрать на место чашки, конечно, просто позвав Тибби, и залезть в шкаф за полотенцем. Увы, именно в этот момент дверь начала открываться, и Гарри пришлось броситься в ванную без полотенца.
Когда он вышел через двадцать минут, мокрый, дрожащий и не выспавшийся, Северуса не было. Гарри разочарованно вздохнул и снова залез в шкаф.
За завтраком – приемы пищи были единственным, пожалуй, временем, когда Гарри видел Северуса – зельевар хмуро молчал, уткнувшись в тарелку, и думал о чем-то очень далеком. Малфой на еду не обращал внимания, листая какой-то каталог мебели. Джеймс то и дело норовил высказать свое мнение, на что Малфой только морщился и изредка отмахивался.
И Гарри в очередной раз почувствовал себя чужим не только за этим столом, но и в этом доме.
Наверное, так будет всегда. Он был не нужен Дурслям, нередко чувствовал себя неловко в семье Уизли, потом оказался третьим лишним в компании Рона и Гермионы и на Гриммаулд Плейс…
И что ему в голову взбрело прийти именно сюда?
- Поттер, - Гарри сам не заметил, что все это время Северус наблюдал за ним. – Ты отвратительно выглядишь.
- Спасибо за комплимент, - съязвил Гарри, поднимаясь из-за стола и направляясь к лестнице. Шаги за спиной – Северус шел за ним.
- Что-то случилось?
- Нет, - Гарри покачал головой.
- Может, дать тебе какое-нибудь зелье? – Гарри почувствовал руку на своем плече и неосознанно прижался к ней.
- Не надо…
Северус только хмыкнул.
- Пойдем. Лестница на чердак в конце коридора.
Лестница была темная, узкая и крутая. Северус за спиной Гарри взмахнул палочкой, освещая пространство Люмосом.
А вот чердак поражал тем, что его стены слегка светились, создавая ту же атмосферу, что была в кабинете зельеварения. Только в дальнем конце чердака было маленькое окошко, у которого стоял стол.
Еще один стол стоял в центре, рядом на полу был гигантских размеров перегонный куб, около него аккуратно стояли разнообразные котлы. На столе были какие-то металлические стойки, предназначение которых Гарри не знал, и стеклянные колбы. Точно такие же колбы, пустые и с разными зельями, стояли в шкафу, который находился в трех шагах от стола. А на другой половине чердака, составляя контраст идеальному порядку лаборатории, лежали какие-то старые вещи: стопки книг, чемоданы, маггловские картины и еще что-то, что разглядеть в темноте под слоем пыли было невозможно.
- Иди сюда, - Северус уже стоял возле шкафа, держа в руке баночку с прозрачной мазью. – Закрой глаза.
Гарри послушался.
Мазь была прохладной, пальцы Северуса – теплыми, а прикосновения мягкими. Гарри млел от удовольствия.
- Почему ты так рано встал сегодня? – Северус растер остатки мази между пальцами и отстранился, заставив Гарри почувствовать легкую обиду.
- Захотелось. И готовиться надо. У меня экзамены уже через пять дней, - Гарри бросил взгляд на баночку, которую Северус поставил обратно на полку. Надпись на бумажке перечисляла несколько ингредиентов, из которых Гарри узнал только настойку асфоделя и воду в соотношении один к пяти. Легкая боль в глазах после бессонной ночи прошла. – А что это за мазь?
- Одна из модификаций Facies*. Не думаю, что тебе о чем-нибудь скажет это название. Это зелье не проходят в Хогвартсе.
Гарри согласно кивнул. Он действительно не слышал о таком.
- Может, пойдешь, приляжешь? – глаза Северуса были нарочито бесстрастны, судя по всему, он действительно переживал за Гарри.
- Нет, - Гарри покачал головой. Он решительно не собирался упускать такой случай побыть наедине с Северусом. – Слушай, ты не мог бы мне помочь с некоторыми зельями? Ну, для экзамена. Если ты не занят, конечно…
Быстрый насмешливый взгляд. Кажется, Северус догадался, что это был только повод…
- Не занят. Но учти, Поттер, что на экзамене меня рядом не будет, как бы я этого не хотел.
Зельевар повернулся к столу, взмахом палочки устанавливая на него котел, а Гарри не смог удержаться от широкой и, несомненно, глупой улыбки…
__________________
*Facies – внешность (лат.)
***
Ванная в моей спальне была на редкость неудобной, во всяком случае, она была таковой изначально. В самом начале лета я поселился в гостевой комнате, которая явно наличествовала в этом доме исключительно из-за традиций. Казалось, она почти не использовалась за последние лет сорок.
Ванна была маленькой и грязной, душ висел слишком низко, раковина протекала. Впрочем, все эти недостатки я исправил не без труда, правда, но это мелочи. Я просто плохо разбирался в бытовых чарах: для этого у меня всегда был Тибби.
Горячая вода расслабляла. Стоя под душем, я откинул голову назад, закрывая глаза и наслаждаясь тем, как вода стекает по моему лицу.
В последнее время меня все больше тревожил Поттер. До сегодняшнего дня он со мной не заговаривал, будто снова боялся меня. Да и сегодня тоже – это именно меня встревожил его вид.
Хотя я и сам сторонился его… Отчего? Я и сам толком не знаю. Меня грызло какое-то странное чувство: я одновременно хотел быть с ним и боялся. Боялся его и своих чувств, боялся реакции Джеймса и Драко, боялся возможного расставания, которое обязательно должно было когда-нибудь наступить.
Всю свою жизнь я должен был бороться за то, чтобы обеспечить себе сносное существование. Сперва отец, потом – Хогвартс и Мародеры, потом безответная любовь к Джеймсу Поттеру, мой сын, Темный Лорд… Я так привык, что мне надо выгрызать место для себя в этой жизни, что теперь, когда в моей жизни появился Гарри, и до счастья рукой подать, я просто не знал, что делать.
У меня просто не может быть такой безоблачной жизни. Может быть, именно поэтому я невольно ставлю перед собой препятствия. Для того чтобы не дать себе понять, что всю свою жизнь я просто ошибался, спрятавшись за маской жестокости…
Моего плеча коснулась чья-то ладонь, и я отшатнулся, ударился спиной о стену, открыл глаза.
Передо мной, глядя на меня с робкой надеждой, стоял Поттер, голый до пояса.
Не оценив его вида, я инстинктивно сдернул с крючка полотенце, прикрыл им грудь, чувствуя странную, нарастающую ярость. Мелькнула смутно выраженная мысль, что, возможно, эта татуировка Темного Лорда несет какой-то эмоциональный заряд, но я не обратил на нее внимания.
- Поттер, - моему шипению могла позавидовать любая змея. – В этом доме три ванные комнаты, неужели необходимо было врываться именно в эту, тем более, когда она занята мной?
- Я… - Поттер покраснел. Не знаю, что ему взбрело в голову, но сейчас он явно понял, что это была не очень хорошая идея.
- Заткнись, - все мое самообладание ушло на то, чтобы сдержаться и не схватить палочку с целью отрастить Поттеру пару щупалец. – Вон отсюда.
Только когда Поттер прикусил губу до крови и выскользнул из ванной, я понял, что он был возбужден.
Но изнутри все еще рвалась наружу незнакомая глухая ярость, и я предпочел запереть дверь заклинанием, отбросить промокшее полотенце и расслабиться, усевшись на холодное дно ванны.
Через полчаса я достаточно пришел в себя для того, чтобы решиться попросить у Поттера прощения.
Через час я выключил воду, накинул на мокрое тело грязную рубашку, приоткрыл дверь и выглянул, надеясь увидеть Поттера.
Комната была пуста.
…Мокрые следы от ванной до шкафа я высушил одним взмахом палочки. Постельное белье, как мне показалось, еще хранило тепло Поттера.
***
Гарри и сам не понимал, что двигало им. Похоть? Да нет, никакое возбуждение не могло до такой степени отключить ему мозги. Может быть, то, что впервые с тех пор, как он приехал сюда, они со Снейпом оказались в относительной близости?
Но Северус был абсолютно непредсказуем…
Где-то внутри медленно, но верно нарастала злость вперемешку с болью.
Если подумать, то можно решить, что Северус просто не хочет его видеть.
Но сегодня утром…
Шумный вздох всколыхнул нависшие над Гарри стебельки высоких травинок. В заросшем саду было очень удобно прятаться, как от Северуса, так и от самого себя. Правда, было нелегко продираться сквозь заросли в этот угол – Гарри даже распорол ногу, наступив на какую-то корягу, но зато здесь его не было видно из дома.
Ветер холодил щеки, там, где еще не высохли слезы. Земля была влажной, Гарри замерз, но уходить не хотелось, и он так же лежал, глядя в затянутое хмурыми облаками небо, только накинув на плечи ветровку.
Он устал от недомолвок. Хотелось просто понять, что за отношения между ними. Почему Северус ведет себя так, словно они чужие люди? Почему опять, как когда-то давно, отталкивает Гарри? Может ли Гарри вообще на что-то надеяться, или…
Опять шевельнулась трава. Гарри торопливо сел и облегченно улыбнулся: из зарослей вышел серый кот.
- Привет, - Гарри протянул руку, чтобы погладить кота, тот недовольно обнюхал ее и отошел. Гарри принял прежнюю позу, кот соизволил пройтись вдоль него и забраться на грудь.
До этого Гарри ни разу не видел кота Джеймса в этом доме. Кажется, потому, что Северус не желал заводить животных. Гарри успел забыть о том котенке, которого когда-то притащил на Гриммаулд Плейс Джеймс…
Погрузившись в мысли о том лете, которое он впервые провел с любимым человеком, Гарри сам не заметил, как стемнело. Кот бессовестно дрых у него на груди. Оглядевшись и поняв, что рядом светятся только одно из окон дома и тусклый фонарь, Гарри пошевелился. Кот выпустил когти, Гарри непроизвольно дернулся, сталкивая его окончательно.
Все тело онемело, куртка и брюки промокли. Гарри бросил на стену дома тоскливый взгляд: попадаться на глаза Северусу до сих пор не хотелось, но делать было нечего.
Немного прихрамывая – нога болела ужасно, хоть Гарри и сумел кое-как остановить кровь - он поплелся сквозь заросли. В третий раз чуть не напоровшись глазом на ветку, Гарри невольно решил, что как только у него будет свободное время, он тут же займется садом.
В остальном обошлось без травм. Приоткрыв дверь в дом, Гарри скользнул в прихожую, надеясь, что гостиная окажется пуста.
Надеждам Гарри не суждено было сбыться. У камина устроились Малфой и Джеймс – первый с книгой о Темных силах, которую явно позаимствовал у Гарри, второй – с открытым учебником на коленях, глядя в огонь. За обеденным столом сидел Северус, выписывая что-то из ветхого пергамента.
Гарри еще надеялся, что Северус не заметит его, и он проскользнет мимо, но Джеймс, подняв голову, вскочил и бросился Гарри на шею.
- Куда ты так пропал? – пробормотал он, уткнувшись в воротник куртки. Гарри обескуражено замер, робко взглянув на Северуса.
Мужчина аккуратно, нарочито аккуратно, на взгляд Гарри, выписал очередное слово, четко поставил точку, вытер перо и поднялся, сворачивая оба пергамента.
- Малолетний имбецил, - зло процедил он, прежде чем резко отвернуться и быстро подняться по лестнице. Гарри расстроено глядел ему вслед.
- Не обижайся, - Джеймс оторвался от куртки Гарри. – Он просто переживал. Тебя полдня не было, мы решили, что ты куда-то ушел…
- Нет, - Гарри попытался улыбнуться, но на душе словно кошки нагадили. – Я за домом лежал.
- Пять часов? – изволил оторваться от книги Малфой.
- Не твое дело! – огрызнулся Гарри. В пределах видимости был только один человек, на котором можно было выместить всю злобу. Но Гарри решил, что лучше будет сдержаться.
- Очевидно, да, - прокомментировал Малфой. Гарри промолчал, только направился на кухню, по пути скидывая ботинки.
- У тебя кровь! – встревожился Джеймс. – Что случилось
- На корягу напоролся, - Гарри прикрыл дверь в гостиную, стараясь не обращать внимания на Малфоя, который, похоже, не удержался от очередного язвительного комментария. – Не смог вылечить, только кровь остановил.
- Тебе помочь? – Джеймс вытащил палочку, но Гарри покачал головой.
- Нет, не надо. Я как-нибудь сам… Тибби! – неуверенно позвал Гарри эльфа. Тот с хлопком появился, отвесив Гарри и Джеймсу два поклона. – Дай, пожалуйста, что-нибудь поесть и горячий чай.
Эльф молча кивнул. Гарри присел на табурет.
- А вы с Северусом поссорились? – осторожно поинтересовался Джеймс, садясь рядом. – Почему он спит внизу?
- Понятия не имею, - Гарри непреодолимо хотелось рассказать все, что его тревожило, но он все еще помнил, что перед ним его младший брат. – Можешь попробовать спросить у него.
- Я спрашивал. Легче каменную глыбу расколоть, чем Северуса, - вздохнул Джеймс. – А для Веритасерума у меня ингредиентов нет. И все равно он распознает, только уши мне оторвет…
Гарри с интересом поднял глаза. Джеймс фыркнул.
- Да, я однажды пробовал ему зелье подлить,… чтобы у него нос еще больше вырос. Мне тогда лет семь было. Он по запаху догадался, что у него в чае что-то есть…
…Когда спустя полтора часа невыносимо уставший морально Гарри зашел в спальню Северуса, на письменном столе стояли три колбы. Рядом лежала записка, написанная почему-то почерком Малфоя.
«Поттер, выпьешь Антипростудное зелье, потом – зелье Восстановления, потом - снотворное. Порядок важен, не перепутай»
Гарри размышлял над мотивами Малфоя всего несколько минут. После этого, не задумываясь, выпил по очереди все три зелья и улегся прямо поверх покрывала, не раздеваясь.
***
«Волосы келпи три часа вымачивать в желчи тритона. Добавить в зелье между седьмой и десятой минутой приготовления в зависимости от концентрации крокодильих слез. Помешивая против часовой стрелки, добавить чешую русалки. Измельченный рог взрывопотама перемешать со свежей драконьей кровью и вливать по две капли в минуту на протяжении десяти минут. Снять с огня и три часа держать на открытом солнце с ограниченным доступом воздуха…»
Я заметил, что у меня дрожит рука, отложил оба пергамента: и оригинал, и переписанную мной почти до середины копию. На чердаке, где я сейчас пишу, темно, негде сидеть – я пристроился на старом сундуке. Здесь, на этой пыльной половине со спертым воздухом (я поставил щит, разделяющий чердак пополам) мне кажется, что я снова ребенок. Что того и гляди снизу донесется пьяный крик отца или жалобный – матери.
Но внизу все уже спят. И Джеймс, из комнаты которого я десять минут назад выгнал заучившегося Драко. И Поттер. Надеюсь, он выпил зелья. Драко зачем-то рассказал мне, где Поттер пропадал полдня, вызвав у меня тревогу, раздражение, злость и еще сотню таких же чувств. Я боялся, что Поттер подхватит какое-нибудь неприятное заболевание – еще бы, пролежать больше пяти часов на холодной земле – и попросил Драко отнести ему нужные зелья. Почему не отнес сам? Не знаю. Может, просто боялся показать, как я волнуюсь за него.
Он наверняка уже уснул…
Аккуратно отложив пергаменты на свой рабочий стол, я спустился на второй этаж. Дверь в комнату Поттера была плотно прикрыта, но не заперта, и я вошел, не боясь разбудить его: снотворное должно было действовать всю ночь.
Он лежал на кровати, не раздевшись, поверх покрывала, с окровавленной ногой. Я присел рядом, взмахнул палочкой, избавляясь от засохшей крови, зная, что это повлечет за собой новое кровотечение. Зато теперь носок не прилипал к ране, что позволило мне безболезненно снять его.
Рваная небольшая рана выглядела неприятно, в ней виднелась грязь. Поттер явно не заглядывал в ванную, хотя стоило бы промыть. Очередное очищающее заклинание, заживляющее – одну ночь переживет, а завтра надо будет обработать как следует.
Я осторожно приподнял Поттера над кроватью, стянул с нее покрывало, завернул одеяло. Раздевать его было неудобно: удерживать заклинание не получалось. Но от моей возни Поттер не проснулся, только пробормотал во сне что-то подозрительно похожее на «Северус».
Уложив его, я сел рядом на пол, прислонившись лбом к его холодной ладони. Мерлин, мог ли я когда-нибудь предположить, что влюблюсь в сына моего же любовника?


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 20:30 | Сообщение # 40
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
***
Утром Гарри долго лежал в кровати, пытаясь понять, когда же он успел раздеться и лечь под одеяло. В голову приходила только одна мысль: кто-то явно поспособствовал его пребыванию в данном, весьма комфортном, положении. Гарри даже догадывался, кто это мог быть. Эта догадка радовала: ведь она означала, что Северус больше не сердится…
Впрочем, очень скоро Гарри понял, что одно другого не исключало.
Донельзя мрачное выражение на лице вошедшего Северуса просто кричало об этом.
- Проснулся? – сердитый взгляд. – Поттер, скажи мне, сколько ума надо иметь, чтобы пять часов пролежать на холодной сырой земле, а потом уснуть с открытой раной на ноге, в которую могла попасть любая дрянь?
Гарри обиженно отвернулся, стараясь не глядеть в черные, полыхающие яростью глаза.
- Гриффиндорский недоумок, - зло процедил Северус, откидывая угол одеяла и рассматривая больную ногу. – Сядь. Надо было тебе ночью холодный душ устроить…
Гарри и не думал протестовать Северусу: в таком настроении зельевар был, мягко говоря, опасен. Он просто молча наблюдал за тем, как Северус одним взмахом палочки призывает из ванной пластиковый таз – кстати, где он был раньше? Гарри что-то не видел его… - ставит его рядом с кроватью, наполняет водой с помощью «Агуаменти», растворяет в воде жидкость из какого-то маленького пузырька. Еще одним взмахом палочки Северус, ворча что-то про себя между заклинаниями, достаточно болезненно разрезал еще тонкую кожу на месте вчерашней раны. Гарри прикусил губу, недоуменно наблюдая за манипуляциями Северуса. А потом зашипел от жжения в ране и холода, когда Северус заставил его опустить ногу в холодную воду.
Разумом Гарри понимал, что Северус заботится о нем – наверное, может он просто не хочет создавать себе неприятностей, но сердце отторгало поведение мужчины. Сердитое молчание, резкие движения, словно Северусу было неприятно прикасаться к Гарри. Наверное, по-другому он и не умеет, мелькнула на удивление разумная мысль. Но Гарри почему-то не смог согласиться с ней…
- Поттер, если ты только попробуешь встать в ближайшие четыре часа, вылетишь из моего дома со скоростью света, - холодные слова напоследок. Северус хлопнул дверью, уходя. Гарри уткнулся носом в подушку и изо всех сил постарался не разреветься.
Он так и не увидел сегодня Северуса. Ни на кухне, ни в лаборатории, ни в каких-либо других комнатах. Правда, в ту, которая была занавешена радужной шторой, он не заходил. Малфой опять пытался что-то объяснить Гарри из курса зельеварения, но тот так ничего и не понял – было не до учебы. Малфой только обозвал его кретином и ушел в лабораторию.
Вечером, в одиннадцать часов, Джеймс все-таки загнал Гарри спать. В спальню Северуса…
Гарри долго не мог уснуть этой ночью.
***
Знакомая церковь, ограда кладбища. Темнота вокруг. Я знаю, что рискую, но удержаться не могу. Быстро иду между могил. В кармане бутыль дешевого вина, завернутый в платок бокал.
Я сам не понимаю, зачем пришел сюда сегодня. Может, потому, что он единственный человек, которому я могу рассказать о всех своих проблемах. Не задумываясь о том, что он предаст меня.
Я приходил сюда шестнадцать раз- каждый год после его смерти. В день его рождения. Я проклинал себя за свою сентиментальность, но все же приходил, наверное, потому, что должен был быть хотя бы один человек, которому я мог показать свою слабость. А то, что он мертв,… какое это имеет значение?
Теперь тем более никакого. Потому что сегодня я в последний раз прихожу к нему.
Знакомая могила. Подхожу ближе, встаю на колени, у правого края.
- Здравствуй, Поттер. Я пришел попрощаться.
Прикасаюсь кончиками пальцев к надгробной плите, зачерпываю ладонью сухую землю. Достаю из кармана бутыль с вином, взмахом палочки откупориваю ее.
- Скучал? Ты ведь, я помню, любил, когда я приносил тебе вино на праздники, - ответа нет, но я, конечно, и не жду его. – Правда, это не то, что я крал из погребов моего отца, рискуя здоровьем, но я думаю, ты перебьешься.
Наливаю вино в бокал, делаю глоток. Сейчас десять часов. А мы с Джеймсом всегда пили из одного бокала.
- Меня до сих пор интересует, что ты сделал для того, чтобы удерживать меня рядом с собой столько лет, - произношу задумчиво. Гляжу на бокал и выливаю остаток вина на землю. – За твое здоровье!
Видел бы меня сейчас кто-нибудь. Палата в Мунго точно была бы обеспечена. Рядом с Локхартом…
- Сначала ты, а теперь твой сын… - продолжил я, снова наливая вина. – Вы, Поттеры, похоже, мое проклятие. Подумать только, я влюбился в собственного ученика…
Тишина. Я замолчал, погладил надгробный камень. Словно прикасался к живому телу.
- Кажется, я все-таки на самом деле люблю его. Меня утешает только одно. Мои чувства не имеют никакого отношения к тебе, – я замолчал, остановился пальцами на букве «е». – Ну, ладно. Сейчас не имеют. А раньше… - я с трудом заставил себя признать это. – Он был слишком похож на тебя. Всегда. Понимаешь? – пауза. – Наша история повторилась. Сначала я ненавидел его. Потом – влюбился. Как идиот. Опять. Только потому, что он был слишком похож на тебя, - опять недолгое молчание. – А я никак не хотел понять, что он совсем другой…
Знаешь, я понял это только тогда, когда мы в первый раз занялись любовью. Нет, не то, чтобы до этого он заменял мне тебя. Просто где-то в глубине души я, наверное, еще сравнивал вас. Думал, а как бы ты поступил в тех или иных ситуациях? А тогда… я впервые смог забыть о тебе. Ты, Поттер, был сухим и черствым подонком, избалованным вседозволенностью. Сейчас мне кажется, что ты всего лишь жалкая пародия на своего сына.
Я замолкаю и успокаиваюсь. Продолжаю уже тише.
- Я не знаю, что мне делать. Я любил тебя, а он твой сын. У меня есть Джеймс, и он его брат. Я сам гожусь ему в отцы. От него отвернутся друзья, когда узнают о нашей связи. А даже если он будет скрывать это, все равно кто-нибудь пронюхает. Он же, дементор подери, Национальный герой! Его личной жизнью интересуется весь магический мир Британии!
Опять тишина. Я провожу ладонью по надгробной плите вниз, дотрагиваюсь до мокрой от вина земли.
- Я не знаю, что мне делать, - тихо-тихо повторяю я. – Только не мешай мне больше, Джеймс. Ты должен мне за моего сына. Отдай свой долг хоть так…
Поднимаюсь с колен неестественно резко. Наливаю в бокал остатки вина, медленно наклоняю бокал, позволяя жидкости литься на основание надгробной плиты.
- Прощай, - тихо произношу, отступаю на два шага, поворачиваюсь к могиле спиной и аппарирую.
Дом почти не виден в темноте, только горит тусклый свет в комнате Джеймса. Вместо того, чтобы упасть на диван, не раздеваясь, и уснуть, мне приходится подняться по лестнице, открыть дверь и бросить сердитый взгляд на Джеймса, сидящего с книгой. Моего молчаливого неодобрения достаточно: он торопливо гасит ночник и ныряет под одеяло.
Я заставляю себя спокойно пройти мимо двери Поттера, спуститься вниз, раздеться, аккуратно сложить одежду на спинку дивана и лечь.
Кажется, я уснул прежде, чем моя голова коснулась подушки.
***
Проснувшись этим утром, Гарри первым делом взглянул на часы. Половина шестого – неудивительно, что он не выспался.
Тихо встать, выйти из спальни, прикрыв дверь, бесшумно пройти по коридору. Джеймс еще спал, в его комнате было тихо – впрочем, это и понятно, ему-то не снились всю ночь кошмары. Это Гарри ежечасно просыпался от очередного сна с участием Волдеморта, Северуса и некоторого количества Пожирателей.
Сердце билось в невероятном ритме. Гарри ужасно боялся, что сейчас, когда он спустится по лестнице и обойдет стоящий спинкой к двери диван, то увидит так же, как и вчера, аккуратно сложенный плед, нетронутую подушку…
Но нет, еще с середины лестницы Гарри различил черную одежду на спинке дивана и черные волосы, разметавшиеся по подлокотнику: Северус лежал в неудобной позе.
Гарри тихо подошел, осторожно, чтобы не разбудить, приподнял мужчину за плечи, переложив его. Северус только нахмурился во сне, шевельнул губами, заставив Гарри улыбнуться.
Теплый плед сполз, обнажая грудь с черной татуировкой. Гарри заворожено замер, разглядывая ее, понимая, что ему вряд ли ещё представится возможность посмотреть на нее: он сам не понимал, почему Северус так ненавидит ее. Да, она была жутковатой, выполненной со странным реализмом: змеиная чешуя, казалось, блестела. Змея смотрела на Гарри пристальным, немигающим взглядом…
- Эй! Ты слышишь меня? – неуверенно поинтересовался Гарри. Змея пошевелилась, еще раз осмотрела Гарри, словно не веря своим глазам, и кивнула – медленно, почтительно, словно поклонилась.
- Ты можешь говорить? – Гарри старался шипеть как можно тише. Ему пришла в голову одна идея, и, пожалуй, стоило попытаться осуществить её сейчас: больше шансов не будет, особенно, если Северус проснется.
Змея отрицательно качнула головой и свернулась, застыв в странном полупоклоне. Гарри прикусил губу и сел на край дивана, чтобы было удобнее говорить.
- Ты… тебя можно как-то свести? – поинтересовался Гарри, только сейчас сообразив, что вряд ли змея признается, как ее можно уничтожить, даже если и знает об этом. Но к его удивлению змея кивнула. – Как? Заклинанием? Зельем? Отрицательное покачивание головой. Не зелье, не заклинание… Что еще может быть?
Неестественный, немигающий взгляд. Блеск чешуи. Кажущиеся массивными кольца. Змея словно ждет какого-то приказа…
- Поттер! – яростное, немного хриплое со сна шипение Северуса заставило Гарри поднять голову и вздрогнуть – он никогда не видел такой ненависти в этих черных глазах.
- Другого шанса не будет,- повторил себе Гарри и сжал вместе руки Северуса, когда тот захотел оттолкнуть его.
То ли Гарри и в самом деле был сильнее, то ли Северус, только что проснувшись, еще не пришел в себя, но какое-то время Гарри действительно удавалось держать вырывающиеся руки. Ровно столько, сколько потребовалось для того, чтобы прошипеть змее:
- Уходи…
Приказ в духе Волдеморта был прерван очень болезненной, обжегшей лицо пощечиной. Северус вырвал плед из рук Гарри и прикрылся им. Но парень успел заметить очередной почтительный кивок змеи.
- Вон.
- Я… - попытался оправдаться Гарри.
- Вон.
- Северус…
В третий раз мужчина повторять не стал. Только ударившись спиной о стену, Гарри понял, что это было невербальное беспалочковое заклинание, и по взгляду Северуса можно было понять, что еще немного и простым отбрасывающим он не ограничится.
Гарри с трудом поднялся: сильно болела спина. Доковылял до лестницы. На третьей ступеньке обернулся, надеясь на прощение…
Северуса в гостиной не было, как не было и его одежды. Диван аккуратно застелен, и только воздух слегка поблескивает от торопливо наложенного заклинания, наверное, именно того, которым каким когда-то Северус закрыл их от некстати появившегося Сириуса. Шорох одежды, не скрываемый иллюзией, только подтвердил догадку Гарри.
Гарри отвернулся от мерцающего щита только тогда, когда почувствовал на щеках слёзы.
***
«Здравствуй, Ремус! У меня все хорошо. Может быть, я скоро вернусь, только не говори пока об этом Сириусу. Джеймс передает тебе привет. Возвращаю книгу о Темных Искусствах, она должна стоять в третьем шкафу, справа от дивана, на верхней полке, между каким-то средневековым трактатом и зеленой тоненькой книжечкой со стертым названием. Что-нибудь известно о том, кто бродил по дому той ночью? Больше визитов не было?
Отсюда нельзя часто отправлять сов, поэтому, если я не появлюсь в течение недели, пришли мне, пожалуйста, верхнюю книгу из стопки у камина и, если тебе не трудно, найди что-нибудь по гербологии, а еще лучше – по магическому садоводству. Тут хороший сад, но он весь зарос, а я не знаю, как убрать засохшие деревья.
Привет тебе от Джеймса, извини, я уже писал об этом.
Может, скоро увидимся.
Гарри».
Гарри осторожно запечатал конверт чарами и привязал его к лапке черного филина, одолженного у Малфоя. Букля была в совятне на Гриммаулд Плейс, Гарри решил, что там ей будет комфортнее, чем здесь, в клетке, не имея возможности летать.
Филин смерил Гарри презрительным взглядом, сорвался с места и вылетел в окно. Гарри вздохнул и перевел взгляд на открытый чемодан, лежащий в центре комнаты. Вокруг валялись разнообразные книги, футболки, свитера и две пары брюк.
Странно, но вещи, как Гарри не старался, никак не помещались в чемодан.
Внизу раздался звон разбитой посуды. Гарри прикусил губу: он знал, что это Северус злится из-за его утренней выходки.
Часть книг, наверное, придется оставить: в конце концов, если они срочно понадобятся, можно будет забрать их через каминную сеть. Решив это, Гарри небрежно забросил в чемодан одежду, аккуратной стопкой сложил конспекты и сел на пол, перебирая книги.
Он еще не определился, куда пойдет, но то, что уйдет отсюда, он решил твердо. Северус, казалось, всячески показывал, что ему неприятно присутствие Гарри в этом доме, и юноша не собирался навязываться. Даже ради Джеймса.
Джеймс наверняка не захочет, чтобы Гарри уходил. Значит, надо будет сбежать – другого слова он подобрать не мог – ночью. Лучше всего аппарировать, чтобы не разбудить Северуса шумом камина. Первую ночь Гарри намеревался провести в Дырявом Котле, это достаточно безопасное место, а по ночам там не так уж много людей, чтобы Пожиратели решили выбрать его в качестве цели для очередного массового нападения. А потом… Потом можно определиться: отправиться ли на Гриммаулд Плейс или в Нору. Миссис Уизли уже писала ему, что рада была бы его видеть, и даже из-за неприятностей с Джинни Гарри не собирался прекращать отношения с женщиной, которая частично заменила ему мать. Да и Рон, как показалось Гарри, был не так уж категорично настроен, по крайней мере, на выпускном балу. А еще в Норе сейчас живет Гермиона…
Проблема была только одна, но достаточно серьезная: Гарри просто боялся стеснить Уизли. У них и без него не хватало места. А еще та же Джинни, хоть Гарри и носил подаренный Северусом амулет против приворотов, но стопроцентной уверенности в том, что он спасет его в любой ситуации, у Гарри не было.
- Джеймс, какого гоблина тут разбросан сушеный асфодель? – громкий голос Северуса был слышен и на втором этаже. Гарри невольно сжал в руках «Основы самозащиты», стараясь не вспоминать, какими словами Северус выражал свое мнение об умственных способностях Гарри перед завтраком, когда парень попробовал извиниться и оправдаться.
В дверь постучали, но Гарри не открыл: такое случалось достаточно часто, чтобы не вызвать подозрения.
Осталось только дождаться вечера.
***
Свет в гостиной сегодня горел просто неприлично долго. Десять часов, одиннадцать, двенадцать, час, два…. Только в половине третьего Гарри, наконец, дождался темноты. На всякий случай, подождав еще полчаса, он левитировал чемодан, чтобы не шуметь, и тихо спустился по лестнице.
И понял, что ошибся.
Свет и в самом деле не горел, но перед едва тлеющим камином сидел Северус, спрятав лицо в ладонях. Услышав шаги Гарри, он поднял голову.
- Поттер? – голос был хриплым. Судя по всему, Северус не ожидал увидеть здесь Гарри. – Почему ты не спишь…
Тусклый огонь в камине только сейчас осветил Гарри целиком, позволив Северусу разглядеть дорожную одежду и левитируемый чемодан.
- Куда ты собрался? – Северус нахмурился. Гарри пожал плечами.
- Неважно. Раз ты не спишь, я могу воспользоваться камином?
- Нет, - что бы не было с Северусом до этого, оправился он на удивление быстро. – Пока не объяснишь мне причины, побудившие тебя сбегать отсюда, и пока я не сочту их уважительными.
Гарри прикусил губу.
- Я так понимаю, утреннее происшествие ты не сочтешь уважительной причиной? – зло поинтересовался он, опуская чемодан на пол и хватаясь за ручку. Странно, но это действительно успокаивало.
- Прости, - Северус опять уставился в камин. Гарри застыл на месте. Вся его решимость, кажется, пошла прахом от одного только этого слова.
- Что?
- Прости. Я не должен был… так поступать. Я не вполне понимал, что делаю, но это меня не оправдывает, – повторил мужчина бесцветным голосом. Гарри после недолгих колебаний присел рядом на диван.
- То есть ты не понимал, что делаешь? – решился переспросить он. Северус не ответил. В тишине прошли еще несколько минут, и Гарри вскочил, опять чувствуя злость.
- Поттер, сядь. Пожалуйста, - настолько мягким голос Северуса не был никогда. Гарри послушался. Одним взмахом палочки Северус увеличил огонь в камине, и только сейчас парень смог разглядеть его лицо.
Устало прикрытые глаза казались покрасневшими, но Гарри не мог сказать, было ли это на самом деле, или только казалось из-за игры пламени. Но морщинки на лбу и возле губ, которых раньше точно не было, не могли привидеться, и это заставило Гарри задуматься.
Он никогда не видел мужчину в таком состоянии. Неужели Северус… чувствует себя виноватым за все, что произошло сегодня? А может, вообще за эти несколько дней?
- Я уверен, что эта… татуировка оказывала на меня какое-то… эмоциональное воздействие, - после долгой паузы медленно произнес Северус, так же не глядя на Гарри. – Я не оправдываюсь. Просто ты должен знать.
Гарри кивнул. Это и в самом деле объясняло странную реакцию Северуса и вспышки ярости в последние дни.
Он ждал чего-то еще, но Северус только наклонился вперед, обхватив себя руками и глядя в камин так, словно хотел загипнотизировать пламя. Гарри пошевелился, стараясь обратить на себя внимание, потом кашлянул. И, наконец, решился задать интересующий его вопрос.
- Ты ведь говоришь о ней в прошедшем времени?
Северус повернул голову, глядя на него пристально и как-то жадно, на удивление пугающе, так, что Гарри поежился. Затем, не отрываясь, словно в трансе, потянулся к пуговицам на мантии. Гарри заворожено наблюдал за медленными движениями пальцев, неосознанно считая расстёгиваемые пуговицы. Под мантией оказалась рубашка, и это чуть не заставило Гарри застонать от разочарования. Он сдержался только потому, что боялся, что это отпугнет Северуса. Сколько времени у них не было секса? С той самой ночи после выпускного бала…
Слишком долго - понял Гарри. Слишком долго – это отчетливо чувствовалось сейчас, когда брюки оказались вдруг тесны, и стало нестерпимо жарко. И этот жар усиливался Все жарче с каждой расстегнутой пуговицей, с каждым обнажаемым сантиметром белоснежной кожи без следа черной метки-змеи.
Гарри потянулся к своей мантии негнущимися пальцами, проклиная то, что оделся так тепло, неуклюже дернул – пуговица, и без того державшаяся на одной нитке, оторвалась и покатилась куда-то. Гарри заворожено проводил ее взглядом…
…И вскрикнул, когда Северус, стремительно рванув вперед, опрокинул его на стол.
Сейчас он словно был другим человеком, не тем, чересчур осторожным, слишком нежным, излишне заботливым, а необузданным, яростным… И не сказать, чтобы Гарри не устраивала такая перемена.
Только спустя целую вечность, Северус, наконец, оторвался от губ Гарри – парень уже чувствовал холод дерева голой спиной – и тихо-тихо прошептал ему на ухо:
- Кажется, она слушалась только змееуста…. Темный Лорд просто не учел один непредвиденный фактор…
Гарри не отреагировал: руки Северуса, казалось, жили собственной жизнью, умело расправляясь с брючным ремнем. Гарри тяжело дышал, перед глазами все плыло от нестерпимого желания, но он все еще пытался расстегнуть брюки Северуса.
Не получилось…. После того, как джинсы Гарри полетели куда-то в сторону камина (оставалось только надеяться, что не в сам камин), они быстро и как-то незаметно переместились в одно из кресел. Северус разделся сам, нестерпимо медленно, по мнению Гарри, и опустился на колени, на какое-то мгновение оживив неприятные воспоминания о Финнигане…
Но только на мгновение. Гарри сам не понимал, почему даже в моменты, когда он не помнил себя от наслаждения, он так четко осознавал, что это – Северус, его Северус, только его…
А потом, после оглушительной разрядки, был тихий смешок, поглаживание внутренней стороны бедра, почти неслышный, невыносимо нежный шепот: «Мальчишка…». Несколько секунд спустя Гарри, придя в себя, осторожно потянул Северуса наверх, к себе на колени, попробовал взяться за его член и прежде, чем успел почувствовать обиду, когда Северус отстранил его, услышал очередные поразившие его слова.
- Ты надеешься, что я этим ограничусь?
А потом были нежные поцелуи, и Северус опять сполз на пол, мучительно медленно лаская языком ямку пупка и играя пальцами с сосками, и снова появившаяся эрекция, и смазка в кармане мантии. В кресле становится неудобно, и они перемещаются на ковер, и теперь уже движения Северуса быстры и нетерпеливы, когда он растягивает себя, и Гарри прикусывает губу, наблюдая за этим. А потом, когда Северус уже опускается на него, запрокидывает голову и тяжело дышит, замерев, появляется запоздалая мысль…
- Северус, - Гарри привстает на локтях и сдавленно охает при первом движении мужчины. - А если… Джеймс или Малфой…
- Они спят. И если ты будешь вести себя тихо, то они и не проснутся, - Гарри никогда не видел у Северуса такой улыбки, одновременно и лукавой, и завлекающей, и нежной, и в то же время на удивление неуверенной.
И все это: такая странная улыбка, ночной секс в гостиной перед открытым (опять!) камином, забытая уже нежность и никогда еще не познанная безудержная страсть, все это сливалось в один безумный коктейль, заставляющий забыть обо всем, кроме одного-единственного человека…
… - Сев, послушай…
- Не смей меня так называть.
- Извини, - Гарри осторожно прижался щекой к плечу мужчины. Тот обнял его одной рукой. – Северус, может, нам лучше одеться?
Молчание.
- Северус!
- Наверное… - мужчина в упор смотрит на Гарри, разглядывает его лицо, и парню вдруг кажется, что в этот момент его любовник уязвим, как никогда. Наверное, это потому, что он позволил себе снять маску.
Гарри довольно прикрывает глаза, вспоминая, как десять минут назад он слышал звук своего имени – слово «Гарри», произнесенное этим голосом, оказалось неожиданно приятным.
Когда он открывает глаза, Северус все так же смотрит на него, и Гарри на мгновение задается вопросом: а кого мужчина видит в чертах его лица?
- Поднимайся. Идем спать, Гарри, - тихий голос раздается неожиданно вовремя, помогая на какое-то время отбросить все сомнения.
Гарри собирает одежду. Забытый чемодан стоил на полпути к дверям. Гарри рассеянно левитирует его к стене. Северус накидывает мантию на голое тело, осматривает гостиную, нагибается, поднимая пуговицу.
- Мог бы сказать Тибби, чтобы он пришил, - мужчина кладет ее на стол. – Оставь мантию здесь.
По телу пробегает дрожь – в этот момент Гарри чувствует вдруг, что у него впервые появился дом. Не свой дом, как он когда-то понимал это. А дом, где он нужен. Где о нем заботятся, где его любят…
Где ему пришивают пуговицы.
- Что смешного? – Северус разворачивается, услышав хихиканье – Гарри представил мужчину с иголкой и катушкой ниток. Зрелище было забавным, но Северус не оценил бы…
- Ничего.
Привычное фырканье в ответ. Северус направился к лестнице.
Оставалось только надеяться, что это не единственная ночь, которую они проведут вместе.
***
Ощущение упавшего с души тяжелого камня было на редкость приятным. Пожалуй, почти то же самое я ощущал, когда мне удалось нейтрализовать Метку. Правда, тогда была только физическая зависимость, а эта татуировка каким-то образом влияла на мои эмоции.
Я ощутил это как никогда четко, когда, работая в лаборатории, почувствовал вдруг, что мне не приходится сдерживать свою ярость на Поттера, что нет уже того раздражения, и что вдруг стало как-то непривычно легко.
И пять минут спустя, когда я удостоверился в том, что этой татуировки больше нет – я, кстати, так и не понял, что сделал Поттер, чтобы убрать его, хоть я и не сомневался в том, что это именно он, - мне стало вдруг невыносимо тяжело, когда я вспомнил это утро.
А потом, закончив со своими делами и уединившись в гостиной – было достаточно поздно, чтобы я мог себе это позволить – я в полной мере ощутил, как то, что, казалось, медленно уничтожало меня больше года, заставляя ненавидеть самого себя, пропало, что я свободен.
- Северус, ты не спишь? – Поттер осторожно пошевелился, плотно прижимаясь ко мне спиной. Кровать действительно оказалась слишком узкой для двоих, но меня это совсем не волновало.
- Не сплю, - я дотронулся губами до его затылка.
- Давно? – Поттер заерзал, весьма неудачно при нашей позиции.
- Не очень.
- Ясно…
Поттер прижался ко мне сильнее и замер. Я улыбнулся ему в волосы.
- Напомни мне купить новый ковер в гостиную, - довольно пробормотал я. Поттер почему-то напрягся. – На этом остались пятна, к тому же там слишком пыльно.
Поттер после недолгого молчания повернулся ко мне лицом, уткнулся носом мне в ключицу. Горячее дыхание щекотало мне шею.
Вчера… Я чуть с ума не сошел, когда увидел его ночью таким вот, в дорожной одежде, с чемоданом. Он не узнал, как я был рад, когда он пришел ко мне, но я, как мог, старался извиниться, чтобы удержать его, чтобы дать ему понять, что он нужен мне здесь.
А потом я все же не сдержался, и мне было все равно, что Поттер – мой бывший ученик, что он сын моего бывшего любовника и брат моего сына. Я обезумел настолько, что впервые позволил себе не сдерживаться с ним; настолько, что абсолютно забыл о безопасности, о том, что наверху Джеймс и Драко.
Но, признаться, это оказалось на удивление прекрасным.
- Северус… - неуверенно позвал меня Поттер.
- Да? – я повернул голову, бросил взгляд на маггловские настенные часы, висящие на стене напротив. – Поттер, уже половина одиннадцатого! Поднимайся и иди в ванную. Поговорим потом.
***
- Северус, а вы с Гарри помирились? – Джеймс, уже сидевший за столом, с интересом уставился на меня. Драко был более сдержан, но было видно, что и его интересуют подробности моей личной жизни.
Я не ответил, проходя на в кухню. Зевающий Поттер – мне стоило невероятно большого труда вытащить его этим утром из кровати – сел за стол напротив Джеймса.
- Судя по твоему виду, Северус тебя этой ночью совсем заездил, - донесся до меня тихий, ехидный голос Драко. Поттер не ответил.
- Я все слышу, - сообщил я, доставая чайник и чашки. Намек был понят: больше неприличных замечаний не последовало.
Если не учитывать чрезмерно назойливых вопросов моего сына, завтрак прошел на удивление спокойно и… приятно. Я никогда не думал, что оттого, что кто-то близкий сидит с тобой за одним столом, может быть настолько тепло.
Поттер почти не смотрел на меня, уткнувшись в свою тарелку, и клевал носом. Он еще не догадывался, что я подмешал ему в чай Бодрящее зелье.
А спустя час я уже пожалел об этом, потому что, сбросив сонливость, Поттер стал выглядеть счастливым до неприличия. Когда мне пришлось уйти на Косую Аллею за ингредиентами, он отправился поджидать меня в сад, делая вид, что собирается дышать свежим воздухом. Потом он устроился с учебником в лаборатории, изображая, что пишет что-то. Возможно, я и поверил бы в это, будь Поттер, скажем, оборотнем, потому что с человеческим зрением в полумраке чердака разглядеть написанное было абсолютно невозможно.
- Поттер, - я не выдержал через полтора часа, когда одно из зелий, которое я варил, вступило в активную стадию приготовления, на которой следовало добавлять ингредиенты в весьма быстром темпе. – Перестань переводить бумагу - все равно я не поверю, что ты что-то видишь в такой темноте. Если тебе нечем заняться, изволь истолочь коготь гиппогрифа, он на третьей полке слева.
Поттер неуверенно отложил учебник и пошел к шкафу, к счастью, он решил не опровергать утверждение, что он все-таки валял дурака все это время. Перед шкафом он замер, и я вспомнил, что банки у меня не подписаны.
- Третья слева, - подсказал я. – Когти желтого цвета с перламутровым отливом.
После недолгих колебаний Поттер все же определил нужную банку. Я пододвинул к нему ступку, стоящую на столе.
- Как можно мельче. Я не хочу зря тратить свое время и свои ингредиенты, - напомнил я, считая помешивания зелья. Три, четыре, пять… теперь уменьшить огонь, накрыть крышкой и нарезать белладонну…
Как ни странно, Поттер провел со мной в лаборатории почти весь день, несмотря на то, что я несколько раз напоминал ему о подготовке к предстоящим экзаменам. Поттер в ответ на это только говорил, что он учится зельеварению и что почитает учебник перед сном. Последнее обещание он, кстати, так и не выполнил.
И я даже не удивился, когда однажды в час ночи, проснулся оттого, что Поттера рядом не было.
Интересно, как он ухитрился перелезть через меня? Я думал, что сплю достаточно чутко.
Отсутствие Поттера обеспокоило меня достаточно сильно, чтобы я накинул мантию и бесшумно вышел из комнаты.
Так и есть: на первом этаже горел свет. Я как можно тише спустился вниз. Поттер, судя по всему, не услышал меня: по крайней мере, под моей рукой он ощутимо вздрогнул.
- Почему ты не спишь? – поинтересовался я. Поттер поднял на меня тоскливый взгляд и пожал плечами. Я напрягся: что-то случилось?
Поттер сидел неподвижно, держа в руках кружку с чаем, глядя куда-то в пространство. На ручке кресла лежал смятый кусок пергамента.
Ах, да. Письмо от Грейнджер, кажется, об экзаменах. Ясно.
- Если я не ошибаюсь, у тебя завтра экзамен?
Поттер изумленно взглянул на меня.
- Да.
Отлично. Он неподражаем: перед экзаменами сидеть полночи в гостиной
- Иди спать, - я безапелляционно отобрал у него холодную уже чашку. От неожиданности Поттер даже не сопротивлялся.
- Не хочу, - буркнул он. Я вздохнул: с подобными заявлениями я сталкивался, когда Джеймсу было восемь лет, но методы, которые я использовал против сына, сейчас не подошли бы.
- Не выспишься, - я поставил чашку на стол и присел перед Поттером на корточки. Губа искусана, брови нахмурены,… и руки дрожат. Волнуется?
Я взял его руки в свои. Мелькнула мысль, что точно так же… но я обещал себе не вспоминать Джеймса Поттера.
- Поттер. Иди спать. Дать тебе успокоительное?
Он покачал головой, но все же поднялся. Я мысленно поздравил себя: я и не ожидал, что смогу уговорить его…
Аврорская школа находилась в каком-то невероятном захолустье. Точнее, в захолустье находился один из корпусов школы, где надо было сдавать экзамены и, как говорили, там же проводились практические занятия и тренировки.
Гарри оставалось только благословлять каминную сеть и тренироваться в аппарации – с утра, конечно, он пользовался камином: приходилось перемещаться сначала в главный корпус Школы в Лондоне, а только потом сюда.
Сейчас Гарри сидел на жестком стуле в узком коридоре в компании еще десятка поступающих. К его удивлению, он оказался одним из младших. Гермиона сидела рядом, нервно теребя в руках носовой платок.
- Грейнджер, Гермиона! – раздался голос из кабинета. Девушка напряженно улыбнулась другу и торопливо зашла в кабинет.
Кто-то тихо переговаривался, кто-то нервно смеялся. Гарри удалось задремать, облокотившись на стену. Его разбудила только Гермиона.
- …Поттер, Гарри! – нетерпеливо повторил голос из кабинета. Гарри вскочил, споткнулся о порог, заходя. Встретили его неодобрительным взглядом.
- Садитесь, мистер Поттер, - произнес мужчина неприятно-официального вида, чем-то напомнивший Гарри Перси Уизли несмотря на внешнюю непохожесть. Гарри неуверенно устроился на стуле, бросил взгляд на раскрытую папку с какими-то бумагами. Прочитать, увы, ничего не удалось: относительно Гарри папка лежала вверх ногами.
- Вы уже знаете результаты своих экзаменов? – мужчина, словно нарочно, не поднимал взгляда, демонстративно игнорируя Гарри.
- Нет…
- Почему?
- Мне не пришли результаты, - Гарри, наконец, взял себя в руки.
- А вас надо обязательно ткнуть во все носом? – мужчина, наконец, поднял голову. – И сами вы не в состоянии приложить какие-то усилия даже для того, чтобы узнать то, что вам нужно? – Гарри бросил на него удивленный взгляд. На самом деле, он даже боялся, что его, как потенциального победителя Волдеморта, захотят принять без экзаменов, но такое отношение не устраивало его еще больше.
- С прискорбием сообщаю вам, что ваши оценки слишком низкие для поступления в Высшую Школу Авроров, - сообщил мужчина, заглянув в папку. – Зельеварение – три за теорию, семь за практику, боевая магия – семь, защитная магия – пять…
- Почему? – вырвалось у Гарри. Он прекрасно помнил день, когда были эти оба экзамена. Это был практический экзамен, и гоняли их абсолютно безжалостно, пять часов с небольшим двадцатиминутным перерывом. Вначале это были дуэли, потом их разделили на две группы – для группового боя. И, как потом выяснилось, фиксировалось каждое из заклинаний.
Гарри тогда выложился по полной: тренировки в ОД не шли с этими ни в какое сравнение. Но в высоком балле по защитной магии он был абсолютно уверен…
- Неужели вы всерьез думаете, что даже неплохое владение заклинаниями «Протего» и «Экспеллиармус» является достаточным условием для поступления в высшее учебное заведение? К вашему сведению, это программа второго курса. Мистер Поттер, не будьте ребенком. И прошу, не надо мне говорить, что якобы вы победили когда-то Сами-Знаете-Кого с помощью Экспеллиармуса.
Гарри почувствовал, что краснеет. Но интересно, откуда этот человек знает о подробностях воскрешения Волдеморта? Об этом в «Пророке», кажется, не писали, там только ругали Гарри на все корки…
- Но ведь я победил больше, чем в половине дуэлей! Разве не все равно, какими заклинаниями я пользовался?
Ответом был только насмешливо-снисходительный взгляд.
- Целительство – теория восемь баллов, практика пять баллов, артефактология – шесть баллов… В общем, мистер Поттер, если вы рассчитывали поступить за счет своей известности, вы ошиблись. Здесь не такое заведение. Сюда надо поступать исключительно своим умом. До свидания.
***
- Гарри, ты не расстраивайся…. Попробуешь поступить в следующем году, у тебя наверняка получится. А если ты переживаешь о том, что тебе сказали там, то не обращай внимания, мало ли что могут наговорить…
Гарри с трудом оторвался от своих раздумий и повернулся к Гермионе.
- Да, конечно, - бесцветно произнес он. – Я не переживаю.
Гермиона улыбнулась.
- Вот и хорошо! Тогда мне пора, я Рону обещала аппарировать к нему сразу после экзамена. Пока, - она еле заметно прикоснулась губами к щеке Гарри и тут же аппарировала. Гарри тупо глядел на то место, где она только что стояла.
Поведение Гермионы казалось ему на редкость странным. Начать с того, что раньше, Гарри был уверен, девушка ни за что не оставила бы его одного в таком состоянии и не поверила бы никаким его заверениям, что он в порядке: Гермиона была очень проницательной. Потом, все семь лет их знакомства он был для девушки прежде всего другом, и он не мог припомнить ни одного случая, чтобы она, пусть даже так условно, целовала его…
Но все странности в поведении подруги почти сразу вылетели у него из головы.
Сейчас можно было аппарировать домой к Северусу или к Сириусу, но и там, и там Гарри ждали расспросы… и надежда. И Сириус, и Джеймс, и, наверное, Северус – все были уверены, что он сдаст экзамены…. А Гарри сейчас был не в том состоянии, чтобы рушить и еще чьи-то надежды, кроме собственных.
Очень хотелось напиться. Значит, к Северусу нельзя: он не разрешит. Хотя Гарри не так уж часто и пил: только тогда, когда было совсем плохо. А на Рождество это вообще привело к положительным последствиям. Сириус ввиду своего нестабильного еще здоровья находится под неусыпным контролем Люпина, и Гарри сомневался, что оборотень опять предоставит ему бутылку огневиски. Рон? Не в таких уж они еще хороших отношениях, да и, судя по словам Гермионы, в ближайшее время он будет занят…


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 20:30 | Сообщение # 41
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
***
В подсобке магазина близнецов Уизли было сумрачно, но Гарри это отнюдь не мешало.
Время экзамена Гарри вполне удачно совпало с концом рабочего дня, так что Фред и Джордж, искренне сочувствующие Гарри, вполне могли позволить себе по очереди сидеть рядом с ним.
Гарри прорвало на пятом стакане. Сначала были жалобы на «Северуса, который своей чертовой глупостью сбил весь учебный настрой». На седьмом стакане Гарри в лицах рассказал Фреду историю о том, как Малфой предлагал Северусу купить двуспальную кровать. На девятом - магазин, наконец, закрылся, и скорость уменьшения огневиски в бутылке увеличилась. Когда Джордж, не обращая внимания на предостерегающий взгляд брата, вытащил из-за коробок вторую бутылку, Гарри ударился в воспоминания о рождественских каникулах и о том, какие претензии он имеет к Северусу в сексуальном плане…
- Да, - заключил Фред. – Это была несомненно очень трогательная и романтическая история.
Джордж кивнул, глядя на Гарри, который заснул прямо на столе.
- Как ты думаешь, он так быстро вырубился, потому что более восприимчив к алкоголю, или потому что выпил больше, чем мы вместе взятые?
Фред поднялся, опираясь на стол.
- Думаю, и то, и другое. Гляди, а я даже равновесие могу держать! – похвастался он. - И язык не заплетается!
- Главное, не вздумай отпускать стол, - фыркнул Джордж. – А с ним что делать?
- Можно, конечно, отправить его к Снейпу, - задумчиво произнес Фред, со второй попытки доставая волшебную палочку. – Но после его откровений…
Джордж понимающе кивнул.
- Да, это надо переварить. Кстати, как ты думаешь, если обо всем этом кто-нибудь узнает, кто пострадает первым?
- Гарри, - Фред, взмахнув палочкой, превратил несколько коробок в большой матрас. – А потом уже мы.
Джордж скорбно покачал головой, подхватывая Гарри под мышки и стаскивая со стула.
- Я тоже так думаю. Значит, никому не скажем. Спонсоров надо беречь…
- Да, - серьезно согласился Фред, помогая удобно устроить Гарри и ложась рядом. – И в следующий раз надо поить его осторожнее. Сливочным пивом, например…
***
Побудка была негуманной: звук упавшей коробки в сочетании с похмельем показался Гарри началом Апокалипсиса.
- Твою ж мать… - выдохнул он, пытаясь нашарить подушку и спрятаться под нее, но подушки не было.
- Прости, Гарри, это мы просто стремимся к твоему спасению! – непривычно безрадостный голос одного из близнецов вызвал ощущение, будто в голове у Гарри бегает стадо бегемотов.
Тихо застонав, Гарри открыл глаза.
На столе стояла дымящаяся сковородка, в соседней комнате что-то тихо шебуршало, а один из близнецов с подозрительно зеленым оттенком лица рылся в какой-то коробке.
- Я что, вчера пил? – Гарри огляделся и, за неимением лучшего, скомкал чью-то мантию, засунув ее под голову.
- А ты не помнишь? – Джордж – Гарри решил, что это он, по темно-серому воротнику рубашки, торчащему из-под мантии, у Фреда воротник почему-то был более застиранным – посмотрел на него. Гарри осторожно качнул головой.
- Нет, ничего не помню… Я, кажется, экзамены провалил? – Джордж кивнул. – Мерлин… Северус меня убьет…
Дверь в комнату приоткрылась, Гарри увидел недовольное лицо незнакомой девушки.
- Мистер Уизли, к вам посетитель.
- Магазин еще не открылся, - возразил Джордж, как можно осторожнее левитируя очередную коробку.
- Я знаю, но он говорит, что вы будете рады его видеть, - девушка пожала плечами. Из-за двери напротив вышел Фред, вытирая лицо полотенцем – видимо, там была ванная.
- Хорошо, позови его сюда… - девушка исчезла, а Фред задумчиво перевел взгляд на Гарри. – Или не стоит…?
«Посетителя», который вошел в комнату буквально через минуту, явно никто не ожидал увидеть.
- Мистер Снейп? – первым отреагировал Фред. – Э… я полагаю, вы за Гарри?
Гарри попытался закопаться лицом в мантию, только сейчас различив на ней нашивку с надписью «УУУ».
- Оставьте в покое казенное имущество, Поттер, - в голосе Северуса слышалось такое отвращение, какого Гарри не слышал уже давно. – Да, мистер Уизли, несложно догадаться, что я прибыл сюда именно за ним. Вы ведь именно для этого разбудили меня вчера посреди ночи?
Близнецы недоуменно переглянулись. Северус поморщился.
- Да, судя по всему, дело еще хуже, чем я полагал, - он залез в карман и вытащил какую-то замызганную смятую бумажку и пузырек с уже печально знакомым Гарри Антипохмельным зельем. – Поттер, жду вас у камина.
Как только дверь за ним захлопнулась, вызвав у Гарри очередной жалобный стон, близнецы одинаково бодро подошли к столу.
- Вот уж никогда не ожидал, что меня когда-нибудь будет спасать от похмелья Снейп… - Джордж открыл флакончик, принюхался к содержимому и взял со стола стакан. Фред же схватил таинственную бумажку.
- «Мистер Снейп, хотим предупредить, что… Гарри Поттер в силу…» здесь непонятно, кажется, «непредвиденных обстоятельств», неужели это мы писали? Так, сюда, похоже, мы что-то пролили…. Я даже догадываюсь, что… «Эту ночь проведет у нас, гарантируем относительную целость и частичную сохранность». Теперь верю, что это писали мы…. А кто именно додумался сюда поставить нашу печать?
Джордж пожал плечами, протягивая Гарри стакан с разведенным зельем.
- Может быть, я. А ты не помнишь, куда мы ее потом засунули?
Гарри тяжело вздохнул, Джордж взъерошил его волосы.
- Если снова надо будет напиться, приходи к нам, - весело посоветовал он. – По крайней мере, здесь тебе не грозит, что кто-нибудь обчистит твои карманы.
- Или сотворит с твоим бесчувственным телом что-нибудь похуже, - Фред заглянул под стол.
***
Гарри безрадостно уставился на большое зеркало в ванной, которое отражало его. Зрелище, надо сказать, было на редкость унылое. Всклокоченные волосы, опухшее лицо…
- Поттер, - усталый голос Северуса за спиной тоже не добавил хорошего настроения. – Я, конечно, понимаю, что ты был расстроен, но зачем же было нажираться до такого свинского состояния?
Гарри потупился, разглядывая узорную плитку на полу. Ванная в комнате Джеймса оказалась не в пример лучше той, что в спальне Северуса.
Руки мужчины обхватили Гарри за плечи.
- Поттер, ты ответишь на мой вопрос?
Гарри упрямо покачал головой. Сзади раздался смешок. Северус не сердится?
Подняв голову и посмотрев в зеркало, Гарри натолкнулся на взгляд мужчины. Тот неохотно отпустил Гарри.
- Раздевайся, - бросил Северус и подошел к ванной, откручивая краны. – Тебя надо привести в приличный вид.
Гарри замер, не веря своим ушам. Северус отрегулировал температуру воды и повернулся к нему.
- Тебе помочь?
- А Джеймс? – осторожно поинтересовался Гарри, нерешительно расстегивая рубашку.
Я разрешил ему отправиться на Гриммаулд Плейс, в библиотеку, а потом пройтись по Косому переулку с Люпином. Так что в ближайшие часа три его можно не ждать. К тому же я запер дверь, - Северус подошел ближе, и Гарри неожиданно для самого себя уткнулся в его в мантию. Предательски защипало глаза.
- Мне, наверное, придется вернуться к Сириусу… - пробормотал он. По спине скользнули ладони мужчины и остановились на ягодицах.
- Интересно, почему это?
- Я не могу сидеть у тебя на шее…
Снейп фыркнул, выводя ладонями круги.
- Предпочитаешь сидеть на шее у Блэка?
- Он мой крестный…
- А я твой любовник, - перебил его Северус. Гарри онемел. Северус никогда раньше не говорил ему такого… Это сейчас казалось просто признанием в любви…
Он не сопротивлялся, когда Северус все-таки снял с него рубашку и начал расстегивать ремень на брюках. Может, все же остаться? Несмотря на все неприятности, их отношения все же наладились, пока Гарри жил здесь. Но ему было неудобно бездельничать рядом с Северусом, которому приходилось работать даже во время отпуска.
Хотя с другой стороны Гарри мог помочь деньгами, пусть даже когда он заикнулся об этом в прошлый раз, Северус просто наорал на него. Просто надо делать это ненавязчиво. Ради этого можно даже попросить помощи у Малфоя. Всё же иногда могут пригодиться и слизеринские качества…
***
Это было на редкость унылое утро, за окном лил дождь, в окно бились мокрые черные ветки сухого дерева – погода прекрасно гармонировала с настроением Гарри. И появление необычайно счастливого Джеймса, размахивающего мокрым свитком, было несколько некстати.
- Гарри, я поступил! – радостный вопль отвлек Гарри от созерцания маленькой капли, медленно ползущей по стеклу.
- Поздравляю, - Гарри попытался улыбнуться. – А как ты теперь учиться будешь, тоже совами?
Джеймс кивнул.
- Ну да, мне будут присылать вопросы, а я – подробные ответы, потом еще экспериментальные образцы зелий, описание своего проекта… Гарри, ты что, не слушаешь? – он нахмурился и сел рядом с Гарри. Тот пожал плечами.
- Извини, я плохо себя чувствую….
- Может, тебе зелье какое-нибудь принести? – Джеймс обеспокоено поднялся.
- Антипохмельное, - раздалось насмешливое фырканье с лестницы.
- Заткнись, - пробурчал Гарри. Малфой, а это был именно он, спустился вниз и удобно устроился в кресле, задумчиво уставившись на белесое пятно на ковре. Гарри покраснел, вспомнив, как появилось это пятно. Поменять, что ли, в самом деле, ковер…
- Я тоже рад видеть тебя в таком настроении, - Малфой усмехнулся, переводя взгляд с пятна на к Гарри. – Как у тебя с поступлением?
- Дерьмово, - буркнул Гарри.
- Зря только время на тебя тратил, - демонстративно тяжело вздохнул Малфой. К счастью, это был единственный комментарий, может, потому, что он вовремя заметил выражение лица Гарри.
- Но зато у тебя есть целый год, чтобы подготовиться к следующим экзаменам, - попытался приободрить его Джеймс.
Гарри снова тяжело вздохнул.
- Я зайду к Сириусу, - сообщил он. В конце концов, он так и не поговорил тогда с крестным. К тому же можно будет посмотреть в библиотеке книги по гербологии…
Гостиная на Гриммаулд Плейс была пуста, если не считать Живоглота, устроившегося в кресле. Гарри почесал кота за ухом и заметил свежий номер Пророка на полу. К Северусу газеты приходили редко, да и Гарри не очень любил их читать. Но сейчас он поднял газету, бросил взгляд на первую страницу… и окаменел.
«Найден сбежавший из Азкабана преступник! – гласил заголовок, и далее, - Сириус Блэк, убийца, сбежавший из Азкабана несколько лет назад, найден мертвым в одном из маггловских районов, где произошло очередное нападение Пожирателей Смерти…»
Газета с шуршанием упала на пол. Гарри рухнул в кресло, глядя в пустоту, сердце глухо билось где-то в ушах, в голове было пусто – впрочем, из этого состояния его мгновенно вывели Живоглот, взвывший под Гарри и пребольно царапнувший его за ягодицу, и появившийся в дверях Сириус.
Вскочивший Гарри тотчас обессилено опустился обратно. Не успевший сбежать Живоглот не тратил уже время на вопли, а, вцепившись когтями в поясницу Гарри, попытался вытащить из-под него заднюю лапу.
- Гарри, что… Черт! – взгляд Сириуса упал на «Пророк». – Ты из-за статьи, что ли? Успокойся, я живой, и встань с Живоглота, - Сириус подошел ближе и помог Гарри подняться.
- Что произошло? – Гарри вцепился в Сириуса, не веря своим глазам. Сириус обнял его, Гарри заметил, что выглядел он несколько смущенно.
- Это просто план Дамблдора, - успокаивающе произнес он. – Если в Министерстве узнают, что я мертв - меня перестанут искать. А там, - он махнул рукой в сторону газеты, - просто один из убитых Пожирателей под действием особого зелья, вроде Оборотного, только действующего на мертвецов. Дамблдор собирался провести операцию еще не прошлой неделе, только…
- На прошлой неделе? – Гарри резко отстранился. Сириус кивнул. – То есть, ты знал все это заранее? И ничего мне не сказал?
- Ну… - в замешательстве протянул Сириус, - я не хотел рассказывать тебе раньше времени… Вдруг ничего не получилось бы…
Гарри глубоко вдохнул, досчитал до десяти и выдохнул. Не помогло…
- Ты вообще соображаешь, что было бы, прочитай я это дома? Твою мать, я столько сил потратил на то, чтобы вытащить тебя из-за этой чертовой Арки, а ты… Кретин, придурок… - Гарри сам уже не понимал, что изо всех сил старается побольнее ударить Сириуса, а тот только уворачивается и пытается удержать его. – Болван, идиот, кретин…
- Что тут происходит? – удивленный голос Люпина у дверей заставил Гарри обернуться.
- Я забыл рассказать ему о моей смерти, - виновато сообщил Сириус и получил еще один, на этот раз несильный, тычок локтем в бок.
- Ты в порядке? – Люпин нахмурился, обращаясь к Гарри. Парень бессильно сел в кресло, откуда Живоглот предусмотрительно сбежал.
- Да, - буркнул Гарри, все еще злясь, и поморщился: царапины, оставленные Живоглотом, ощутимо саднили.
- Извини, - Сириус смущенно взглянул на него. – Я не подумал…
Гарри примирительно улыбнулся. Люпин окинул пристальным взглядом сначала его, а потом Сириуса.
- У тебя синяк на плече и кожа содрана, - негромко произнес он. – Заживляющая настойка в моей комнате, в тумбочке.
Сириус усмехнулся и вышел из комнаты. Гарри покраснел.
- Я, наверное, переборщил… - пробормотал он. Люпин сел в соседнее кресло.
- Нет, не думаю. На мой взгляд, ты имел на это полное право. Он повел себя безответственно по отношению к тебе. Можно задать тебе один вопрос? – резко поменял тему оборотень. – Как у тебя дела со Снейпом?
- Он просил тебя больше не совать нос в его дела и не лазить по моим бумагам, - с удовольствием сообщил Гарри. Люпин потупился, но Гарри готов был поклясться, что он улыбается.
- Когда ты только что говорил про «дом», ты имел в виду дом Снейпа? – все же продолжил свою мысль Люпин. – Послушай, мне просто очень надо это знать. В том письме ты писал, что хочешь уехать от Снейпа, а теперь…
Гарри уже не слушал. Черт возьми, ведь и в самом деле… он вспомнил только что сказанные Сириусу слова: «…прочитай я это дома…». Он и в самом деле имел в виду то место, где он жил теперь. Дом Северуса. Его дом. Когда Гарри начал ощущать его именно так? Той ночью у камина? Или сегодня утром, когда Северус, несмотря на его отвратительное поведение, все же нашел его и притащил домой? Домой…
- Гарри, ты меня слушаешь?
- Да, конечно! – Гарри широко улыбнулся. Это странное чувство, появившееся, когда он неожиданно понял: что бы ни случилось, ему есть куда возвращаться, его будут ждать, грело так, словно под боком снова лежал Северус. – Все хорошо. Правда. Хотя я провалил экзамены,… но я все равно останусь у Северуса…
- Ты провалил экзамены? – Сириус вернулся неожиданно быстро. У Гарри мелькнула глупая мысль, что ему, наверное, не пришлось долго искать Заживляющую настойку, - но мысль отдавала пошлостью, и Гарри поскорее отбросил ее.
- Ну, да. Мне сказали, что я пользуюсь слишком простыми заклинаниями для университета, и даже притом, что я победил Волдеморта с помощью Экспеллиармуса, для них это слишком низкий уровень, - пожал плечами Гарри. – Ну, и еще я набрал слишком низкие баллы. Хотя у других было не намного лучше, я потом смотрел. Даже у Гермионы.
- Но ты же вел кружок по защите! Вы же могли противостоять группе Пожирателей с этими Экспеллиармусами! – возмутился Сириус, опускаясь рядом с Гарри на ручку кресла. Кресло жалобно скрипнуло. Гарри заметил, что Люпин взмахнул палочкой, похоже, наложив укрепляющие чары. – Как они вообще могли не взять тебя!
- Мне так и высказали, - вздохнул Гарри. – Что я должен поступить благодаря знаниям, а не своей известности.
Сириус тихо выругался. Люпин поднялся.
- Сириус, сядь нормально, а то кресло не выдержит, и вы упадете, - мягко проговорил он. – Я пойду, поставлю чайник.
Сириус неохотно послушался: было видно, что на ручке кресла ему было достаточно удобно.
- И что ты теперь собираешься делать? – поинтересовался он. Гарри пожал плечами.
- Я хочу привести в порядок дом и сад, - нерешительно признался он. К его удивлению, Сириус не выразил недоумения и даже не попросил Гарри перебраться обратно на Гриммаулд Плейс.
- А потом? Ты же собираешься поступать снова?
Гарри немного неуверенно кивнул. Такое отношение к нему немного напрягало, но не менять же из-за таких пустяков свое решение…
- Я сомневаюсь, что у тебя что-то получится, - Люпин вышел из кухни и прислонился, к косяку: похоже, он слушал разговор. – Понимаешь, всё дело в том, как относится к тебе Министерство. Да, для них ты герой, спаситель магического мира, но… они будут ни при чем, если ты победишь. Если бы ты проявлял хотя бы лояльность к ним.… Но эти твои интервью на пятом курсе – помнишь? Я думаю, все это повлияло на ситуацию, потому что эта Школа Авроров находится непосредственно под покровительством Министерства.
Гарри поморщился.
- А разве нельзя попробовать просто поступить в Аврорат без этой Школы? – раньше подобная мысль не приходила ему в голову, но лишь потому, что не было поводов.
- Вряд ли ты приобретешь там полезные навыки, - Люпин пожал плечами. – Ты разве не слышал? Главой Аврората пару месяцев назад назначили Кингсли. Я думаю, Орден сделает все, что в его силах, чтобы, - он немного помедлил, - обезопасить тебя от возможных опасностей.
- Но какой тогда смысл выставлять меня против Волдеморта, если я ничего не буду уметь? – Гарри вскинул голову. Люпин пожал плечами и снова скрылся в кухне. В тишине было слышно, как он звенит чашками, и как хрустит пакет с чаем.
Уже когда Люпин вышел из кухни, левитируя поднос с тремя чашками и каким-то печеньем, Гарри снова решился возобновить разговор.
- Я тут подумал.… Наверное, неприятно будет, если я сяду Се… Снейпу на шею, - в разговоре с Сириусом и Ремусом лучше было называть его по фамилии. – Я не знаю, буду ли я пробовать снова поступить в Школу Авроров.… В общем, раз я два года вел неофициальный кружок по защите, может, мне попробовать стать преподавателем официально? Ну, раз Форст все равно ушел…
- Отличная мысль! – Сириус улыбнулся. Похоже, он не сердился за ту выходку Гарри. – Думаю, ты сможешь справиться с учениками.
Люпин был почему-то настроен более скептически.
- Это довольно тяжело, - предупредил он. – Видишь ли, кружок ты вёл три дня в неделю, верно? К тому ж посещения были необязательными, приходили не все ученики, поэтому у тебя там было достаточно спокойно. Да и домашние задания, признаюсь, отвратительная вещь: если ученику надо написать всего одно эссе, то учителю надо проверить все, а многие пишут невероятную чепуху. Но это, конечно, твой выбор…
Треск камина раздался неожиданно, и так же неожиданно для Гарри из него выскочила растрёпанная Джинни с толстой книгой под мышкой. В памяти забрезжило какое-то воспоминание…
- Ой, Гарри, как я рада тебя видеть! – девушка улыбнулась как-то неискренне. - Привет, Сириус, Ремус. Я принесла книгу, пойду, поставлю на место.
Гарри проводил ее взглядом до двери.
- Вы разрешили ей пользоваться библиотекой? – поинтересовался он. Сириус кивнул.
- Я когда-то хотел всю эту библиотеку сжечь, но, к счастью, не успел. По мне, пусть хоть все растащат, - признался он.
Гарри хмурился. Ему все сильнее казалось, что женский силуэт, мелькнувший той ночью, принадлежал именно Джинни, но зачем ей было тайком прокрадываться в библиотеку, когда у нее есть разрешение ходить туда?
- А какие книги она берет? – поинтересовался Гарри прежде, чем сообразил, что вряд ли Сириус и Ремус контролировали девушку. Но Люпин, как ни странно, ответил.
- Книги по истории магии, сборники бытовых заклятий. Один раз взяла медицинскую энциклопедию и один раз книгу по приворотам. Я следил за тобой, - быстро добавил он, - если бы она опять тебя решила приворожить, я бы понял.
Гарри кивнул. Все ясно, наверное, ему просто почудилось со сна. Хотя непонятно, откуда вдруг у Джинни возникла такая горячая любовь к книгам? Слишком много общалась с Гермионой? Ну да, а Гермиона во время их последней встречи вела себя почти как Джинни…
Гарри фыркнул.
- Я тоже в библиотеку хотел зайти, но теперь подожду, пока она уйдет.
Сириус понимающе кивнул.
- Да, у меня тоже как-то раз похожая история была. Мы тогда на пятом курсе учились, и вот одна девчонка с Рэйвенкло…
***
Гарри медленно шел между рядами стеллажей, проводя ладонью по корешкам книг. Он успел полюбить эту библиотеку. Может, потому, что она принадлежала Сириусу и казалась Гарри частью его. Может, потому, что Гарри слишком много вложил в поиски информации об Арке тогда, тем летом, словно оставив тут кусочек своей души.
Он остановился, бездумно поглаживая кожаную обложку с полосками металла и вспоминая разговор с Сириусом. Они никогда не говорили с ним так раньше, тем более, до Арки, и Гарри до сих пор вздрагивал от одной мысли, что Сириус мог бы так и остаться там навсегда.
Сегодня, когда Сириус вспоминал свои школьные годы как-то иначе, не упоминая через слово Джеймса Поттера, Гарри чувствовал такую нежность к крестному, что она, пожалуй, могла растопить бы Северный полюс…
Машинально поправив косо стоящую книгу с кажущимся свежим кровавым пятном на обложке, «Ритуалы подчинения», как гласила надпись, Гарри бездумно снял с полки рыжий волос, повертел его в руках, стряхнул и все так же мечтательно пошел дальше, стараясь вспомнить, что же ему самому надо было здесь.
***
Гарри вывалился из камина, книги, которые он небрежно удерживал локтем, рассыпались.
- Я, наверное, никогда не научусь нормально перемещаться по каминной сети… - пробормотал Гарри себе под нос, наклоняясь за «Магическими садами».
- Теряешь равновесие? – раздался голос Северуса из кухни. – Думаю, у тебя проблемы с вестибулярным аппаратом.
Гарри пожал плечами, забыв о том, что Северус не видит его. Впрочем, было похоже на то, что мужчине не требовался ответ.
- Где ты пропадал? – спустя несколько секунд поинтересовался Северус. Гарри зашёл на кухню.
- Был у Сириуса.
Северус, смешивающий какие-то травы, покосился на книги, которые Гарри держал в руках.
- «Пособие для начинающего преподавателя»? Не думал, что в библиотеке Блэков можно найти такую ерунду.
Гарри положил книги на стол и сел на табурет.
- Я взял ее у Люпина.
- Вот как. Намекаешь, что моя методика преподавания оставляет желать лучшего?
Гарри смутился.
- Нет, конечно,… просто понимаешь, я… у меня появилась такая идея…
Скептический взгляд Северуса окончательно лишил Гарри дара речи.
- Мне уже страшно. Твои идеи обычно заканчиваются катастрофическими последствиями, - проворчал мужчина, разливая чай и протягивая Гарри чашку. – Что ты там еще придумал?
Гарри тяжело вздохнул. Пора бы уже перестать бояться Северуса – в конце концов, при их отношениях это глупо.
- Я хочу стать преподавателем защиты в Хогвартсе, - признался он. В ответ раздалось презрительное хмыканье.
- Позволь поинтересоваться причинами такого твоего решения.
Гарри прикусил губу. Северус стоял перед ним и сверлил его взглядом. Уйти от ответа не получится - это Гарри уже знал по опыту. Промолчать тоже.
- Я не хочу без дела сидеть у тебя на шее целый год, - недовольно признался он. – И к тому же я смогу получить некоторые навыки для поступления в следующем году. И… - Гарри помедлил, прежде чем воспроизвести последний аргумент. – Мы сможем чаще видеться… зимой. Ведь ты же тоже будешь в Хогвартсе.
- Ошибаешься, - холодно произнес Северус, облокачиваясь на стол: стул с кухни он недавно перенес в лабораторию, и теперь табурет, на котором устроился Гарри, был единственным предметом мебели, где можно было нормально сидеть.
- В чем именно? – недоуменно поднял голову Гарри.
- Во всем, - в голосе Северуса неожиданно послышались холодные нотки. – Во-первых, сомневаюсь, что у тебя будет для себя хоть немного свободного времени. Уверяю тебя, проверки домашних и контрольных работ, составление учебных планов и отчетов, и возможные отработки, на которые, не сомневаюсь, ученики будут провоцировать тебя, учитывая, кто ты, надолго лишат тебя досуга.
- А кто я? – недоуменно поинтересовался Гарри, не понимая, что имеет в виду Северус. Мужчина устало вздохнул.
- Похоже, регулярные пьянки привели к атрофированию и полной деградации того, что ты называл мозгом. Напомню, что ты Герой магического мира, Золотой мальчик, Мальчик-который- выжил…
- Достаточно, - передернулся Гарри. Конечно, все, что говорил Северус, было правдой, но, с другой стороны, его жизнь в Хогвартсе в качестве ученика даже с таким титулом была терпимой, не считая, конечно, Криви. А недостаток свободного времени Северус, по мнению Гарри, преувеличивал.
- Но ведь у тебя было свободное время, я помню!
Северус ухмыльнулся.
- Я работаю в Хогвартсе больше пятнадцати лет. Будь у тебя такой же стаж, ты бы тоже научился справляться с нагрузками. Но уверяю, что первые лет пять были для меня персональным адом.
Гарри опустил голову.
- Насчет приобретения полезных навыков ты тоже заблуждаешься, - безжалостно продолжил Северус. – Поверь, обучая даже шестые и седьмые курсы, ты сам не узнаешь ничего полезного для твоей Высшей школы. Все это общеизвестные заклинания, азы. Давать же те заклинания, которые нужны тебе, ты не вправе. Да и для тебя все это не будет тренингом: даже проводя практические занятия, ты должен будешь следить за безопасностью учеников, а не тренироваться сам.
Голос Северуса становился все резче. Полная чашка глухо стукнулась о стол, чай выплеснулся на полированную поверхность.
- А если тебе не нравится сидеть у меня на шее, я не держу тебя, - он поднялся. Гарри с удивлением проследил за рукой мужчины, которой он снял с его воротника длинный рыжий волос. Хлопнула, закрывшись, дверь.
Гарри так и не понял, что рассердило Северуса.
Спустя полчаса, было уже одиннадцать, Гарри нерешительно поднялся в лабораторию. Северус стоял у стола, подсвечивая себе Люмосом и листая какую-то книгу. Гарри неуверенно замер на ступеньке, не зная, будет он мешать или нет.
- Это Люпин подсказал тебе такую идею? – негромко поинтересовался Северус, не оборачиваясь. Гарри заметил, что со страниц книги от выдоха поднялась пыль.
- Нет, я сам… Просто мы говорили о том, почему меня не взяли в Школу авроров…
Северус молча кивнул.
- Не стой над душой, сядь, - попросил он. Гарри послушался, хотя не понимал зачем: Северус все равно стоял к нему спиной.
- Послушай, а ты знал, что Дамблдор собирается инсценировать смерть Сириуса? – поинтересовался он. Северус резко развернулся.
- Конечно. Я работал над нужным зельем три месяца, чтобы увеличить срок его действия. Блэк не говорил тебе?
Гарри фыркнул. Теперь ситуация казалась ему даже веселой.
- Он вообще забыл мне сказать, - он улыбнулся. Северус нахмурился, глядя на его улыбку.
- Идиот, - проворчал он, снова поворачиваясь к книге. Гарри решил сменить тему.
- Ты идешь спать? – поинтересовался он. Северус промолчал, заставив Гарри встревожиться. – Северус?
- Я занят.
Снова тишина, только шелест страниц. Гарри уставился в окно: свет от фонаря напротив попадал прямо в него, оставляя светлую полосу на полу и падая на старые вещи. Интересно, почему Северус не выбросит их, но Гарри предпочитал не мешать Северусу, когда тот, по его словам, «был занят».
- Иди спать, я тебя не разбужу, - выдох Северуса снова взметнул пыль со страниц. Гарри неуверенно встал и подошел к нему: было любопытно, что это за книга. Снейп покосился на него, когда Гарри встал рядом.
- Раритетное издание. Бывший владелец оставил между страниц некоторые весьма интересные ингредиенты, - пояснил он. Гарри молча наблюдал, как Северус бережно достает засушенный, почти прозрачный лепесток какого-то растения. – Иди спать, я приду минут через пятнадцать.
Гарри кивнул.
Через пятнадцать минут он уже дремал, лежа носом к стене. Часть книг он оставил на тумбочке. Взятая у Люпина брошюрка и небольшой том с защитными заклинаниями были засунуты под кровать.
Северус вошел в комнату бесшумно. Гарри сквозь сон различил шорох снимаемой одежды, затем одеяло приподнялось, и Северус лег рядом, как обычно, тесно прижимаясь к спине Гарри. Легкий поцелуй возле уха.
- Спокойной ночи.
Гарри улыбнулся, не открывая глаз. Северус нечасто позволял себе такие проявления чувств. Точнее, только тогда, когда думал, что Гарри спит.
***
Гарри проснулся от холода. Одеяло было снято с него, обнажив голые ноги и почему-то спину, хотя Гарри вчера надел пижамную куртку.
Он поежился и пошарил рукой позади себя. Не было ни Северуса, ни одеяла. Пришлось повернуться…
И Гарри тотчас наткнулся на тяжелый взгляд Северуса.
- Откуда у тебя эти царапины? – сухо поинтересовался он.
- Я вчера на Живоглота сел, - одеяла в пределах видимости не оказалось - Гарри пришлось встать и торопливо закутаться в брошенную на стул мантию.
- Какое несчастье, - холодный тон Северуса Гарри не заметил. – Мисс Грейнджер уже знает о смерти своего питомца?
- Я ему только лапу отдавил, - Гарри потянулся и поморщился: похоже, вчерашние повреждения оказались серьезнее, чем он ожидал. – Послушай, у тебя нет какого-нибудь заживляющего зелья?
- Нет, - отрезал Северус, поднимаясь, и бесцеремонно сдернул с Гарри свою мантию. Парень с удивлением наблюдал, как за мужчиной захлопнулась дверь.
- Что случилось-то? – запоздало поинтересовался он у пустоты, пытаясь вспомнить, какую глупость он мог ляпнуть. Северуса разозлили царапины? Что в них такого? Гарри попытался повернуться, чтобы разглядеть…
Ой. Может, и в самом деле царапины на спине и на заднице наводили на нехорошие мысли? Но ведь Гарри показалось, что Северус еще вчера был в таком настроении…
Ну да. Когда заметил у него на свитере рыжий волос.
То есть, он… ревнует?
Отыскав, наконец, одеяло, Гарри завернулся в него и сел на кровать.
Похоже на то. Неужели он и в самом деле так важен для Северуса, что вызывает подобные чувства?
Но тогда Гарри стоит пересмотреть все, что он надумал тогда, еще на Рождество. Ведь если Северус ревнует его – к кому, кстати? неужели к Джинни? – значит, Гарри для него является чем-то большим, чем просто заменой Джеймсу Поттеру. Значит, он и в самом деле любит Гарри.
Почему-то в это не верилось, но, позволив себе только представить это, Гарри больше не мог вернуться к старой и весьма болезненной теории.
Только почувствовав, как щиплет в глазах, Гарри понял, насколько тяжело ему давались мысли о том, что он сам по себе не нужен Северусу.
Почему-то вспомнился старый сон. Гарри задумался. Может, все-таки стоит выяснить отношения? Узнать, что он значит для Северуса.
А если он все-таки уйдет…
В конце концов, Гарри решил, что сможет это как-нибудь пережить, верно?
Торопливо натянув свитер и джинсы, Гарри бросился вниз, в гостиную. Но Северуса не было ни в ней, ни на кухне, ни в лаборатории. После того, как Гарри в третий раз обежал дом, заглядывая даже в кладовые, появился домовик, который сообщил Гарри, что «хозяина Северуса нет, он отказался от завтрака и ушел».
Оставалось только ждать. От нечего делать Гарри призвал книгу, вышел на улицу и задумался, с чего же начать расчистку сада.


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 20:31 | Сообщение # 42
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
***
Я давно не был в таком скверном настроении. Прохожие на улице шарахались, видя выражение моего лица. Я даже не замечал этого.
Я прекрасно знал, куда иду. Я не завтракал сегодня – боялся опять натворить глупостей, если Поттер все время будет у меня на виду.
Конечно, это глупости. У меня не было ни малейшего повода заподозрить его во лжи. Тот рыжий волос? Я отлично знал, что Поттер терпеть не может младшую Уизли. Царапины и в самом деле были похожи скорее на кошачьи. Да и Поттер по своей натуре не решился бы изменять мне, а если и так, то он абсолютно не умеет врать.
Просто я сходил с ума от одной мысли, что могу потерять и его тоже. Его, первого человека, которому начал доверять.
Я сам накрутил себя в те дни в начале лета, когда не видел его. Чем дольше он не писал мне, тем крепче была уверенность в том, что он нашел себе другого или другую, чего тоже нельзя исключать. У меня даже была мысль сварить для него Эссенцию Верности, но, к счастью, мне хватило ума взять себя в руки.
А потом, несколько дней спустя, я нашел его в своей гостиной и забыл обо всем. Только теперь…
Найдя удачное место для аппарации – я не аппарировал возле дома, чтобы не привлекать внимание магов – я сконцентрировался и повернулся вокруг своей оси. Темный двор недалеко от Косой Аллеи, сюда мало кто заходит. До Дырявого Котла идти десять минут. Поесть там можно недорого, не очень вкусно, но в общем сносно.
Когда я успел так привязаться к этому мальчишке? Зачем я вообще позволил себе начать эти отношения? Рано или поздно эта его влюбленность все равно прошла бы, не обращай я на него внимания.
Или нет?
Я прекрасно помнил, как сам в свое время привязывался к каждому, кто был со мной хоть немного добр. К счастью, прошло это достаточно быстро. Но я все же успел повстречаться с Люциусом, который и представил меня намного позже, конечно, Темному Лорду. Но мне в этот период доверия было одиннадцать лет. А Поттеру – шестнадцать, когда он привязался ко мне. С другой стороны, он всегда был ребенком. Слишком наивным, слишком доверчивым. Даже война не смогла сломать его…
Надо отвлечься от мыслей о нем, решил я. Мне хватает его присутствия в моем доме и в моей постели.
Странно, что меня так разозлило одно его вчерашнее предположение, что он может быть мне в тягость. Хотя оно было вполне разумным: денег у меня немного, а мне надо содержать собственного сына и Драко. Даже мысль о том, чтобы воспользоваться деньгами Поттера, я отвергал…
Забавно. Мы слишком гордые, чтобы позволить себе приблизиться друг к другу, вдруг понял я. Потому что, если бы я позволил Поттеру стать членом моей семьи, не возникло бы даже вопросов о деньгах…
Домой возвращаться не хотелось, но идти мне было некуда. Я обошел несколько алхимических лавок, почти ничего не купив: не позволяли средства, заглянул даже в мебельный магазин, прихватив там несколько каталогов. В силу некоторых обстоятельств я считал необходимостью приобрести двуспальную кровать.
Бродить по улицам без цели не хотелось, дом же был слишком далеко от Лондона, чтобы я мог решиться дойти туда пешком.
Погнутая ограда моего дома и руины наводили на печальные мысли. Но если бы магглы узнали, что кто-то поселился в этом доме, это вызвало бы слишком много любопытства, что в свою очередь, могло привлечь внимание магов. Да и вряд ли у меня получилось бы колдовать при маглах.
На самом деле дом был в порядке, только излишне ветхий местами: например, покосилось крыльцо. Но я предпочел навести эмоциональную иллюзию. Теперь даже те магглы, которые раньше видели этот дом целым, были уверены, что он давно разрушен. И это тоже избавляло меня от непрошенных посетителей, хоть я и установил противомаггловые чары.
Я огляделся - никого - и быстро прошел через калитку.
Представшее передо мной зрелище поразило меня.
Поттер сидел на коленях на земле, копаясь в ней испачканными руками и время от времени вытаскивая крупные и не очень камни и корни каких-то растений. Палочка валялась рядом, частично засыпанная землей, а наполовину высохшие заросли кустов и высокой травы вдоль дорожки, так раздражавшие меня, лежали кучей, аккуратно срезанные каким-то заклинанием.
- Северус? - Поттер поднял голову, услышав мои шаги, торопливо вскочил, неловко споткнулся о камень. Я окинул его скептическим взглядом: грязные на коленях брюки напомнили мне о временах, когда Джеймсу было шесть лет, и он точно так же ползал в саду.
- Тебе обязательно было для работы надевать новые брюки? - мягко поинтересовался я. Он смутился.
- Ну... я не готовился... мне просто в голову пришло...
- Это заметно, - сообщил я. - А неужели так необходимо копаться в земле голыми руками?
- Я перепутал заклинание, - объяснил Поттер, потупившись. - Я применил то, которое срезает кусты и траву, а надо было то, которое уничтожает сорняки - теперь корни остались.
Он поежился, вероятно, от холода.
- Ты тут с тех пор, как я ушел? - сухо поинтересовался я. Он кивнул. - Марш домой.
- Я не устал, я привык... - попробовал протестовать Поттер. Я не дал ему такой возможности, обхватив за плечи и прижав к себе.
- Земля холодная. Заболеешь - я тебе не буду Перцовое зелье варить.
- Я грязный, - Поттер попытался отстраниться, я отпустил его. Почему-то стало неприятно.
- Я заметил. Марш наверх и в ванную. Одежду отдай Тибби, - я подтолкнул его к дому. Поттер кивнул и послушно направился к двери. Я бросил взгляд на кучу мусора, разглядел палочку Поттера, которую тот забыл.
- Безответственный балбес, - проворчал я, поднимая ее и убирая во внутренний карман мантии. Взмахнув своей, я уничтожил сухие ветки и сорняки, камни и корни. Очищенный участок - не больше двух квадратных метров - смотрелся неожиданно беззащитно и голо среди окружающих его зарослей.
Джеймс и Драко сидели в гостиной за столом, разглядывая какие-то бумаги. Джеймс выглядел на удивление озадаченно, словно столкнулся с задачей, которую не может решить, я редко видел на его лице такое выражение. Драко смотрел на него снисходительно, с какой-то насмешкой, но, если бы я не знал его слишком хорошо, мне могло бы показаться, что и с нежностью. Но этого, конечно, не может быть.
На меня они не обратили внимания, но может, это было и к лучшему: я мог подняться к Поттеру, не отвлекаясь ни на что.
Дверь в спальню была плотно закрыта. Но оказалось, что Поттер решил выполнить мои инструкции только частично: он просто переоделся, бросив грязную одежду на стул, и теперь стоял у окна, глядя на улицу со странной тоской.
- Я же сказал тебе, чтобы ты отдал одежду Тибби, - раздраженно сообщил я, заметив на полу осыпавшуюся землю. - Мог бы хотя бы бросить ее в ванную. Кто теперь убирать все это будет?
- Северус… - его голос был каким-то странным. Я не обратил на это внимания, взмахнул палочкой, убирая грязь.
- Ясное дело, что Северус… - пробормотал я и вдруг понял, что точно так же я всегда разговаривал с моим сыном. Мерлин, только этого не хватало… Сначала я дарю ему фамильный медальон-артефакт, потом Тибби начинает звать его хозяином, правда, если я правильно помню особенности фамильного этикета, эти два факта взаимосвязаны, теперь начинаю разговаривать с ним так, как с членом семьи… Что же будет дальше? Надеюсь, до свадьбы не дойдет…
Я ухмыльнулся, представив, что скажет Поттер, если я выскажу ему свою мысль…
- Северус, можно задать тебе один вопрос? – Поттер упорно не поворачивался ко мне лицом. Я почувствовал неладное.
- Попробуй.
Он ненадолго замолчал, словно формулируя мысль. Я ждал.
- Почему ты всегда называешь меня по фамилии?
- Этот вопрос действительно нуждался в столь драматичной окраске? – насмешливо фыркнул я, но, заметив, как напряжена спина Поттера, счел за лучшее ответить. – Я привык называть тебя так, и мне слишком сложно уже менять привычки.
Поттера, судя по всему, это не успокоило. Я уже собирался выяснять, в чем дело, когда он снова заговорил.
- Я очень похож на отца?
Чтобы сложить два и два мне потребовались считанные мгновенья. Он знал о моих отношениях с Джеймсом Поттером, знал, что я любил его, а ему все говорили, как он похож на отца. Действительно, на его месте я бы тоже не поверил, что моя ненависть так легко может превратиться в любовь.
Мерлин… Теперь становится понятным, почему он иногда впадал в депрессию, и почему так упорно стремился занять позицию снизу. Хотел убедить самого себя, что он значит для меня совсем не то, что значил когда-то Джеймс Поттер.
Это просто дико, мелькнула мысль. Дико и неправильно то, что он все это время считал, что заменяет мне другого человека. А самое страшное – то, что я не смогу признаться ему, что люблю его. Потому что не умею.
- Нет, - выдавил я. – Поттер, это самая идиотская из всех твоих идиотских идей… Как тебе вообще такое могло прийти в голову?
Он молчал, стоя все в той же позе, не двигаясь, только плечи вздрогнули один раз, и у меня почему-то сжалось сердце. Я поднялся, подошел к нему и обнял. Интересно, почему у меня на это ушло так много сил?
- Поттер, поверь, я слишком гордый человек, чтобы встречаться с тем, кто не нравится мне, - я постарался отвлечь его, прижавшись к нему слишком сильно, скользнул губами по шее. Поттер выгнулся в моих руках, но все же попытался переспросить.
- Значит, я… - он осекся.
- Ты совсем другой. Гораздо лучше, чем он, - что мне еще сказать, чтобы он понял? – Он всегда был жестоким, избалованным своей вседозволенностью, ребенком. Для него наши отношения были только игрой, соперничеством. Он никогда не уставал говорить мне об этом…
Я рассказывал о своем бывшем любовнике все, что мучило меня двадцать лет, уже забыв о том, что передо мной его сын. Рассказывал о самой страшной ошибке, сломавшей всю мою жизнь, о том, как я позволил себе влюбиться и как доверился человеку, предавшему меня.
Поттер слушал молча. Только бережно гладил мое лицо, кода его сводило спазмами – я давно разучился плакать. А я в ответ говорил, как Джеймс Поттер любил причинять мне боль.
А потом он целовал мои руки и ласкал шею так, что я сам не заметил, как болезненные воспоминания превратились в стоны наслаждения. Он покусывал мои соски, заставляя меня извиваться, и его взгляд подсказал мне, что он впервые видит меня таким.
Зря я, наверное, рассказал ему все это. Все же Джеймс - его отец. Но у меня не было выбора.
Я позволил себе закрыть глаза и утонуть в ощущениях. Руки на шее, на груди, на бедрах - словно их миллион. Помогаю Поттеру справиться с застежкой моих брюк, приподнимаюсь, и он стаскивает их с меня вместе с трусами, как всегда делал Джеймс...
Что мне сделать, чтобы больше не вспоминать его в такие моменты? Может, просто не бороться с собой, позволить себе это всего один раз.
Потому что они совсем разные. Я ведь до сих пор помню прикосновения Джеймса Поттера, все было точно так же: и то, как он вылизывал родинку у меня на шее, и как ласкал шрам на бедре. Но сейчас, когда это делает Гарри, все по-другому.
И дело не в том, что за двадцать лет шрам - я распорол бедро, убегая тогда из Визжащей Хижины - затянулся, потеряв чувствительность. И даже не в том, что Гарри действовал неумело и даже робко. Просто была непривычная нежность в его прикосновениях, которая наверняка не исчезнет и тогда, когда он... научится. Привыкнет.
Он явно заставил себя дотронуться до моего члена, как-то сразу растеряв весь свой пыл, покраснел и поднял на меня смущенный взгляд. Я осторожно привлек его к себе, дотянулся до его ширинки. Поттер попытался потереться о мои руки.
- Северус, - выдохнул он чуть нервно, и я понял, что он хочет сказать. - А давай ты сегодня... ну... возьмешь меня?
Я с трудом удержался, чтобы не закатить глаза. Нормальные пары спорят о том, кто будет сверху, а мы... Стоп, я что, только что назвал нас... парой?
- Северус?
Я взял себя в руки.
- Нет, - я старался говорить как можно мягче, но для Поттера это, похоже, стало поводом для продолжения спора.
- Почему? - он приподнялся, заглядывая мне в глаза.
Я не могу. В самом деле, не могу, помня, что случилось там, у Темного Лорда. Я слишком живо помню это.
- Тебе неприятно? - Поттер истолковал мое молчание превратно. И почему это не удивило меня?
- Не говори ерунды. Просто... Ты еще не готов. Для этого необходимо полное доверие.
Поттер почему-то отстранился и сел на кровати.
- А ты не доверяешь мне?
Я вздохнул.
- Я - доверяю.
Поттер не смотрел на меня, но мне стало почему-то очень неуютно.
- Значит, я тебе не доверяю, - злой и почти незнакомый голос. - Трахаю тебя и не доверяю.
- Следи за языком, Поттер, - я тоже сел - его злость передалась и мне.- А как ты тогда объяснишь тот факт, что все это время тебе казалось, что я представляю на твоем месте другого человека, и ты не сказал мне ни слова?
Молчание. Поттер резко встал, застегивая штаны, потянулся за футболкой.
- Если не хочешь, не надо выдумывать каких-то поводов, - устало произнес он. - Я не хочу... так.
Дверь закрылась.
Кто из нас идиот: он или я?
Он что, всерьез решил в качестве аргумента привести вынужденное воздержание? Я двадцать лет обходился почти без секса - посещение борделя в Лютном примерно раз в год можно не считать.
Только бы он не ушел. Если уйдет, я из под земли его достану, только бы он был рядом. Просто рядом.
Но когда я через полчаса спустился вниз, чемодан все так же стоял у стены, а Поттер сидел на диване, завернувшись в плед, рядом с Джеймсом, листая какую-то книгу. Значит, он все-таки остался. Из-за Джеймса?
А впрочем, какая разница?


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 20:31 | Сообщение # 43
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
Глава 13

После недолгих размышлений Гарри решил перебраться к Джеймсу.
В пользу этого говорили те факторы, что у Джеймса был большая комната и двуспальная кровать. А еще Джеймс был решительно против того, чтобы Гарри спал на диване в гостиной, как тот и собирался.
Про ссору с Северусом Гарри старался забыть. То, что между ними встал вопрос доверия, оказалось неприятным открытием. Да, Гарри и в самом деле многое скрывал от Северуса. Например, то, что каждый раз после секса он ощущал отвратительное чувство несправедливости. Будто он использует Северуса. Он до сих пор помнил свою боль и не верил, что это может приносить наслаждение.
Не верил? Ну, может, это громко сказано. Просто он сомневался. И боялся причинить такую же боль Северусу. Но от возбуждения всерьез сносило крышу. Он, как мог, старался быть нежным и аккуратным, но всякий раз где-то внутри бился страх и отголосок отвращения к себе.
Отвращение. После того, что случилось с ним в плену у Волдеморта, Гарри долго не мог даже сам прикоснуться к себе. Это было слишком… грязно. Отвратительно. Мерзко. Тело словно существовало отдельно от него и принадлежало… шлюхе.
Гарри понимал, что он, конечно же, не виноват в случившемся. Но сердце решительно отказывалось воспринимать доводы разума и ненавидело тело, в котором находилось.
Сейчас это почти забылось, лишь изредка, в постели с Северусом, просыпались нежелательные воспоминания. И об этом он тоже не мог сказать. Это было слишком глупо – в конце концов, прошло уже около двух лет.
Северус, конечно, не понимал, что своим отказом лишь усугубляет состояние Гарри. Гарри не был уверен, что согласие Северуса помогло бы ему смириться с собой, но отказ точно причинял Гарри дополнительную боль.
А ещё недавно начались сны. Гарри не помнил большинство из них, по крайней мере, в деталях. Утром оставались только отдельные ощущения грязи и боли, унижения и отвращения. Один из снов, самый страшный, Гарри, к сожалению, не забыл. Это был сон, в котором ему пришлось все же выносить и родить ребенка кого-то из Пожирателей, и хоть он был совсем нереальным, Гарри помнил свою панику, когда проснулся. Северуса тогда не было рядом, и он позволил себе какое-то время лежать неподвижно, не вытирая слез, выступивших от страха и отвращения к самому себе.
- Поттер! – Малфой, устроившийся сейчас в кресле, весь день был необычайно воодушевлен. После того, как Гарри попросил его помочь с выбором растений для сада, слизеринец, похоже, впал в экстаз от счастья: наконец-то, оценили его безупречный вкус.
- Малфой, иди ты… сам знаешь, куда. Я уже заснул… - пробурчал Гарри, переворачиваясь под пледом на другой бок. Спать при слабом свете настольной лампы Джеймса и Люмосом Малфоя можно было бы, если бы сам Малфой не дергал его каждые десять минут.
- Я просто подумал, что алые розы – это, пожалуй, несколько безвкусно. Я нашел тут неплохой сорт - Жемчужные розы, магически выведенные. Мелкие бутоны перламутрово-белого и жёлтого цвета, сияют в полнолуние…
- Малфой, если ты не отстанешь, я высажу у тебя под окном подсолнухи, - огрызнулся Гарри.
- Я этого не переживу.
Скрипнула дверь. Гарри с большим трудом заставил себя не реагировать: он и так знал, что это был Северус.
- Поттер, ты собираешься идти спать? – показалось, или у него действительно напряженный голос?
- Я и так сплю, точнее, спал бы, если бы кое-кто не лез ко мне с бриллиантовыми розами.
- С Жемчужными, Поттер, - поправил Малфой.
- Да хоть… не знаю с какими! – не выдержал Гарри. – Просто заткнись, если не терпится – запиши на бумажке, завтра выскажешь мне все, что думаешь, хоть с самого утра!
- А что у вас случилось с Северусом? – без перехода поинтересовался Малфой, Гарри увидел, что Северуса уже нет в комнате.
Гарри швырнул в Малфоя подушку. Сдавленный вскрик свидетельствовал о том, что подушка попала в цель.
- Еще один вопрос - и я тебя прокляну, - процедил Гарри и повернулся к Джеймсу.
- Я так понимаю, ко мне это тоже относится, - кивнул тот.
Подушка ударила Гарри по затылку. Не обидевшись, он сгреб ее и сунул под голову. Хотелось, наконец, уснуть.
***
Настроение с утра было хуже некуда. Гарри проснулся слишком рано, вставать не хотелось, но сопящий рядом Джеймс напоминал о том, что они в очередной раз поссорились с Северусом.
Гарри слез с кровати, сонно влез одной ногой в тапочек, второй не нашел и так и вышел из комнаты.
На первом этаже, конечно, в такое время никого не было. Гарри собрался вздремнуть на диване, но появился Тибби, предложив горячий кофе и завтрак.
Кофе, к удивлению Гарри, взбодрил, правда, он не исключал, что Тибби добавил туда что-нибудь.
Но в данном случае это было кстати.
На столе лежали каталоги с растениями, которые вчера заказал по почте Малфой. Гарри призвал один из них, открыл. Пометки Малфоя на полях привлекали внимание больше, чем сами растения, тем более что три схемы залезали на печатный текст.
Пролистать каталоги было неплохой идеей. Малфой подчеркнул выбранные им вчера растения, и Гарри оставалось только одобрять его выбор, правда, только иногда, потому что часть растений была даже по описанию просто неприлично капризной, а ухаживать за ними должен был именно Гарри.
На последней странице одного из каталогов Гарри неожиданно для себя обнаружил список некоторых лекарственных растений, знакомых ему по зельеварению, написанный косым мелким почерком.
В душе поднялись смятение и обида. Что, а сказать словами было нельзя? Северус с ним теперь совсем разговаривать отказывается?
Отбросив каталоги, Гарри решительно встал. Чтобы выйти в сад, надо было переодеться, а вся одежда в комнате Северуса, а он спит...
- Тибби! - неуверенно позвал Гарри, вспомнив о домовике. Тот с негромким хлопком появился перед ним, ожидая приказа. Гарри заметил, что домовик давно уже не называет его "молодым хозяином". По сути, он назвал его так всего один раз.
- Тибби, принеси мне, пожалуйста, старую одежду из шкафа.
Короткий кивок. Одежда, появившаяся на стуле через пару минут, была именной той, которую имел в виду Гарри.
Почему-то чем дольше Гарри работал, тем тоскливей ему становилось. От мыслей о Северусе никак не удавалось освободиться.
Наконец, он не выдержал, уселся на поваленный ствол сухого дерева и вздохнул. Тонкое дерево треснуло и разломилось, Гарри рухнул на землю и чуть не взвыл, попав копчиком как раз на камень.
Казалось, прошла вечность, прежде чем Гарри, застывший на земле в полусогнутом положении, почувствовал у себя на плече чью-то руку.
- Живой? - холодно поинтересовался Северус. Гарри кивнул. - Смотреть надо, куда садишься.
Гарри снова кивнул, вернее, судорожно дернул головой. Почему появилась обида, причем не на Северуса, а на себя. Зачем он вообще устроил ту истерику? В конце концов, кто он такой, чтобы заставлять Северуса делать то, что он не хочет? Да и не стоило оно того, наверное…
- Очень больно? – мужчина слегка провел ладонью по спине Гарри. Тот дернулся. – Да, вижу. Приподняться можешь?
- Зачем? – выдавил Гарри сквозь зубы, но все же послушно приподнялся, держась за руку Северуса. Тот стремительно подсунул под него мантию.
- Земля холодная, а перетаскивать тебя куда-то Мобиликорпусом я не хочу, - объяснил он, доставая из кармана какой-то пузырек и приподнимая рубашку Гарри. Вязкая жидкость оказалась ледяной, Гарри вздрогнул от неприятных ощущений: кожу начало покалывать, как от заморозки.
- Это обезболивающее. Зелье Non sentis*. Через пять-семь минут замораживающий эффект пройдет, и боль уменьшится, - объяснил Северус, закупоривая колбу и убирая ее обратно в карман. Гарри попытался повернуться поудобнее, но Северус остановил его.
- Лучше пока не шевелиться.
Впрочем, Гарри не смог бы пошевелиться, даже если хотел бы: зелье, нанесенное на поясницу, заставило Гарри не чувствовать собственных ног. Гарри постарался подавить мгновенный приступ паники.
- Это только на пять минут, - Северус, похоже, уловил страх Гарри.
Взмахом палочки Северус уничтожил и поваленное дерево, и камни, и сухие обломанные ветки.
- Поттер, ты сможешь высадить пару чайных кустов? – поинтересовался он, - у меня, к сожалению, нет на это времени.
- Смогу, - кивнул Гарри. Возня с розами тети Петуньи не привила ему любви к капризным растениям, но научила с ними справляться. – Если скажешь, что для них надо.
- Почти ничего, только пара специальных заклинаний раз в месяц, - охотно просветил Северус, опускаясь рядом с Гарри. Повисло неловкое молчание.
- А названия трав в том каталоге тоже ты написал? – торопливо заговорил Гарри.
- Да. Они не требуют особого ухода, но очень важны в зельеварении, особенно при приготовлении мазей.
- Да, помню. Кажется, это третий курс?
Северус хмыкнул.
- Ты удивляешь меня все больше, Поттер. Да, мази проходят в начале третьего курса. Как спина? – он снова провел по ней ладонью, в этот раз задержавшись на ягодицах. Гарри пошевелился.
- Кажется, действие зелья проходит.
- Хорошо, - Северус, к удовольствию Гарри, руку не убрал. – Еще пару минут, и пойдем в дом. Заодно обработаю твои царапины.
Гарри только кивнул. В горле почему-то встал комок.
- И в следующий раз будь осторожнее.
__________________
*Non sentis – не чувствуешь (лат.)
***
Гарри проснулся, тяжело дыша. Джеймс еще спал, и Гарри облегченно вздохнул: он боялся, что разбудит брата, и начнутся вопросы.
Бесшумно пройдя в ванную, Гарри наложил звуконепроницаемый щит и включил холодную воду, засунул под нее голову, стараясь избавиться от липкого, отвратительного страха. Сны не снились ему уже несколько дней, по крайней мере, о них еще никто не узнал.
Но сегодня… Что же это было? Тяжесть в животе, боль, крохотное тело с детскими пропорциями, окровавленное, но живое, с уродливым лицом. И понимание, что вот это – его ребенок…
Гарри согнулся над раковиной, его вырвало. Что же это такое? Почему это началось именно сейчас? Почему это вообще с ним творится? Северус же давал ему тогда зелье…
Дождавшись, пока ему станет лучше, Гарри выключил воду и вышел из ванной. Как можно тише пройдя по коридору, он поднялся в лабораторию.
Здесь было темно, хотя на улице, похоже, уже светало. Гарри произнес «Люмос» и подошел к шкафу, подсвечивая себе.
Здесь, в отличие от кабинета Северуса в Хогвартсе, зелий был мало: по одной колбе каждого. Гарри прошел мимо обезболивающих, проигнорировал заживляющие, задержался около нормализующих. Антирвотное сейчас будет очень кстати, пусть даже у Гарри и не пищевое отравление. Северус ведь не будет сердиться, если Гарри возьмет его? На всякий случай Гарри припомнил побочные эффекты зелья и рекомендации по применению. Кажется, все нормально.
Затем Гарри отыскал зелье Сна Без Снов. Хорошо, только, наверное, ложиться спать уже не стоит - все равно скоро вставать. Значит, взять вечером.
Он погасил свет и спустился вниз, на кухню. Хотелось самому сварить кофе. Тибби, к счастью, не было: может, он просто почувствовал желание Гарри побыть в одиночестве.
Прошло около получаса, когда скрипнула дверь. Гарри обернулся.
- Доброе утро, - Северус кивнул ему и сел за стол. Перед ним появился домовик.
- Доброе утро, - Гарри снова отвернулся к плите. Приготовление напитка заняло у него больше времени, чем он ожидал, учитывая то, что он ухитрился обжечься и опрокинуть турку.
- Давно ты тут?
- Не очень.
Вчера Гарри так и не извинился перед Северусом. Было слишком стыдно. И вернуться к нему в спальню он не решился, а Северус не предлагал.
Северус молчал. Опять обернувшись, Гарри увидел в руках у Северуса «Пророк». Значит, сегодня почту, наконец, прислали.
- Не отвлекайся, - бросил мужчина. Гарри кивнул.
Спустя несколько минут он осторожно поставил чашку перед Северусом. Зельевар посмотрел на него поверх газеты и ничего не сказал. Гарри присел на табурет и потупился.
- Северус.
- Да? – Северус соизволил сложить газету и призвать сахарницу. Гарри еще раз вздохнул.
- Я хотел… извиниться. За то, что устроил скандал тогда… ну, ты понимаешь.
Северус внимательно взглянул на него.
- Поттер, ты должен был бы извиняться, если бы во время скандала перебил бы все стеклянные предметы в моей лаборатории, а так извиняться абсолютно не за что.
Гарри нахмурился.
- Но…
- Поттер, - Северус выглядел утомленным. – Неужели не понимаешь?
Гарри покачал головой. Северус бросил взгляд на часы.
- К сожалению, у меня мало времени. Я нужен Дамблдору, а до этого мне надо зайти в Министерство, и, как назло, именно сегодня я договорился встретиться с одним человеком.… Я надеюсь, сегодня ты будешь ночевать со мной? – пристально взглянул он на Гарри. Парень покраснел.
- Да, только… Северус, я там взял у тебя зелье…
- Судя по тому, что ты еще живой, безоар тебе не понадобится, - фыркнул зельевар, скептически глядя на Гарри. – Если будет совсем плохо, возьмешь слабительное…
- Смеешься? – обиделся Гарри.
- Да, - Северус кивнул. – Что-то случилось?
- Меня тошнило с утра. Я еще хотел попросить у тебя зелье Сна Без Снов.
Северус нахмурился.
- Я так понимаю, причину своего состояния ты не знаешь?
Гарри задумался. Сказать правду?
- Мне приснился кошмар, - признался он.
- Я это понял, - очередной взгляд на часы. – Я так полагаю, сейчас ты в порядке? Тогда мне надо идти. До вечера, Поттер, - Северус встал. – Да, если ты не выспался, можешь взять зелье и лечь прямо сейчас.
Дверь закрылась. Гарри задумался. После кошмара спать точно не хотелось. Вместо этого Гарри потянулся к газете.
«…Министерство Магии устраивает прием по поводу столетия со дня создания Аврората. Кроме торжественной части планируется собрание, на котором будут присутствовать лишь некоторые из авроров и специально приглашенные гости. На собрании будет обсуждаться вопрос борьбы с Тем-Кого-Нельзя-Называть…»
«…Удалось нейтрализовать нападение на очередной магловский район, пятерых из двенадцати участвовавших в нападении Пожирателей Смерти удалось задержать…»
«…Министр Магии повысил требования безопасности к местам скопления магической общественности…»
«…Гарри Поттер не поступил в Высшую Школу Авроров: происки Того-Кого-Нельзя-Называть или некомпетентность Мальчика-Который Выжил?»
Гарри с отвращением отбросил газету. Какая, к Мерлину, некомпетентность? Он что, начальник Аврората? В конце концов, он тоже человек и имеет право на ошибки…
Настроение резко упало. Гарри вышел из кухни.
Сегодняшняя почта лежала на столе. Два письма: одно с Министерской печатью, второе, похоже, от Дамблдора. Решив сначала разобраться с худшим, Гарри взял министерский конверт.
«Мистер Поттер! Приглашаем вас сегодня, в 16:30, на прием по случаю 100-летия Аврората» – гласил текст на листке бумаги со всевозможными украшениями.
Гарри поморщился и отложил письмо в сторону. Идти на этот прием не хотелось. Гарри все еще помнил последний разговор с Люпином и не понимал, зачем его вообще зовут в Министерство. Чтобы создать видимость сотрудничества, на случай, если он все же победит? Нет, политика все-таки была для него очень темным лесом.
Письмо от Дамблдора оказалось не лучше. Директор Хогвартса откуда-то уже знал о приглашении, присланном Гарри, и в своем письме просил его прийти в Министерство. Доводы его Гарри счел уважительными: действительно, не стоило настраивать Министерство против себя. К тому же, у него все равно слишком много свободного времени...
Парадной одежды у Гарри не было. Но до половины пятого оставалась еще куча времени, и Гарри полагал, что он успеет зайти и в Гринготтс, и в какой-нибудь магазин, например, к той же мадам Малкин - других он, собственно, и не знал. Жаль, что нельзя посоветоваться с Северусом, но зато, пожалуй, можно зайти на Гриммаулд Плейс, к Ремусу...
Оставив на столе записку для Джеймса, чтобы брат не волновался, Гарри бросил взгляд на часы, после недолгих колебаний счел половину девятого приемлемым временем для визита, бросил в камин горсть летучего пороха и шагнул в зеленое пламя.
***
Парадная мантия была неудобной, а прием - на редкость скучным. Гарри по рекомендации сопровождающей его Тонкс, потанцевал пару раз с какими-то министерскими дамами, одна из которых весьма энергично пыталась его соблазнить, и теперь с явным облегчением стоял у стены, держа в руках бокал с вином. Помня о выпускном вечере, Гарри не пил, только вертел бокал в руках: на приеме было слишком много журналистов, хоть они и не проявляли пока повышенного внимания Гарри.
Когда Гарри ввалился утром на Гриммаулд Плейс, Ремус выглядел на редкость изможденным. Это было неудивительно: близилось полнолуние, вдобавок у Ремуса началась бессонница. Северус уже обеспечил оборотня необходимым зельем, но, к сожалению Гарри, Ремус решительно отказался выходить на улицу, боясь за окружающих. Сириус, несмотря на проведенную Дамблдором операцию, тоже не мог себе позволить появиться на людях, пока все не успокоиться: некоторые газеты все еще пережевывали новость о его смерти, не давая забыть о нем.
Зато Ремус предложил Гарри воспользоваться помощью Тонкс. Сперва Гарри пришел в ужас от одной этой мысли, но отказаться, к счастью, постеснялся. Только в магазине выяснилось, что Андромеда Тонкс сумела с детства привить дочери все традиции чистокровных семей, и Тонкс без труда - правда, и без удовольствия - объяснила Гарри, как надо себя вести и легко выбрала ему парадную мантию.
Все остальное время Гарри провел на Гриммаулд Плейс. Ремус настаивал на том, что Гарри не стоит разгуливать по улицам. Тонкс, как оказалось, должна была охранять его и на приеме, что вполне устроило Гарри.
Он никак не ожидал увидеть здесь до боли знакомое лицо Финнигана. Паники, которая возникала год назад, уже не было. Но Гарри все равно не рад был видеть бывшего сокурсника.
- Привет, Гарри. Как жизнь? - Симус в официальной мантии явно чувствовал себя как рыба в воде. - Я не ожидал, что ты придешь.
- Я тоже не ожидал увидеть тебя здесь, - неприязненно сообщил Гарри.
- Я сам не думал, что попаду сюда. Видишь ли, у меня оказались самые лучшие результаты в Школе Авроров... А ты, кажется, не попал туда?
Гарри сухо кивнул.
- Да. Только я что-то не видел тебя.
- Естественно. Ты что, не знаешь, что поступающие туда делились на несколько потоков? Ты попал в первый, потому что у тебя были неплохие ТРИТОНы. Ну, и Грейнджер, конечно, с тобой. Кстати, я сам не ожидал, что меня примут, там не слишком справедливый отбор, взять даже тебя...
Гарри утомленно вздохнул. Как ни странно, он не мог просто послать Симуса, хотя очень хотелось. Гарри только залпом выпил вино, поморщился – оно оказалось неприятно кислым – и огляделся в поисках подносов, которые плавали по залу. Симус, заметив это, опередил его, взяв с одного из таких подносов два полных бокала и протянув один из них Гарри.
- На брудершафт? – Финниган улыбнулся, Гарри бросил на него неприязненный взгляд и поставил пустой бокал на поднос.
- Нет, спасибо, - но бокал он все же взял. Симус смотрел на него чуть насмешливо, когда Гарри с сомнением покосился на содержимое. Но деревянный амулет, охраняющий от приворотных зелий, не подавал признаков жизни, и Гарри успокоился.
- Я хочу кое о чем поговорить с тобой, Гарри, - Симус улыбнулся. – Может, отойдем подальше? Вон в том углу можно сесть, и там немного народу, никто не подслушает.
Гарри бросил взгляд на указанное место. Диванчики у стены и в самом деле не пользовались популярностью сейчас, в начале приема, но обозревались неплохо из любого конца зала.
- Хорошо, - неохотно согласился он. Может, у Финнигана действительно какое-то важное дело? А делать тут все равно нечего.
Большая часть диванчиков оказалась в тени, Гарри специально выбрал такой, на который падал свет. Финниган казался ничуть не обеспокоенным этим фактом.
- Знаешь, Гарри, я хотел извиниться, - негромко проговорил он. – За ту историю с Малфоем.
Гарри фыркнул.
- Интересно… а больше ты ни за что извиниться не хочешь?
Финниган задумчиво разглядывал вино на свет.
- Знаешь, нет. Я просто хотел…
- Меня не волнует, что ты хотел, - во рту у Гарри пересохло, он сделал несколько глотков. Финниган вдруг посмотрел на него.
- А я все-таки скажу, - его взгляд как-то резко изменился, Гарри напрягся, понимая, что ему становится жутко от этого взгляда. – Видишь ли, Гарри, я хочу тебя. С тех самых пор – помнишь?
- К сожалению, да, - Гарри резко встал. Симус удержал его за запястье.
- Не торопись. Я не договорил.
- Я… - Гарри попытался вырваться.
- Просто выслушай меня, и я больше никогда к тебе не подойду. По крайней мере, сам.
Предложение было заманчивое. Симус, похоже, был настроен настоять на своем в любом случае, а это привлекло бы внимание, и Гарри послушно сел. Симус тихо продолжил.
- Сначала это и в самом деле было не такое уж сильное желание. Я думал, что это пройдет со временем, но оно только становилось сильнее. Я не помню дня, когда я не думал бы о тебе. Не подумай, что это любовь, это можно назвать как угодно иначе – одержимость, страсть… Но я хочу тебя, Гарри.
- Ты повторяешься, - Гарри было неприятно. – Это все?
- Нет. Ты свободен этой ночью?
- Что? – Гарри снова вскочил, Финниган на этот раз не удерживал его. – Ты совсем больной? Ты всерьез думаешь, что я… соглашусь?
- Да, - серьезно кивнул Финниган. – Если не сейчас, то к завтрашнему дню точно, но тебе будет гораздо… неприятнее. Видишь ли, в твоем бокале было Адресное Возбуждающее зелье. Против него нет противоядия. Мне жаль, - ухмылка на лице Финнигана говорила о том, что он ни капли не сожалеет. Гарри нервно потянулся к палочке.
- Что тут происходит? – раздался позади голос Тонкс.
- Ничего, - широко улыбнулся Финниган, - Просто разговариваем. В общем, если тебе понадобится… помощь, напишешь мне, Гарри. Хотя я искренне не советую тебе тянуть с этим.
Он поднялся. Гарри зло смотрел, как он уходил.
- Все в порядке? – обеспокоенно поинтересовалась Тонкс. Гарри кивнул. – Тогда тебе стоит пройти вон в ту комнату, там пройдет это собрание. Дамблдор просил тебя присутствовать.
Гарри послушно прошел в указанную дверь. За большим круглым столом уже сидели министр магии, имени которого Гарри не помнил, некоторые из сотрудников Министерства – среди них Кингсли, - Дамблдор и еще несколько человек. Гарри присел рядом с Дамблдором, так он чувствовал себя надежнее.
- Здравствуйте, - негромко поздоровался он.
- Здравствуй, мой мальчик, - Дамблдор улыбнулся ему. – Как у тебя дела? Как Северус?
- Все хорошо, спасибо, - Гарри не хотелось разговаривать, тем более, при таком количестве народу. Дамблдор понимающе кивнул и отвернулся.
Гарри так и не понял, что происходило в течении этих полутора часов, что длилось собрание. Он вспоминал слова Финнигана.
В том, что бывший однокурсник мог что-то подлить ему, Гарри не сомневался. Но почему не отреагировал в таком случае амулет? И к тому же он ничего не чувствовал. Может, Финниган просто пытался запугать его?
Адресное Возбуждающее зелье. Гарри никогда не слышал о таком. Можно спросить у Северуса, но тогда начнутся вопросы. Хотя лучше, если эти вопросы будут от Северуса, чем от кого-нибудь другого.
Противоядия нет, говорил Финниган. Но о этом стоит беспокоиться в том случае, если зелье все же было…
- …Итак, благодарю всех за участие в собрании, результаты мы рассмотрим в Аврорате в ближайшее время, - прервал размышления Гарри голос Кингсли. Гарри торопливо поднял голову. Дамблдора уже не было – ах да, он же сослался на неотложные дела и ушел около получаса назад. Гарри попытался улыбнуться какому-то поздоровавшемуся с ним чиновнику и торопливо вышел в зал.
Людей уже было гораздо меньше, Гарри без труда различил Тонкс, похоже, дожидавшуюся его.
- Я провожу тебя домой, - вскочила она, увидев Гарри, приведя своими словами его в легкое замешательство. Впрочем, Гарри сразу вспомнил, что она была уверена, что он живет с Сириусом и Ремусом…
Он начал ощущать легкий дискомфорт в паху тогда, когда подошел камину. Спустя десять минут он понял, что Финниган не блефовал.


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 20:32 | Сообщение # 44
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
***
Было десять часов, Северус заперся в лаборатории, а в паху ломило от напряжения.
Мастурбация не помогала – впрочем, Гарри предполагал, что так будет еще до того, как предпринял попытку избавиться от эрекции. Не принес результатов и холодный душ. Гарри подозревал, что не поможет и секс с Северусом. Он уже догадывался о том, что прилагательное «адресное» в названии зелья означает, что помочь ему избавиться от этого состояния может только один человек.
Гарри застонал сквозь зубы, пытаясь потереться пахом об одеяло. Возбуждение возросло. Только почувствовав вкус крови на языке, Гарри понял, что все это время кусал губу, которая сейчас ощущалась как кровавая каша.
Боль тоже не помогла.
Уткнувшись лбом в стену, Гарри попытался отвлечься. Но сосредоточиться не получалось.
Когда скрипнула дверь, он не знал, благодарить судьбу за появление Северуса или проклинать. Из груди непроизвольно вырвался всхлип…
***
- Что случилось? – картина Поттера, лежащего в неестественной позе, не могла не взволновать меня.
- Я… Сев, что такое Адресное Возбуждающее зелье? – слабо выдохнул он. Я замер от неожиданности.
- Что?
Он только тяжело выдохнул. Казалось, ему трудно говорить.
Адресное Возбуждающее зелье. Один из способов особо изощренной пытки, которую любил использовать Темный Лорд с пленниками. За несколько недель – именно столько длился обычно его эффект - люди, подвергшиеся его действию, в лучшем случае становились импотентами. В худшем – сходили с ума.
Но стандартная доза зелья доводит человека до такого состояния за несколько дней. Он не мог принять зелье несколько дней назад, или...
- Сев, какое-нибудь противоядие есть? – почти проскулил Поттер, не поворачиваясь ко мне.
- Нет, - выдавив это, я немного пришел в себя. – Поттер, когда ты мог выпить эту дрянь? На кого она настроена, знаешь?
Он судорожно кивнул головой. Я не выдержал, подошел ближе и бережно повернул его на спину. Один его вид пугал: сморщенное лицо, выступивший пот, учащенное, тяжелое дыхание.
- Можешь рассказать? – мне было больно от одного его вида.
- Финниган… сегодня,… а твой амулет не сработал…
Я сразу понял, о чем он говорит.
- Это не приворотное зелье.
- Что мне делать? – всхлипнул он. Я торопливо просчитывал количество выпитого им зелья. Если он выпил его сегодня, а несколько часов спустя я наблюдаю такой эффект, значит это концентрат зелья. Срок его действия ограничен несколькими днями, но, если Поттер все эти дни будет терпеть это, он не выдержит…
Я не знаю- понял я. Я не знаю, что делать. Не знаю, как помочь ему…
- Наверное, тебе сейчас лучше уснуть, - я не смотрел на него. – Во сне ты хоть сможешь не чувствовать этого, а я, может… - может, что-нибудь придумаю.
Поттер нервно хмыкнул. Да, я понял: заснуть в таком состоянии он не сможет…
- Я сейчас принесу зелье, подожди меня, хорошо?
Он промолчал.
В лаборатории я первым делом взял с полки успокоительное, торопливо проглотил его. Так, надо прийти в себя. Я что-нибудь придумаю. Я достаточно знаком с этим зельем благодаря забавам Темного Лорда…
Собственное тяжелое дыхание донеслось до меня словно со стороны. Вот именно. Не знай я так хорошо действие этого зелья, я бы еще мог надеяться на благополучный исход.
Так что остается два варианта. Отправить Поттера к Финнигану или надеяться на то, что у него хватит выдержки пережить несколько дней непрекращающегося нестерпимого возбуждения…
Вот полка со снотворными зельями. Поттер сегодня собирался взять зелье Сна-Без-Снов, но в этой ситуации оно, наверное, будет слишком слабым.
Чем можно воспользоваться? Зелье Кента? Это довольно сильное снотворное без побочных эффектов…
Я уже протянул руку, когда заметил рядом колбу с черной непрозрачной жидкостью. Зелье Мертвого Сна. А что, если дать его Поттеру? Оно усыпляет человека на несколько дней - этого как раз хватит, чтобы прекратилось действие зелья возбуждения. Главное, правильно рассчитать дозу…
Пока меня не было, Поттеру, судя по всему, стало хуже. Финниган- просто садист, если подлил ему концентрат… или просто не знал, какую он вызовет реакцию.
Я осторожно подхватил Поттера за плечо, помог ему приподняться, отметив отметил, как он напряжен.
Он даже не спросил, что за зелье в стакане, который я поднес к его губам, боясь, что сам он выронит его. Поттер проглотил его так быстро, словно это зелье было панацеей. Затем тяжело вздохнул, когда я отпустил его.
- Ляг на спину, - попросил я. Поттер послушно перевернулся и даже вытянулся: по тому, как начало спадать напряжение, я понял, что зелье подействовало.
Через несколько секунд Гарри закрыл глаза, а пару минут спустя уже задышал ровнее, не так рвано, как до этого. Я перевел дух - по крайней мере, за его рассудок теперь не надо опасаться - и нагнулся над ним, раздевая его.
Было сложно снимать с него одежду, когда он спал. Каменный член, казалось, готов был прорвать трусы. Я медленно сложил одежду в шкаф, пытаясь сообразить, что можно сделать, чтобы хоть немного изменить ситуацию.
Пока Поттер спит, он ничего не чувствует: зелье Мертвого сна позаботилось об этом. Но такая физически сильная эрекция на протяжении нескольких дней может всерьез навредить ему. Вплоть до той же импотенции.
Я присел на кровать, укрыв Поттера простыней. Холод в этом случае не поможет. Это было бы слишком просто.
Я постарался вспомнить случаи, когда с этим зельем развлекался Темный Лорд. После своего воскрешения он стал просто одержим сексуальным насилием по той простой причине, что возродился он существом бесполым. И подобных случаев на моей памяти было более чем достаточно.
Замедляющее зелье. Пожалуй, это может помочь. Оно замедляет течение крови, а если с помощью Отменяющей мази ограничить его действие только одной областью... Правда, его надо вкалывать каждые два часа, но Охлаждающей мазью можно продлевать срок его действия. И выводить из организма постепенно, уменьшая дозу. Только сначала проверить, нет ли побочной реакции Возбуждающего зелья на Замедляющее...
Бросив на Поттера короткий взгляд, я взял себя в руки и вышел из комнаты, запечатав дверь заклинанием. Все равно до тех пор, пока я не приготовлю зелья, помочь я ему ничем не смогу...
***
"Гарри! Ты что, больной? Терпеть второй день! Пошли свою гордость куда подальше, а?";"Поттер, козел! Твою мать, ты же с ума сойдешь! Или уже сошел? Жду сегодня возле Дырявого котла в три, и только попробуй не явиться!";"Ты, ублюдок, что ты себе вообразил, мать твою.....
Я с удовольствием выслушал громовещатель от Финнигана. Два предыдущих письма лежали на моем столе рядом с котлом, маггловским шприцом и несколькими колбами.
Из-за чего так бесится Финниган, я прекрасно понимал. В семидесяти случаях из ста использование концентрата Адресного возбуждающего зелья давало обратный магический отток. И в случае, если жертва все же не поддавалась действию зелья, адресат на долгие годы терял потенцию... Не сказать, чтобы это меня не устраивало.
В дверь постучали. Я удивился: до этого никто не тревожил меня здесь. Отгородив Поттера непрозрачным магическим щитом, я едва приоткрыл дверь и выглянул.
- В чем дело?
Джеймс, стоящий передо мной, сконфуженно потупился.
- Я испортил зелье...
Я поморщился. На то время, что Поттер спал, мне пришлось переложить все заказы, которые у меня были, на плечи Джеймса и Драко.
- Если остались ингредиенты, то начни заново. Если нет - закажи по почте или пошли Драко на Косую Аллею...
Мои слова прервал тихий, почти неслышный вздох за спиной.
Проснулся.
- Я занят, - я захлопнул дверь перед носом у сына и повернулся.
Поттер еще раз тяжело вздохнул и пошевелился. Значит, закончился магический сон, перейдя в естественный. Наверное, еще полчаса, и он окончательно проснется.
Эффект Возбуждающего зелья прекратился несколько часов назад. Я немного ошибся с дозой Мертвого Сна: еще немного, и Поттер проснулся бы слишком рано, а это стоило бы ему невыносимых мучений.
Я сел на кровать рядом с ним. Он спал четыре дня, и эти дни были невероятно утомительны. А мне надо еще поднимать его после всех этих зелий: Мертвый Сон слишком выматывает, Поттер теперь в таком состоянии, как если бы не вставал с постели недели две.
Я смотрел на него, не отрываясь, до тех пор, пока он, наконец, не приоткрыл глаза.
***
Гарри казалось, что он спал недолго, не больше часа - так стремительно его выбросило из сна, накрывшего его как тяжелой пуховой периной. Но низ живота уже не ломило от напряжения, переходящего в боль, а у Северуса под глазами появились темные круги, так что он походил сейчас на вампира больше, чем когда бы то ни было.
Северус?
Гарри оживился, постарался сесть, но неожиданно закружилась голова, застучало в висках, а еще он понял, что не чувствует ног.
- Лучше пока не двигайся, - Северус придержал его. - Ты спал четыре дня, а учитывая, что это Зелье Мертвого Сна, то твой организм ощущает себя так, как если бы ты пролежал, не двигаясь, недели две.
- Четыре... - Гарри откашлялся, голос тоже отказывал. - Четыре дня? А это... зелье?
- Эффект прошел сам собой, - Северус сделал вид, что не заметил, как покраснел Гарри. - Мне пришлось вкалывать тебе зелье, замедляющее приток крови, так что еще несколько часов у тебя будет отсутствовать чувствительность в районе таза, - Гарри покраснел еще больше, поняв, где должен был замедляться "приток крови". - Как ты себя чувствуешь? Не тошнит? Спать не хочется?
- Я только что проснулся, - заметил Гарри. Северус кивнул.
- При возможных аномалиях бывает и повышенная сонливость.
- Только голова кружится, - Гарри устроился поудобнее.
- Это нормально. Я сейчас вернусь, - Северус поднялся, направился к двери и вышел. Гарри невольно улыбнулся: такая забота была несвойственна Северусу. Видимо, он и в самом деле волновался за Гарри - пришла мысль.
Сонливости не было - похоже, Гарри хорошо перенес это зелье, и он осторожно приподнялся на кровати. Подождав, пока организм перестанет возмущаться такой явно нежелательной для него активностью, Гарри спустил ноги с кровати.
Низ живота действительно онемел, хотя мышцы ног слушались. Гарри улыбнулся, глядя на собственные шевелящиеся пальцы, которых абсолютно не чувствовал. Правда, вставать не хотелось: он и без подсказки Северуса был уверен, что на ногах долго не продержится.
Палочка лежала на столе, и дотянуться до нее было невозможно - беспалочковое Акцио не сработало. Гарри с тоской посмотрел на пижаму, висящую на спинке стула, и прикрылся простынью. Мысль о том, что он пролежал здесь раздетым четыре дня, напрягала. Северус ведь не мог сюда пустить Малфоя или Джеймса, верно?
- Я, кажется, сказал тебе, чтобы ты лежал, - раздался резко изменившийся - увы, не в лучшую сторону - голос Северуса. Гарри пожал плечами. - Раз уж ты сидишь, выпей это, - зельевар протянул ему стакан.
От зелья еще больше закружилась голова, Гарри хотел было лечь обратно, но Северус почему-то удержал его за плечо.
- Зелье Адаптации, - ответил он на немой вопрос. - Теперь, будь добр, сиди, - где-то на дне его глаз плескалась насмешка. Гарри вздохнул и послушался.
***
На второй день Гарри впервые после затянувшегося сна поел. На третий день - нахлебался воды при попытке доказать Северусу, что в ванной его можно не поддерживать. На четвертый - смог дойти до туалета самостоятельно. А на пятый, наконец, вышел из комнаты.
Это было во время завтрака, Джеймс читал какой-то бесконечный свиток пергамента, который пытался залезть Малфою в тарелку, а Северус спокойно пил чай, держа руку на палочке и поглядывая, как Гарри медленно и осторожно, чтобы не закружилась голова, спускается по лестнице.
Уже когда он подошел к столу, Малфой покосился на него чуть насмешливо, Джеймс улыбнулся, а Северус взмахнул палочкой, выдвигая стул рядом с собой.
Было странно наблюдать за тем, как Северус встает и идет на кухню, а через десять минут выносит завтрак для Гарри и смотрит на него так необычно, словно неожиданно нашел что-то ценное, давно утерянное. И тотчас переводит взгляд на Малфоя, который умело изображает равнодушие, только искорки в глазах пляшут - снова тот привычный, суровый взгляд, под которым хочется стать амебой и уползти куда-нибудь, чтобы он не заметил. Гарри улыбается в тарелку, а Северус словно не замечает этого.
Джеймс проливает на свиток чай, удивленно поднимает голову, смотрит на Малфоя.
- Драко, пойдем в лабораторию, - судя по его виду, он тоже давно не спал.
- Лучше выспись, - нахмурился Северус. - Я сам разберусь...
- Не... - Джеймс зевнул. - У меня там экспериментальное зелье, надо закончить, а потом, может быть... Драко, пошли!
- Ботаник, - буркнул Малфой, тоже поднимаясь. Гарри задумчиво посмотрел на Джеймса: по его мнению, работа в лаборатории с Малфоем не могла вызвать такую нежную улыбку...
- Выпьешь это после еды, - Северус со стуком поставил на стол маленький пузырек. - Потом выйдешь в сад. Тебе сейчас стоит больше находиться на свежем воздухе.
***
Мое облегчение, когда я понял, что с Поттером все в порядке, нельзя было описать словами. Я знал, что он много значит для меня, но, видимо, не понимал этого.
Когда Поттер показался на пороге, он остановился и прислонился к стене: похоже, закружилась голова. Я пристально наблюдал за ним, готовый в случае чего оказать помощь. Зелье Мертвого сна слишком тяжело переносилось организмом.
Поттер прищурился, глядя на небо: его глаза отвыкли от солнца, даже прикрытого тучами. Я подошел ближе.
- Ты в порядке? - он кивнул. - Тогда иди за дом. Там тень - тебе первое время лучше не находиться долго на солнце. Сделай несколько физических упражнений, но не переутомляйся.
Поттер улыбнулся мне и послушно направился в указанном направлении. Я проводил его взглядом. На случай, если он устанет, я трансфигурировал кресло-качалку - в ней действительно можно расслабиться - и оставил несколько книг. А мне предстояло закончить дела с заказами, которые накопились за эти дни, несмотря на помощь Джеймса, и загнать, наконец, моего сына в кровать - не спать три дня вредно для здоровья.
Они с Драко спорили о чем-то вполголоса, толкаясь у рабочего стола и нарушая все правила безопасности. Драко, похоже, был только рад уйти - он был странно напряжен. Джеймс какое-то время пытался протестовать, но не преуспел в этом. Я только надеялся, что он не решит проверить, "как здоровье Гарри".
Когда Поттер исчез из поля его зрения на четыре дня, Джеймс, похоже, решил что я в приступе ярости задушил его и закопал где-то под кустом, судя по тому, как долго он не верил в то, что Гарри внезапно тяжело заболел. В итоге мне пришлось сказать полуправду, что Поттера легко отравили на приеме, и сейчас он временно пребывает в коме, из которой скоро выйдет. После того, как Джеймс попытался взломать дверь в спальню, я запер его в лаборатории. Настроение у меня в тот момент было хуже, чем после проверки контрольных работ Гриффиндора: мне пришлось почти не спать все это время, учитывая, что Замедляющее зелье надо было колоть каждые три-четыре часа.
А вот Драко удалось попасть в спальню. Это была моя ошибка: от недосыпа я однажды забыл запереть дверь, когда отлучился в лабораторию. Драко, видимо, очень поразила картина неподвижного Поттера, прикрытого - к счастью! - белой простыней, гордо вздымающейся посередине. По крайней мере, он стоял неподвижно, находясь в ступоре до тех пор, пока я не вернулся. От Обливиате меня удержали только клятвенные обещания, что он все забудет и сам, никогда не припомнит это ни мне, ни Поттеру и впредь не только не зайдет сюда, но и удержит Джеймса.
Собственно, именно тогда и пришло первое письмо от Финнигана...
Я привычно разложил ветхие свитки, полученные от последнего заказчика - возможно, придется платить неустойку. Взмахнул палочкой, делая копии, свернул, опять наложив на оригиналы Антикварные чары. Наклонился, разбирая свойства разных этапов приготовления зелья: котел стоял в углу, и в нем бурлила белая жидкость. Значит, Джеймс успел приготовить зелье наполовину. Или это экспериментальное?
Нет, экспериментальное зелье, судя по всему, стоит в углу, накрытое крышкой и чарами. Последние, надеюсь, накладывал Драко: Джеймсу еще запрещено колдовать. Пока не начнется учебный год, он должен будет обходиться без магии, а потом учеба в университете позволит ему колдовать. Впрочем, сомневаюсь, что это доставляет ему много неудобств...
Я взмахом палочки левитировал на стол ингредиенты, взял нож - казалось, я смогу сделать все верно, даже если закрою глаза.
Привычные движения расслабляли. Три унции измельченных сушеных скарабеев, две минуты на огне, накрыть крышкой - звук кипящего зелья казался музыкой после этих сложных дней. Открыть банку с драконьей чешуей - осталось немного, хорошо, что заказчик оставил аванс.
В окошко было видно Поттера. Он, похоже, задремал в кресле: застыл в неудобной позе, свесив голову набок. Видимо, присел на минутку и отрубился, перетрудившись. Я ведь говорил ему...
Ладно, еще десять минут, закончу с зельем и спущусь к нему.
Я поморщился, когда луч солнца упал мне на лицо, и постарался повернуться к окну спиной. Август. Скоро в Хогвартс. В этот раз мне не хотелось выходить на работу более чем когда-либо. Оставлять Поттера казалось подобным пытке. Конечно, у меня была возможность возвращаться домой по вечерам как прежде, когда Джеймс был маленьким, тем более, что теперь я невольно оставил свою шпионскую деятельность – Мерлин, как громко звучит!
Стоп. Август. Сегодня седьмое августа.
А я совсем забыл о дне рождения Поттера…
Мои размышления нарушил грохот где-то в районе первого этажа, на что я не обратил внимания, и топот ног на лестнице. Я поморщился, но дверь открыл заранее, держа палочку наготове.
- Снейп, ты тут? - запыхавшийся голос Люпина. - Где Гарри?
- На улице спит, - я указал ножом в сторону окна. - Кстати, будь так добр, переложи его поудобнее, а то после такой позы он на ноги встать не сможет.
- А? Да, конечно, - рассеянно пробормотал Люпин, бросив взгляд в окно, но не двинулся с места. - Послушай, а ты не в курсе, что с ним случилось? Его бывший однокурсник, Финниган, сегодня полдня слонялся у нашего дома, пока Сириус его не впустил, а потом начал выяснять, в каком состоянии Гарри и почему он не в Мунго... Я дал ему Умиротворяющий бальзам, попросил Сириуса за ним последить, и к тебе...
- Подлей Финнигану сильнодействующий афродозиак, - мстительно порекомендовал я. - Могу даже дать - у меня есть один неплохой, замедленного действия...
- Снейп, что ты несешь? - Люпин нахмурился.
- На том приеме Поттера отравили, - соизволил объяснить я. - Именно твой Финниган. Поттер пролежал в коме четыре дня.
Вид ошарашенного лица Люпина несколько поднял мне настроение.
- Но он в порядке?
- В полном. Если, конечно, не свалится с кресла, пока спит.
Люпин еще раз посмотрел в окно и поспешил уйти. Я отмерил семь дюймов змеиной кожи и взял в руки нож. Помнится, Поттер когда-то убил василиска, интересно, он так и разлагается где-то под Хогвартсом? Кожа василиска может лежать тысячелетиями. Организовать, что ли, экспедицию в Тайную комнату?
Я рассмеялся собственным мыслям, представив группу преподавателей, обдирающих дохлого василиска и зажимающих носы...
***
Гарри уснул всего на минуточку - физические упражнения, в частности наклоны, приседания и три-четыре отжимания, измотали его донельзя. Но, проснувшись, он обнаружил себя в спальне, на узкой кровати, как обычно, у стены.
Теплое тело сзади прижималось к нему, а чужая рука спокойно гладила большим пальцем левый сосок.
- Северус, - выдохнул Гарри, пытаясь повернуться к мужчине лицом.
- Проснулся? - тихий шепот щекотал Гарри шею. Парень довольно зажмурился. Рука Северуса скользнула ниже, легко проникла под резинку пижамных штанов. Гарри охнул, прижимаясь ягодицами к бедрам Северуса.
То, что мужчина и не подумал отстраняться, оказалось приятной неожиданностью. Гарри после недолгих раздумий, сопровождаемых приятными действиями руки Северуса, осторожно задвигал бедрами и ощутил, как возбужден его любовник. Северус в ответ тяжело задышал и лизнул Гарри где-то за ухом, заставив его полностью потерять самообладание.
- Тихо, тихо, - пробормотал Северус, когда Гарри начал нетерпеливо извиваться, стараясь заставить руку любовника ускорить темп. - Может, лучше разденешься?
Гарри замер, вспомнив их последнюю ссору. Он хотел все-таки уговорить Северуса быть сверху, но разум подсказывал, что это не лучшая идея, да и Северус был сейчас таким непривычно мягким, нежным - сбивать этот настрой очередным спором так не хотелось... Северус терпеливо подождал, пока Гарри разделся, путаясь в штанинах. Наверное, со стороны Гарри выглядел забавно, но Северус даже не усмехнулся. Только смотрел так, что Гарри поежился под его взглядом.
- Ты красивый, - немного сухо произнес Северус, заставив Гарри расплыться в улыбке.
Северус подвинулся к стене, в этот раз освобождая для Гарри место с краю.
- Может, все-таки купишь нормальную кровать? - робко предложил Гарри.
- Обязательно, - резкий рывок, и Гарри упал сверху на Северуса, чуть поерзал, устраиваясь удобнее, так, чтобы чувствовать сквозь трусы член Северуса.
Горячие губы Северуса сводили с ума, Гарри все отчаянней вжимался в любовника бедрами, когда тот вдруг отстранил его.
- Поттер, - видимо, жалобный взгляд Гарри сработал, потому что Северус покорно ответил на навязываемый поцелуй, но потом продолжил. - Поттер, я думал над тем, что ты мне тогда сказал...
Гарри напрягся. Северус, почувствовав это, провел ладонью по его спине, прошелся по ягодицам и вдруг ущипнул его. Гарри возмущенно ойкнул и дернулся - Северус довольно усмехнулся.
- Я думаю, что ты был прав, - наконец сообщил он, прикрыв глаза. Гарри замер от неожиданности. - Так что... если хочешь...
Гарри пронзила вспышка страха - впрочем, пропала она мгновенно, как только он вспомнил о том, что с ним будет Северус. Северус не причинит ему боли, верно?
Нет, в том, что будет больно, Гарри не сомневался. Но ведь Северусу это нравится? Значит должно быть и что-то приятное.
- Да, - только и сумел выдохнуть он. Северус посмотрел на него со странной горечью.
- Ты уверен?
Гарри только закатил глаза. Северус хмыкнул и приподнялся под Гарри.
- Позволь мне встать.
Парень скатился с него, вопросительный взгляд остался без ответа. Впрочем, Гарри догадался, зачем вдруг Северусу понадобился седьмой том истории зельеварения.
- Предохраняющее заклинание можно наложить на себя только самому, - негромко объяснил Северус, возвращаясь к кровати. Гарри торопливо поднял взгляд от белых трусов - это зрелище невероятно возбуждало.
Северус протянул ему раскрытую книгу.
- Я пока приму душ, - объяснил он. - Когда ознакомишься - можешь присоединиться. Не торопись, я подожду.
Гарри послушно уставился в книгу. Описанное движение было сложным: сначала буквой Z, потом закорючка, похожая на перевернутую греческую "гамму" только с хвостиком, потом какая-то спираль... Северус разве что-то такое изображал? Хотя тогда Гарри было точно не до этого. Да и движения Северуса были слишком быстрыми...
Заклинание, зубодробительная латинская формула, еще больше огорчило Гарри. Он честно повторил ее несколько раз, пять минут отрабатывал движение, затем убрал книгу в сторону, заложив нужное место палочкой - в конце концов, его ждал Северус.
Горячая вода расслабляла. Северус, похоже, знал, что делает. Немного неловкие пальцы внутри уже не заставляли Гарри зажиматься, только вызывали довольные стоны, когда Северус задевал его простату.
Когда они вернулись в комнату, Гарри уже пылал от желания, как тогда, после зелья Финнигана, только сейчас возможность получить наслаждение была более чем реальной.
Северус наклонился над ним, когда они улеглись на кровать, поцеловал так нежно, словно Гарри был хрустальным. Взмах палочкой, и Гарри почувствовал внутри легкий холод и пощипывание. Контраст ощущений после горячих пальцев любовника заводил невероятно.
Когда Северус вложил палочку в его руку, Гарри даже не понял толком зачем это, только спустя несколько секунд сообразил и покраснел, вспоминая. Северус подсказал ему формулу, и Гарри повторил её дрожащим голосом, неловко делая нужные движения палочкой у себя над животом, как было нужно. Внутренности словно сжало на мгновение, и Гарри отбросил палочку в сторону, притягивая к себе Северуса.
Описанного эффекта в книге не было, но Гарри сейчас был слишком занят, чтобы задуматься над этим.
Смазка, которую взял Северус, была другой, не такой, как обычно – теплой и расслабляющей. Гарри даже заподозрил обезболивающий эффект, ощутив в себе три пальца Северуса и не почувствовав сильного дискомфорта.
Гарри глядел Северусу в глаза, пока тот растягивал его, закинув ноги Гарри себе на плечи. Во взгляде мужчины проскальзывало странное выражение, похожее на тревогу. Гарри постарался улыбнуться ему, несмотря на собственный страх: причины этой тревоги он не понимал.
- Если будет больно - говори, - выдохнул Северус, наклоняясь к нему. Гарри судорожно вздохнул и постарался расслабиться, когда Северус осторожно и медленно протолкнулся в него. Боль показалась ему какой-то совсем незаметной и незначительной, так, что он даже улыбнулся - вот как это на самом деле...
Северус остановился и наклонился к его лицу, Гарри чувствовал учащенное дыхание мужчины.
- Все нормально?
Гарри кивнул, продолжая прислушиваться к своим ощущениям. Наполненность - вот как, наверное, можно было назвать то странное чувство, которое он ощущал. А еще - не испытанное ранее доверие, когда он принимал Северуса, раскрываясь перед ним так сильно, как только мог...
...Гарри в очередной раз пожалел о том, что кровать такая узкая. Потому что после оргазма хочется раскинуть руки и ноги, и чтобы было просторно, и только, может быть, чувствовать Северуса кончиками пальцев, но так, чтобы в любой момент можно было перекатиться и оказаться на нем.
Но приходится лежать на боку, прижимаясь спиной к Северусу. Не то, чтобы это было плохо - Гарри нравится ощущать руку мужчины у себя на груди, но сейчас хочется именно свободы движений...
Из ануса вытекает сперма - и это неприятно. Гарри почему-то именно теперь вспоминается та проклятая ночь и озеро, куда портключом перенес их Снейп, и он невольно напрягается.
- В чем дело? - мягко поинтересовался Северус, не отрываясь от вырисовывания кругов большим пальцем на груди Гарри.
- Тесно, - после недолгих колебаний признался Гарри. Северус сел на кровати, и Гарри схватил его за руку. - Подожди! Я не хотел тебя прогонять...
Северус непривычно мягко улыбнулся.
- Я взял несколько каталогов из мебельного магазина. Посмотришь их, завтра закажем нормальную кровать, - и после недолгой паузы, - мне надо побыть одному.
***
Он слишком открылся мне, подумал я, вспоминая те полчаса. Он доверял мне безоговорочно, он надеялся на меня... тогда почему мне так больно от того, что я позволил себе сделать?
Ему понравилось. Но даже будь я неумел, по сравнению с тем, каким был его первый опыт, ему всё равно было бы хорошо. Это не моя заслуга. Я только чувствовал себя последним мерзавцем…
Я слишком живо помнил все, что произошло с ним тогда.
Я не зажигал свет. Сейчас мне вполне хватало света от луны, который падал на пол через маленькое чердачное окошко. Поттер проспал почти весь день.
Проходя вдоль шкафов, я щурился, стараясь рассмотреть содержимое колб. Вот то, что я ищу – успокоительное. Рецепт был написан в одной из книг Блэка, которую я позаимствовал на неопределенный срок для более подробного изучения, часть была стерта, так что зелье пока было экспериментальным. Стоило попробовать его в действии.
Вот она, маленькая колба с чуть поблескивающим и теплым содержимым. Я откупорил колбу, выпил и поморщился: резкий кислый вкус оказался неожиданным. Присел на сундук, на котором обычно сидел Поттер, наблюдая за мной.
На то, чтобы успокоиться, ушло минут десять. Десять минут самых разнообразных доводов в пользу того, что мне не стоит себя винить.
По крайней мере, удалось восстановить внешнее спокойствие.
Когда я вернулся, Поттер лежал лицом к стене, но, похоже, не спал. Обиделся? Я привычно уже лег рядом с ним, прижавшись к его спине. Поттер расслабился в моих руках.
Впервые в жизни я ощущал подобное умиротворение.
***
Пожалуй, еще несколько дней Гарри чувствовал себя на удивление естественно и приятно. Подготовку к поступлению в Школу Авроров в следующем году он отложил, вместо этого занявшись садом.
Как ни странно, приятные эмоции только подпитывались мелкими ссорами с Северусом. Первая из них началась на следующее утро после памятного события, когда Гарри, ворочаясь во сне, все-таки столкнул Северуса на пол. При попытке совместного просмотра мебельных каталогов Гарри выяснил, что их с Северусом вкусы несколько различались,… кардинально различались. После полуторачасового, эмоционального разговора, воплей со стороны Гарри и разбитого всплеском магии абажура со стороны Северуса в дверь постучал Джеймс, деликатно сообщив, что сейчас семь утра, и не могли бы драгоценные родственники отложить выяснение отношений на три-четыре часа. «Драгоценные родственники» притихли, почти мгновенно, за пять минут пришли к варианту, относительно устраивающему обоих, после чего Гарри лег досыпать, а Северус починил абажур и пошел в ванную.
Инцидент был забыт, как только Гарри спустился вниз и обнаружил на камине три письма: от Дамблдора, близнецов и Люпина. И только тогда вспомнил о собственном дне рождения.
Впервые он забыл о нем. Раньше он считал дни до того момента, когда ему разрешат покинуть Дурслей, и день рождения был отличной точкой отсчета. Да и приятно было чувствовать, что о нем помнят.
Теперь считать дни не было нужды, а присутствие Северуса заставляло забыть обо всем. Подумав, Гарри понял, что свой день рождения он, судя по всему, проспал, иначе Северус наверняка поздравил бы его.
Хотя вчерашний секс, чем не подарок?
Гарри довольно прищурился, но взял себя в руки и распечатал второе письмо, от Люпина. Улыбнулся, узнав, что все подарки приходили на Гриммаулд Плейс, и Сириусу пришлось разбирать их. Надо как-нибудь выбраться туда.
Дамблдор, к его удивлению, предлагал Гарри должность преподавателя защиты от темных сил – с Люпином, что ли, поговорил? Гарри долго колебался, прежде чем написать ответ. Но все-таки Северус не советовал ему этого делать – наверное, он знал, о чем говорит.
Когда Гарри смотрел на сову, уносящую письмо с отрицательным ответом, он почему-то почувствовал себя на редкость свободно.
А вечером выяснилось, что ни Джеймс, ни тем более Малфой не знали о дне рождения Гарри. Джеймс бурно возмущался, что Северус его не предупредил. Северус был спокоен как сытый удав, только на Гарри иногда смотрел немного извиняющеся.
Но Гарри и в голову не пришло обижаться на него. В конце концов, Северус ведь сам вспомнил. А то, что на неделю позже – это неважно.
Хорошее настроение Гарри держалось долго. Когда на следующий день выяснилось, что Северуса почему-то не устраивает то, что Гарри разбрасывает по спальне грязные носки, Гарри решил не ссориться и пошел на компромисс: теперь он не бросал носки на виду, а запихивал поглубже под кровать, наутро извлекая их оттуда и обрабатывая наспех Чистящими чарами.
Когда однажды утром он обнаружил, что под кроватью нет ни носков, ни даже пыли, он понял, что Северус на компромисс идти не хотел. Опять нечаянно разбив настольную лампу, Гарри решил провести пару ночей в гостиной на диване. Увы, не получилось: вечером Северус вынудил его вернуться в спальню, используя в качестве довода Петрификус Тоталус и Мобиликорпус. Вновь разбитый, многострадальный абажур от очередного Репаро сложился в странную сюрреалистическую фигуру. Возможно, оттого, что Репаро было уже не первым, а возможно, потому что именно в этот момент Гарри решил извиниться и полез к Северусу с поцелуями.
Примирение удалось. Накладывая на себя Предохраняющее заклинание, Гарри заметил, но не придал значения факту, что заклинание дало немного другой эффект, точнее сначала эффекта не было, а чуть спустя в живот словно анестетик вкололи. Впрочем, задумываться над этим странным отличием не было ни времени, ни желания…
Весь следующий день Гарри провел в лаборатории, наблюдая за тем, как работает Северус. Было видно, что мужчину несколько напрягало это, но выпроводить Гарри он так и не смог – Гарри остался и тогда, когда Северус начал варить на редкость вонючее зелье, и тогда, когда зельевар потребовал от него выпотрошить каких-то странных, противных зверюшек.
Правда, потом, после вонючего зелья, Гарри тошнило всю ночь. Сначала Северус только усмехался и повторял, что он предупреждал, но вскоре напоил Гарри каким-то отваром, который не только убрал тошноту, но и позволил Гарри мгновенно уснуть и даже выспаться.
Утром Северус посоветовал Гарри не завтракать, но аппетита у Гарри и так не было.
Проработав весь день в саду – Северус пригрозил, что при повторной попытке вторжения в лабораторию он прибегнет к крайним мерам, подобным тому же Петрификусу, – Гарри, как ни странно, так и не проголодался.
Его тошнило и на следующее утро, так, что он даже решил, что зелье было слишком токсичным. Но Северус, выслушав это предположение, только обозвал Гарри «безграмотным идиотом», влил в него еще какое-то зелье и почти насильно накормил. По крайней мере, провожал каждый кусок пищи, взятый Гарри с тарелки, таким подозрительным взглядом, словно ожидал, что Гарри при первом удобном случае выплюнет его под стол.
На протяжении следующих двух дней Гарри старательно скрывал от любовника как периодические приступы тошноты, так и резко повысившуюся утомляемость, и неожиданное головокружение однажды в ванной – Гарри тогда чуть не разбил голову об угол полки.
Когда Северус начал подозрительно посматривать на него, Гарри решился зайти к Сириусу на Гриммаулд Плейс и пролистать один из присмотренных им медицинских справочников, заодно и разобрать подарки. Подобных симптомов в нужном сочетании Гарри не нашел. Вместо этого он ухитрился задремать в кресле во время достаточно оживленной беседы с крестным, обидеться потом на его веселые комментарии о том, чем Гарри занимается по ночам, а по пути к камину побить все рекорды собственной неуклюжести, сначала споткнувшись о ковер, а потом рассыпав летучий порох, промахнувшись мимо банки и уронив ее.
Дома он еще дважды просмотрел медицинский справочник, захваченный с собой. Безрезультатно.
Очередным утром, обосновавшись на коврике у унитаза, Гарри пытался вспомнить, что из последних событий могло повлечь за собой такую реакцию.
И, к сожалению, у него был только один вариант.
***
Гарри стоял в прихожей, прислонившись к косяку, и задумчиво глядел на Северуса.
- Когда вернешься? – поинтересовался он.
- Сегодня, - Северус усмехнулся. – Поздно, после десяти.Не жди меня, ложись спать.
Гарри кивнул, глядя, как Северус небрежным жестом накидывает легкую летнюю мантию.
- Присмотри за Джеймсом, не лезь к Драко…
- Очень мне он нужен, - фыркнул Гарри. – А Джеймс уже не ребенок. Я в его возрасте…
- Ты в его возрасте победил в Турнире трех Волшебников, - поморщился Северус. - Я не жалуюсь на память.
- Я не то имел в виду! – обиделся Гарри. – Я о том, что дома…
- Мне пора, Поттер, - мягко оборвал его Северус и вышел на улицу. Дверь закрылась.
Гарри покачнулся на носках, потом медленно повернулся и так же медленно направился к лестнице. Не спешить – времени достаточно, сейчас только шесть часов
Медленно пройти по коридору, зайти в спальню – спокойно, не захлопывать дверь, а прикрыть ее осторожно. Запереть тройным заклинанием…
И только тогда оглядеться судорожно, суматошно. Где Северус хранит седьмой том Истории зельеварения?
Гарри нашел глазами книжную полку, немного нервно взмахнул палочкой, призывая книгу. Толстый том ударил его в грудь, Гарри отрывисто выдохнул и раскрыл книгу, ища нужную страницу. Вот, пятьдесят седьмая…
«…При правильном выполнении заклинания первые пять секунд эффект не чувствуется, впоследствии на две-три секунды появляется ощущение холода и при особой чувствительности – ощущение онемения…
Гарри оц


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
RougeДата: Пятница, 26.02.2010, 20:32 | Сообщение # 45
Леди Огня
Драконы Стихий
Сообщений: 63
Репутация: 0
Вне города
***
Неестественно обаятельный торговец в лавке, куда я зашел, уже полчаса разливался соловьем, расхваливая качество своего товара и стараясь раскошелить меня на сумму крупнее, чем предложенные мной три галеона. Его проблема была в том, что он переоценивал мою платежеспособность.
- Четыре галлеона, - повторил я свое решение, измененное десять минут назад. Торговец картинно схватился за сердце. Я со скучающим видом отвернулся и начал рассматривать содержимое застекленных шкафов. Ничего интересного – запрещенные ингредиенты, которые мне и были нужны, торговец держал в другом месте, более защищенном, чем наложенное здесь заклятие Неразбиваемости.
Торговец продолжал вещать что-то о том, что за такие сокровища, которые он предлагает мне всего за восемь галеонов, другие отвалили бы целое состояние. Я всерьез прикинул возможность заказать портключ в Австралию, где подобные «сокровища» можно было купить за полтора галлеона, или на Восток. Портключ туда обойдется дешевле, чем в Австралию, но неизвестно, будут ли там эти ингредиенты, да и поиски займут целый день. Нет, здесь можно купить все с наименьшими потерями… и финансовыми, и моральными.
- Четыре, - еще раз сообщил я в ответ на жалобный взгляд торговца. Теперь он всплеснул руками и забормотал что-то про то, что «специально для меня отрывает их от сердца». Я усмехнулся: не знал, что его сердце обладает жабрами травовидного ревуна…
Я уже задумался над вопросом, почему у меня такое неестественное желание работать в то время, когда все мои коллеги отдыхают, но, к счастью, прозвенел дверной колокольчик. Торговец со странной сердечной аномалией мгновенно протянул мне завернутые в старую бумагу ингредиенты, получил четыре галлеона и бросился к пришедшему, надеясь, что тот окажется сговорчивей, чем я. Я сдержал желание посоветовать торговцу убавить количество принимаемого зелья Обаяния раза в два и вышел на улицу, хлопнув дверью.
Было одиннадцать часов вечера, что ужасно меня нервировало.
Когда я добрался до дома, в гостиной было темно, камин не горел. Я прошел к лестнице, чудом не наступив на кота, который подвернулся мне под ноги.
Дверь в спальню была заперта. Я не задумываясь произнес заклинание, отпирая ее. Что-что, а в собственную спальню я имею право зайти в любую минуту…
Поттер сидел в темноте на кровати, сгорбившись, обхватив себя руками. При звуке открывающейся двери он поднял голову, и я разглядел страх на его лице, впрочем, мне могло показаться. Было слишком темно.
- Не спишь? – я прищурился, стараясь разглядеть его внимательней, но Поттер отвернулся. Опять что-то случилось? Чего и следовало ожидать. Поттер – просто ходячая катастрофа. Я уже начал относиться к этому философски – по крайней мере, мне не грозит скучная жизнь.
Судя по виду Поттера, он не ждал меня и был несколько ошарашен как моим появлением, так и тем, что в комнате уже темно.
Я зажег свет, открыл шкаф, чуть помедлил, прежде чем взять с полки полотенце: беспорядок в моих вещах сразу бросался в глаза. Но, обернувшись к Поттеру, я увидел, что он действительно подавлен чем-то.
Наверное, надо было что-то сказать, но я, признаться, слишком давно не видел его в таком состоянии, чтобы спокойно заговорить. Надо было подумать, и я молча зашел в ванную, закрыв дверь.
Холодная вода позволяла собраться. Я слишком привык к холоду еще тогда, давно, много лет назад, и сейчас холод, как и тогда, успокаивал.
Я забыл ночную рубашку – вспомнил я, уже откладывая влажное полотенце. Накинул мантию на голое тело и вышел в комнату.
Поттер стоял у окна. Я бросил на него быстрый взгляд и повернулся к шкафу, роясь на полках: все вещи были перепутаны.
- Это ты копался в моих вещах? – холодно поинтересовался я.
- Северус, я… беременный, - выдохнул Поттер в ответ.
Я замер, прикидывая возможность того, что Поттер просто неудачно пошутил. Вероятность этого была крайне мала, к тому же я учитывал то, каким тоном он говорил.
- Я неправильно наложил заклинание, - обреченно продолжил Поттер. – Помнишь, меня тошнило тогда, по утрам? Я нашел у тебя зелье…
Я медленно повернулся к нему. В ушах почему-то звенело. Почему я не учел возможность того, что у него не получится сложное заклинание с первого раза? Поленился зелье сварить, идиот! Ну и что, что оно несколько недель готовится? Не терпелось, видите ли…
- Северус? – Поттер опустил глаза, наткнувшись на мой яростный взгляд. Я был просто переполнен ненавистью к себе,… и не стоило выплескивать ее на него.
Не в первый раз мои ошибки ломают людям жизнь.
В очередной раз раскололся стеклянный абажур рядом с Поттером. Он вскрикнул от боли: один из осколков впился ему в руку.
- Evanesco! – я взмахнул палочкой, бесконечная починка единственного стеклянного предмета в этой комнате утомляла. К тому же у Поттера вскоре могут начаться бесконтрольные вспышки магии…
Мерлин….
Я тяжело вздохнул, оперся о стену: мне показалось, что я потерял равновесие. Только сейчас я понял, что все это значит.
У нас будет ребенок.
Мерлин…
Я торопливым взмахом палочки застегнул мантию и обернулся к Поттеру, который зажимал рукавом рубашки порез.
- Ложись спать, - бросил я и вышел из комнаты.
Тибби, привыкший выполнять все приказы моего неуравновешенного отца с полуслова, мгновенно догадался о том, что мне нужно. Чистый стакан и бутыль огневиски возникли в лаборатории, как только я зашел туда. Я со скрытой благодарностью посмотрел на домовика. Тибби всегда был моим спасением, что в детстве, что позже, после окончания Хогвартса. Я протянул ему баночку с заживляющей мазью для Поттера, и Тибби молча кивнул, взяв ее, и аппарировал.
Я невольно задумался о магии домовиков. Еще в детстве она интересовала меня, как все недоступное. Но возможностей узнать о ней было еще меньше, чем о Темной магии. Только гораздо позже я понял, что это невозможно - узнать что-то о ней. Домовики хранят эту тайну ревностней, чем гоблины золото.
Усмехнувшись, я бросил взгляд на бутыль и откупорил ее. Естественная реакция сознания на шок – отвлечься и забыться.
Я в очередной раз ломаю жизнь себе и близким своими ошибками. Когда-то я из-за своей глупости убил самых дорогих мне тогда людей, и неважно, что один из них знать меня не хотел. Сейчас…
Я провел в лаборатории около часа. Огневиски никогда не помогало мне опьянеть, только обостряло осознание проблем. Я понял это, когда мне было шестнадцать. И сейчас напивался по тому же поводу…
Хлопок аппарации Тибби отвлек меня от бездумного созерцания стакана. Домовик заклинаниями ощищал от пыли дальний угол чердака и переставлял вещи, но я прекрасно понял, что он напоминает мне, что пора идти спать – сам бы я не вспомнил об этом.
***
Гарри лежал на кровати, глядя в потолок, и еле дыша от острой, почти физической боли.
В сотый раз он прокручивал тот момент…
Наверное, надо было сказать как-то иначе, но Гарри так и не нашел иных слов, а сказать было нужно.
Северус ничего ему не ответил. Ушел, и даже заживляющую мазь прислал с домовиком.
Гарри еще помнил, как побелел Северус, привалившись к шкафу. Еще бы. И ненависть в его глазах ударяла куда больнее, чем впившийся осколок абажура.
Шаги в коридоре – Гарри торопливо повернулся на бок и закрыл глаза.
Дверь приоткрылась.
- Ты спишь? – тихо спросил Северус. Гарри промолчал. Северус прошел в комнату, явно стараясь не шуметь. Открыл шкаф, постоял, не двигаясь, и закрыл. Раздался звук отодвигаемого стула, затем скрип.
Северус долго сидел не двигаясь. Гарри чувствовал слабый запах огневиски. От этого немного тошнило.
- Идиот… - тихо прошептал Северус, спустя бесконечность, тяжело вздохнул и встал. Шелест мантии, и он лег рядом с Гарри, помедлив немного, отодвинулся на край кровати и отвернулся.
Подождать полчаса – Северус отрубился, как только лег. Встать – медленно, осторожно, чтобы не разбудить. Волшебная палочка на столе, чемодан все еще в гостиной, не разобран. Гарри одет – он и не раздевался.
На всякий случай, взмах палочкой и усыпляющее заклинание. Северус дышит ровнее.
Пройти по коридору, задержаться у двери Джеймса, нерешительно заглянуть внутрь. Подойти к кровати. «Прости, так вот получается…. Я напишу, правда…» - прошептать, загадав про себя: если Джеймс проснется, то Гарри останется.
Брат улыбается во сне, и у Гарри сжимается сердце.
Выйти, плотно закрыть дверь, спуститься в гостиную.
- Молодой хозяин уходит, - тихий голос домовика. Гарри замирает.
- Ты же не будешь меня удерживать?
- Тибби не может, - осуждение явно говорит о том, что если бы мог – удержал бы. Гарри невольно улыбается.
- Скажи, пожалуйста, Северусу, чтобы он не искал меня, хорошо? – домовик кивает. – И Джеймсу… Я прошу у него прощения, ладно? Передай, что я напишу.
Наверное, Тибби не должен всего этого делать, но Гарри получает только очередной кивок. А потом домовик протягивает ему увесистую колбу с каким-то зельем. Колба старая и пыльная. Зелья там едва ли на половину.
- Молодой хозяин должен пить это два раза в день, утром и вечером, одну столовую ложку на стакан воды, в течение месяца.
- Что это? – Гарри стирает пыль рукавом. Этикетки нет.
- Помогает при перестройке организма, - голос домовика сейчас чем-то напоминает голос Северуса. – Тибби берег много лет, думал, пригодится.
- Спасибо, - Гарри вспоминает, что домовика нельзя благодарить. Но Тибби на этот раз не обижается. Просто пристально смотрит на Гарри и исчезает с хлопком.
Гарри только сейчас понимает, что все это говорит о том, что домовик знает о его состоянии.
Но это неважно.
Колба отправляется в недра чемодана, а Гарри – к камину.
- Дырявый Котел! – торопливо произносит он. До утра можно подождать там. А утром он решит, куда отправится.


Глупый мотылек...не лети на свет.. Там огонь, там смерть ...
 
Форум » Улицы Лоргтонга » Слэш по миру ГП » "Полчаса искренности" (NC-17, angst, макси, в процессе, гл.15-2 от 27.05.10)
  • Страница 3 из 5
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • »
Поиск:

Design by -=ArimanA=- © 2021